Страница 27 из 105
— Кморчат, — поправил я, — которые родились полмесяца, ну, месяц назад. Такого даже злой какаду заклюёт. Это тебе не трёхметровый орк. К тому же такие подвиги они совершали, когда старейшина был молодым, а это было давненько, если он — последний, кто помнит «больших». С тех пор сменилась пара поколений, родители-кретины производили таких же дегенератов, и эти несчастные полурослики не стали ни сильнее, ни умнее. Так что, думаю, охотники из них — так себе. Но самое интересное — они решили, будто злые великаны — это мы с тобой — навели на них порчу. А виноват в этом старейшина, который зазвал нас в гости и выпросил цмочье мясо. Так что старейшину низложили и прогнали в лес. Ну, а здесь с ним поиграли в кошки-мышки.
— И что в итоге?
— Дело дрянь. Старейшина был единственный из племени, с кем мы худо-бедно понимали друг друга. К тому же он был, как мне кажется, человеком знающим и неглупым. Ну, насколько это возможно для потомственного кретина. По-моему, он догадывался, что никакого злого колдовства тут нет. С ним мы могли бы договориться. С теми, кто выдал ему «чёрную метку» — не выйдет.
— Да, скверно, — согласился Яромир. — Думаешь, теперь перевал для нас закрыт?
— Очень может быть. Они полурослики с маргарином вместо мозгов, но их много. Я не видел у них оружия, кроме палок и обсидиановых chibs **), но это не значит, что его у них нет. Может, они и вправду стреляют из бамбуковых дудок отравленными шипами.
— И что? Пойдём в обход, с западной стороны хребта? — спросил Яромир. Судя по тону и насмешливому прищуру, ему не хотелось отступать перед какими-то кретинами.
— Плохая идея. Ты же помнишь видео? С западной стороны мы уткнёмся в заболоченный лес.
Признаться честно, меня не особо смущала перспектива пробираться по мокрому лесу, а вот пятиться от йододефицитных полуросликов не хотелось. Как мы после такого будем смотреть в глаза своим женщинам?
— Надо рискнуть, — решил я. — Будем надеяться на фактор внезапности.
— Мря’а’а’а’а! — нетерпеливо проблеял котриарх Динамит. Он стоял перед нами и раздражённо помахивал хвостом. За спиной у него стояли две его копии — чуть-чуть ниже ростом. Остальные члены клана собрались поодаль.
— Чего тебе? -спросил я.
— Мря! Хь-хь-хь!
— Влад, пусть они полакомятся этим карликом! — сказал Яромир. — Его всё равно кто-нибудь сожрёт. Если бы мне предложили выбор, я бы wolał te mini-pantery od chrząszczy i robaków ***).
* * *
Заросший кустарником и бурьяном, перегороженный тут и там валунами и скальными отрогами перевал выглядел безвредно. Да, среди камней и кустарника-базореки кипела хищная, трусливая, алчная бессмысленная жизнь — большие и малые твари старались сожрать друг друга и избежать участи быть сожранными здесь и сейчас. Но так было везде. Мы двинулись вперёд, стараясь не маячить на открытых местах, не шуршать кустами и быстро перемещаться. Мне уже начало казаться, что мы без проблем пройдём перевал — и тут в нас полетели камни.
Когда первый камень пролетел в двух шагах справа от меня и с треском канул в кустах, я понял, что в стратегии «русский авось» имелся системный баг, а фактор внезапности я переоценил. Второй камень ударил в землю возле ноги Яромира, и поляк с проклятиями отскочил назад. Третий, четвёртый и пятый камни просвистели в стороне, однако было ясно: те, кто метал их, целились в нас, просто им не хватало меткости.
— Назад! — хором крикнули мы и отбежали на десяток шагов. Вслед нам неприцельно полетели ещё несколько камней.
Впереди кто-то сердито кричал хриплым тонким голосом. Наверное, отчитывал подчинённых за трусость и поспешность…
…Мы отбежали на безопасное — как нам казалось — расстояние и, ругая на чём свет стоит карликов, спорили, что делать дальше. Я предложил отступить в лес, сплести из сырых веток щиты и снова двинуться на прорыв: карлики мечут камни не так чтобы очень сильно и метко, хорошо сплетёный щит выдержит даже прямое попадание. А если полурослики решатся на ближний бой — бить и колоть всех, до кого дотянемся.
Яромир забраковал мою стратагему:
— Идти напролом, даже со щитами, когда они уже ждут нас — глупость. Они — карликовые дегенераты, но их много. Один шальной камень в колено, в глаз, в висок — и всё. А вот атаки с тыла на свои халупы они даже на воображают. Надо пробраться по скалам и напасть на деревню.
Я посмотрел на серо-бурые уступчатые стены с блёстками слюды.
— У нас никакого снаряжения. На руках карабкаться будем сутки, не меньше…
Конец нашим спорам положил камень, ударившийся о скальный выход, на котором мы сидели. Мы вскинули глаза. Карлики карабкались по скальным уступам, прятались между кустов и швыряли в нас камни.
Ну, недомерки, вы сами напросились!
Я схватил нож, отмахнул от верёвки два отрезка длиной в мою собственную руку. Взял одеяло и вырезал из него четырёхугольник и привязал к нему оба отрезка.
— Proca? — спросил Яромир.
Я кивнул.
— Ты хоть умеешь?..
— Не умел бы — не делал, — отрезал я. — Сейчас мы с недомерками поговорим по-взрослому.
Я подхватил камень, который секунду назад упал в метре от меня, заложил в импровизированную пращу, раскрутил её до свиста и послал камень в сторону врага.
Следом — ещё и ещё.
До балеарских пращников, прославившихся по всему античному Средиземноморью, мне было далеко. Но уже пятый камень влепился в одного из полуросликов. Визгливый вопль поражённого был для меня райской музыкой.
Правда, карлики вскоре отыгрались — один камень попал мне в голову и набил здоровенную болезненную шишку, другой чиркнул по рёбрам Яромира, оставив продолговатую ссадину.
Мы бомбардировали врагов вдвоём: я запускал камни из пращи, Яромир, который не владел катапультой времён палеолита, метал камни руками, зато довольно далеко и сильно. Кажется, мы подбили ещё нескольких карликов. Но врагов было слишком много. Они отбегали, прятались и, стоило нам задержаться на открытом пространстве, на нас обрушивался град обломков. Большинство летели в сторону, а те, которые мне доводилось «поймать», наносили слишком слабые удары. Но на краешке сознания копошилась опасливая мыслишка — случайное попадание в глаз или в висок решит исход баталии — и мы не решались сближаться с врагами, и отходили, когда их «обстрел» становился интенсивнее.
— Вот сейчас нам бы пригодился «таурус», — заметил Яромир. — Пальнуть разок в воздух — и выродки обосрались бы всем племенем.