Страница 29 из 68
— Дальше так. Устройство доставляется в Бюро под контуром. Сергей не сопровождает, бейдж остаётся закрытым. При повторной реакции жетона — сразу ко мне или к ближайшему сотруднику Бюро. Гронт, отдел сегодня больше ничего неизвестного не принимает.
— Отдел сегодня вообще ничего не принимает, — сказал Гронт. — Даже известное.
Тирк у стены робко поднял руку.
— А меня?
— Тебя принимаем как свидетеля и отпускаем, — сказал Сергей.
— Спасибо!
— Не благодари заранее. Ещё подпишешь.
Тирк обречённо опустил руку.
Устройство переложили в отдельный металлический контейнер, который принесли двое сотрудников Бюро. Они появились тихо, почти незаметно, и Сергей решил, что это особый навык людей, работающих с межмировыми происшествиями: приходить так, будто их уже давно оформили. Контейнер закрыли, опечатали синей лентой и поставили на щитовой поднос.
Когда его вынесли из хранилища, жетон у Сергея стал остывать. Медленно, как будто неохотно.
Гронт проводил контейнер взглядом и только после этого убрал папку с делом под мышку.
— Всё?
Орвин поднял чемодан.
— Всё, что поместилось в слово “пока”.
Мира задержалась у двери хранилища. Сергей держал завёрнутый бейдж в руке. Без него на груди стало странно пусто, будто он снял не кусок пластика, а должность.
— Вы в порядке? — спросила Мира.
— Нет.
Она кивнула.
— Хорошо, что не врёте.
— Я просто не успел придумать рабочую версию.
— Рабочая версия такая: система активна, связана с вашим перемещением, реагирует на ваши земные идентификаторы и пытается завершить старую операцию.
— Плохая версия.
— Зато честная!
Сергей посмотрел на пустой ящик. В нём остались следы пыли, кусочек пузырчатой плёнки и слабый запах пластика.
— Она ищет оператора.
— Да.
— И теперь знает, что я здесь.
Мира пару мгновений молчала. Потом сказала:
— Возможно, знала и раньше. Теперь мы знаем, что она знает.
Гронт тихо выругался.
— Вот поэтому я не люблю Бюро. У вас даже плохие новости в двух экземплярах.
Лекс попытался улыбнуться, но не получилось. Сергей завернул бейдж ещё плотнее и убрал во внутренний карман рядом с временным свидетельством. Синий шнур от брелока торчал из узла грязным хвостиком. На столе остался его бланк. В верхней строке крупно было написано: “Посылка без мира-отправителя”. Ниже — “Приём отложен”.
Сергей перечитал последнюю строку. Отложен — не значит отменён, и он знал это слишком хорошо.