Страница 52 из 68
— Вы не остановите склад. Система всё равно завершит выдачу.
Мира резко спросила:
— Велл?
Зеркало треснуло. Голос стал тише:
— Полезно не значит правильно, Мира.
Зеркало лопнуло. Осколки осыпались на витрину и в лавке воцарилась тишина. Лекс медленно поднял перо.
— Это писать как угрозу, признание или порчу имущества?
— Всё вместе, — сказал Гронт.
Мира смотрела на осколки.
— Он нас видел.
— Через зеркало? — спросил Сергей.
— Через привязку к лавке. Значит, у него здесь был наблюдательный артефакт.
Велис обнюхал осколки.
— Пахнет тем же. Серый, бумага, склад. И злость.
Купец сел прямо на ящик. Весь блеск зелёного кафтана вдруг перестал помогать: перед ними был уже не владелец дорогой лавки, а человек, который слишком поздно понял, что чужие печати не защищают от чужой вины.
— У меня есть следующее указание, — сказал он.
Все повернулись к нему.
— Завтра, на празднике гильдий. Мне велели передать оставшиеся ящики в конкурсный шатёр у сцены. Формально — как призы от торговых домов. Не от меня лично, через подставного распорядителя.
Лекс перестал писать.
— Призы?
Сергей почувствовал, как внутри всё сжалось. Праздник гильдий означал весь город на одной площади: торговые ряды, дети, лавочники, зеваки и толпа, которая услышит слово “призы” раньше, чем кто-либо успеет объяснить слово “опасность”.
— Я не знал, что это опасно, — быстро сказал купец. — Мне сказали: если пробная партия отреагирует на оператора, перейти к массовой выдаче. Если не отреагирует — вернуть товар и ждать. Но она отреагировала!
— Где именно шатёр? — спросила Мира.
— У сцены, рядом с гильдией заклинателей. Там должны быть жетоны участников и список победителей. Серый сказал, что при совпадении признаков система сама определит получателей.
— И какие признаки он перечислил? — спросила Мира.
Купец нервно сглотнул.
— Партия, зона выдачи, получатели, операторский ключ. Ещё старые городские метки. В бумагах было написано: “старые весовые точки активны”. Я думал, это про оформление призов.
Велис фыркнул.
— У преступников всё держится на людях, которые думают не туда.
Мира забрала у купца узкую кожаную папку. Внутри были копии разрешений, схема центральной площади и лист с аккуратной пометкой:
“ПРАЗДНИК ГИЛЬДИЙ. ПРОБНАЯ ПАРТИЯ — ПОДТВЕРЖДЕНИЕ. МАССОВАЯ ВЫДАЧА — ПРИ СОВПАДЕНИИ ПОЛУЧАТЕЛЕЙ. ОПЕРАТОРСКИЙ КЛЮЧ — КОТОВ С.”
Мира закрыла папку и перевела взгляд на компаньонов:
— Это уже не торговля — это подготовка публичного сбоя.
До гильдии они возвращались с изъятым ящиком, книгой продаж, осколками зеркала, конкурсной папкой и чайником. Сергей не хотел брать чайник, но Мира сказала, что если предмет чужемировой, он улика. Сергей сказал, что если чайник без крышки, он моральная травма. Гронт решил, что травма тоже может быть уликой, если правильно подписать. Орвин встретил их у входа в отдел со словами:
— Партия молчала, динозавр тоже!
Все остановились.
— Как? — спросил Сергей.
Орвин выглядел так, будто победил древнее зло, но не хочет хвастаться.
— Я вынул батарейки!
Сергей посмотрел на него с искренним уважением.
— Орвин, вы великий маг!
— Я прочитал надпись “отсек питания”.
— В моём мире это уже выше среднего!
В отделе всё разложили по столам. Лекс едва не плакал от количества описей, но всё же сдерживался. Купца посадили рядом с Виртом. Вирт посмотрел на него с неприязнью человека, который всю жизнь боялся испачкаться, а теперь сидит рядом с тем, кто торговал грязью в красивой упаковке.
— Это он? — спросил Вирт.
— Купец, — сказал Сергей.
— Я не купец, — возмутился тот. — Я владелец артефакторной лавки!
— А я не объект, — сказал Сергей. — Но документы у нас обоих спорные.
Мира развернула схему праздника гильдий поверх книги продаж. На карте были сцена, торговые ряды, конкурсные шатры, входные ленты, павильоны гильдий и старые весовые точки.
— Если всё это правда, то завтра площадь станет зоной выдачи, — сказала она.
— Праздник отменить можно? — спросил Сергей.
Гронт и Мира переглянулись.
— Праздник гильдий отменяется решением городского совета, торговой палаты, старших мастеров и союза пекарей, — сказала Мира.
— А пекари тут при чём?!
— Пироги.
Велис серьёзно кивнул.
— Пироги нельзя исключать из власти.
Гронт ткнул пальцем в карту.
— Тогда не отменяем — контролируем!
— Как контролировать праздник гильдий? — спросил Лекс.
— Нам нужны проходы, верёвки, место для спорного. И люди, которые будут орать “не трогайте коробки” до потери голоса.
— То есть очередь?
— Нет, Лекс — несколько очередей. И желательно такие, чтобы люди думали, будто сами встали правильно.
На столе ящик с пробной партией тихо пикнул. Печать на крышке выдала новые строки:
ПРОБНАЯ ПАРТИЯ ПРИОСТАНОВЛЕНА
МАССОВАЯ ВЫДАЧА: ПОДГОТОВКА
ТОЧКА СБОРА: ПРАЗДНИК ГИЛЬДИЙ
Мира посмотрела на Сергея.
— Завтра держитесь в стороне! Бейдж закрыт, ничего не подтверждать. Если система попробует сделать из вас оператора — молчите.
— А если люди начнут хватать коробки? — спросил Лекс.
Сергей посмотрел на карту. Сцена, шатры, входные ленты, старые весовые точки, конкурсные столы — всё это действительно складывалось в один большой пункт выдачи.
— Тогда будем делать то, что система не умеет, — сказал он. — Отказывать, спорить и не отдавать чужое первому, кто протянул руку.