Страница 26 из 78
Сбегал в трюм, к топкам котлов, подбросил топливо, убедился, что всё идёт штатно, вернулся на мостик. Внимательный осмотр подходов к "чаше" водопада показал, что справа имеется удобная ниша между вертикальной скалой стены бухты и "чашей", вроде как достаточно широкая, чтобы пароход спокойно зашел туда без угрозы повреждения колёс. Глубину ниши оценить было трудно, но вода выглядела тёмной и глубокой -- похоже, когда-то там была просто отвесная стена ущелья, пока на соседнюю гранитную площадку с такими же отвесными внешними стенами не стал обрушиваться сверху водяной поток, вытачивая в граните площадки "бассейн". Если удастся "приткнуть" пароход в нишу кормой, то палуба окажется чуть выше поверхности "бассейна". Воду из него можно будет и попробовать, и закачать, если будет пригодной, через брезентовые рукава в цистерны парохода. Нормальный просматривался план, имело смысл попробовать его реализовать.
После следующей пробежки к котлам, вернувшись, я подвёл пароход к точке бухты напротив ниши и развернул его на месте, кормой к намеченному месту причаливания. Ещё одна пробежка для загрузки топлива -- и я дал реверсный ход. От "фонтана" шло заметное встречное течение, поэтому "Богатырь" буквально полз к нише. Но возле самой ниши встречное течение оборвалось -- мы зашли в "боковую тень" каменной чаши, откуда вода вниз не текла, это был "стоячий затон" у стены позади водопада, скорее, попавшее сюда прижимало боковыми лепестками течения к берегу. Мне пришлось довольно резко переключаться на "стоп" и даже "малый" ход вперёд, чтобы погасить инерцию движения парохода. Но всё, в итоге, получилось: "Богатырь" не слишком сильно ткнулся кормой в отвесную скалу "ограждения бассейна" и замер, не проявляя желания куда-то перемещаться ещё. Перед этим я выставил машинам "стоп" и не пошёл добавлять очередную порцию топлива.
Корма парохода теперь была выше поверхности "бассейна" примерно на полметра, слегка нависая над поверхностью воды в нём. Я сходил в кубрик, снова надел штормовку (до кормы долетали брызги ледяной воды из водопада), захватил на камбузе пустое чистое ведро и медную кружку, прошел на корму, поёживаясь от мелкого ледяного "душа", и зачерпнул ведром воду из каменной "чаши бассейна". Отошёл назад, ближе к надстройке, куда не долетали брызги, и посмотрел на воду в ведре на ярком солнце. Это была чистая, прозрачная жидкость без каких-либо подозрительных окрасов или мусора.
Зачерпнул кружкой воду и понюхал: вода (на мой взгляд) ничем нехорошим не пахла, только свежестью. Крикнул Дружку свою просьбу подойти -- весело улыбающийся пёсель радостно прискакал секунд через двадцать. Объяснил ситуацию, попросил понюхать воду на предмет опасности. Дружок воду в кружке понюхал, посмотрел на меня и стал её лакать. Напился, облизнулся, коротко гавкнул свой "одобрямс!" качеству питья -- и ускакал назад, на пост, нести вахту. Собака явно могла бы служить примером большинству моих бывших сослуживцев по армейской службе отношением к своим обязанностям и добросовестностью их исполнения.
Прополоскал кружку и напился сам. Показалось, что снова оказался в пещере: вода из чаши водопада была по вкусу и температуре точно такой же, как текла там -- чистая талая очень холодная вода с горного ледника.
Теперь предстояло главное -- заполнение этой водой цистерн парохода.
Спустился в трюм, подошёл к топкам паровых машин -- топки штатно гасли, как и были должны это делать. Прошёл к цистернам с водой. Посмотрел по мерным линейкам уровни жидкости: цистерны с рабочим телом содержали ещё треть воды, а вот цистерна с питьевой водой была практически сухой. Хуже того, находившаяся там вода протухла. Понял это, открыв кран на передней стенке цистерны, у самого дна, предназначавшийся для контрольных заборов воды. От запаха тухлятины, которым разила желтая мутная жижа, вытекшая из "питьевой" цистерны в жестяной кувшин, меня чуть не вывернуло. Цистерну было необходимо промывать перед заполнением -- если, конечно, мы с Дружком не хотим получить какое-нибудь "весёлое приключение", вроде дизентерии.
В поистине спасительном руководстве стармеха "Богатыря" было описание процедуры промывки этой цистерны: случаи порчи воды в ней происходили регулярно -- вода набиралась не всегда хорошего качества, так что раз в полгода (а иногда чаще) цистерну приходилось чистить. Для этого на пароходе тоже было предусмотрено всё необходимое.
Оказывается, цистерны были приподняты над уровнем пола трюма (стояли на металлических опорах) примерно сантиметров на семьдесят не случайно, а как раз на случай их очистки. Слив воды был организован очень просто: на дне цистерны был выпускной клапан с краном-"барашком". Если надеть на замок выпускного клапана простой брезентовый рукав без армирования (хранятся в свёрнутом состоянии под цистернами -- каждый под своей), второй конец рукава высунуть в открытый "низкий" иллюминатор прямо в стальном корпусе парохода и открутить кран-"барашек", то образуется естественный проточный слив: вода из цистерны прямотоком уйдёт за борт. Если в пустую грязную цистерну засыпать (через верхнее отверстие для мерной линейки, используя воронку) три мерных ведёрка хлорной извести (в просторечии, "хлорки"), мешки с которой стоят в специальном шкафу у борта парохода, а потом заполнить цистерну снаружи чистой водой и оставить на сутки, то затем, слив такую "хлорированную" воду за борт и дважды промыв цистерну полным заполнением чистой водой, получим практически стерильную ёмкость, вода в которой не будет портиться ближайшие три месяца!
Вот не дураки жили до нас! Во времена пароходов строили конструкции внутри железных скорлупок не абы как, а с умом и расчётом на нормальное, удобное обслуживание, здоровье и возможное удобство экипажа... Всё время в этом убеждаюсь на деле.