Страница 36 из 78
Люди, слышавшие красивое техничное морское слово "гальюн" могут удивиться нашему с Дружком дикарскому устроению отхожего места "с борта в воду" на корме парохода. Однако, у нас были серьёзные оправдания. Во-первых, Дружку корабельный гальюн начисто не подходил по размерно-анатомическим причинам. Во-вторых (и это трагедия всей моей жизни, которую я тщательно скрываю от всех!), в гальюне "Богатыря" нет никакой "автоматики очистки": фактически, это жестяные бачки, которые пара (!) матросов выносит и вываливает за борт вручную. А потом моют ёмкость, руками с тряпкой, ага. Размер счастья от процесса представляете? Вооот. А мне пришлось в одну (!) пару рук вынести к борту и вычистить весь гальюн "Богатыря" ещё когда мы нашли пароход, поскольку амбре оттуда по пароходу шло такое, что спецсредство "черёмуха" рыдает в углу от зависти. Воспоминаний о процессе санация зрелого и полного контента гальюна месячной давности мне хватит до конца жизни. Что же касается объёмов, то у меня появилась гипотеза, почему буксир назвали "Богатырём", но я ею ни с кем делиться не буду. И я категорически не хочу ничего из этого проклятого прошлого повторять! Как-то так.
Вымывшись, мы с Дружком поднялись в кубрик, закрыв за собой иллюминатор трюма, используемый для слива за борт через брезентовый рукав грязной воды после помыва в душе. Закрыли на задвижку и сам трюм -- хотелось спокойно отдохнуть перед выходом из бухты в океан -- настречу новым делам и "приключениям" (никогда бы в них не ввязывался по своей воле!).
Дружок, оказавшись в кубрике, и выслушав моё сообщение, что ночные вахты у него начнутся с выходом из бухты, а сегодня можно спокойно спать -- так и поступил: немедленно лег и заснул. У меня впечатление, что именно во сне Дружок и набирает не по дням, а по часам свои сантиметры непрерывного роста.
Я же прилег в гамаке, ощущая полузабытое блажденное чувство чистоты всего тела, впервые с момента попадания в мир ящеров отмытого с мылом под горячей водой до скрипа кожи, задышавшей всеми раскрывшимися порами.
С улыбкой блаженства я и заснул, даже лампу не погасил, а проснулся уже поздно утром, когда в иллюминаторы всё настойчивее заглядывал местный серый рассвет. На удивление, проснулся раньше Дружка, быстро оделся, поставил дверь кубрика на стопор и побежал на корму -- навстречу полуводным и полностью водным (окатывание себя из шайки ледяной водой) процедурам.
Бодрый и оживший, я поприветствовал Дружка, который в перспективе возобновления ночных дежурств, явно поспал сегодня впрок. Пока Дружок соединялся в сторону бухты с экологией, я сбегал на камбуз и принес кастрюльку воды "комнатной" температуры, которой мы и завершили туалет уже явно не мелкого "двортерьера", габариты которого внушали вполне конкретно. Вот только голос пока оставался у Дружка звонкий, щенячий, что, в сочетании с недетскими масштабами пёсика, вызывало у меня невольную улыбку.
Сегодня нас ждали завтрак и выход в океан, на восток, к устью реки ради заготовки дров на плэнере со стадами бронированных "веганов" и вполне хищных гадов, стирка и сушка горы грязного белья из корыта в трюме на жарком (наконец-то!) солнышке, и прочие захватывающие приключения в том же роде.
Интересно, почему приключения чаще всего приключаются с теми, кто их совершенно не ищет?