Страница 27 из 68
— Вскрытие посылки без мира-отправителя проводится при свидетелях: Бюро межмировых и межрасовых происшествий, отдел первичных несоответствий, Мира Велар; мастер-диагност Орвин; начальник отдела претензий, компенсаций и последствий Гронт Велий; временно привлечённый сотрудник Сергей Котов; служащий отдела Лекс; посыльный Тирк как доставившее лицо.
Тирк тихо спросил:
— А если я не хочу быть лицом?
— Поздно, — сказал Гронт. — Ты уже доставил.
Сергей невольно подумал, что формулировка неприятно знакомая — в этом городе всё время кто-то оказывался лицом, объектом, стороной или содержимым, независимо от желания.
— Сергей, — сказала Мира, — вы стоите за линией.
Орвин мелом провёл на полу короткую черту. Сергей посмотрел на неё.
— Этой линией?
— Да.
— Она защитная?
— Скорее дисциплинарная.
— Понятно.
Он встал за линию. Это было глупо, но помогало — в «Коробее» тоже иногда достаточно было наклеить на пол жёлтую полосу, чтобы люди хотя бы пять минут делали вид, что понимают границы.
Гронт снял папку с ящика. Крышка сразу приподнялась на толщину пальца и замерла, из щели вырвался белый свет. Не яркий, не огненный, а ровный, холодный, складской. Сергею вдруг вспомнились лампы в подсобке, которые включались с задержкой и делали лица людей уставшими ещё до начала смены. За светом пришёл запах: пластик, пыльный картон, горелая электроника. Чуть-чуть озона.
Сергей сжал кулаки — это был запах дома. Не квартиры или улицы, а дома как места, куда он не хотел возвращаться до конца смены и куда теперь не мог вернуться вообще. Запах пункта выдачи вечером, когда пакеты уже разобраны, но воздух всё равно держит день.
— Сергей? — спросила Мира.
Он понял, что сделал шаг к линии.
— Я здесь.
— А должны быть там!
— Хорошо.
Крышка ящика открылась сама, медленно, словно проверяла, записывают ли свидетели. Внутри лежала серая пузырчатая плёнка. Настоящая, земная. Под ней — несколько предметов, завернутых в обрывки упаковки: кусок пластикового корпуса, мятая термолента, пакет с наклейками, моток тонкого кабеля с повреждённой изоляцией и устройство, похожее на ручной сканер штрихкодов.
Только это был не обычный сканер. Корпус у него был чужой и знакомый одновременно: серый пластик, трещина сбоку, кнопка считывания, маленький экран. Но поверх корпуса шли медные жилы, закреплённые тонкими скобами. В нескольких местах пластик был прорезан, и в разрезы вставлены крошечные пластины с рунами. На рукояти висел обрывок жёлтой наклейки. Сергей увидел только часть букв:
…ОБЕ…
Лекс тоже заметил.
— Это как у тебя? Коробей?
— Возможно, — ответил Сергей.
Ответ вышел слишком сухим, но единственно возможным: если сказать “да” — всё станет слишком настоящим, если сказать “нет” — он соврёт.
Орвин наклонился над ящиком, не задевая края.
— Это не местная сборка!
Мира посмотрела на устройство.
— Оно активно?
Орвин провёл над ним медной пластиной. Пластина дрогнула и показала тонкую белую линию, тянущуюся к крышке ящика.
— Да. Сдержано, но активно. И оно ждёт.
— Чего?
Устройство ответило само — экран мигнул. Сначала на нём проступили ломаные символы, потом они дрогнули, сдвинулись и сложились в русский текст. Не идеально — несколько букв были местными, несколько цифр чужими, — но Сергей прочитал:
ПРИЁМ НЕ ЗАВЕРШЁН
ОПЕРАТОР НЕ ПОДТВЕРЖДЁН
Гронт посмотрел на экран.
— Что значит оператор не подтверждён?
Сергей ответил не сразу. Он смотрел на устройство, и в голове складывалась неприятная логика. Если ящик был дополнительным вложением к его операции, если устройство хотело завершить приём, если номер совпал, значит, система не просто прислала вещь. Она прислала продолжение процесса.
— Оно ищет меня, — сказал он.
— Оно уже нашло номер, — заметил Орвин.
— Номер не я.
В этот момент устройство пикнуло. Луч красного света вырвался из передней части, тонкий и резкий. Он скользнул по стене хранилища, по полкам, по полу, по башмаку Гронта. Гронт отступил и выругался. Луч прошёл по Лексу, тот втянул живот, будто это могло помочь, потом скользнул к Сергею.
— Назад! — крикнула Мира.
Сергей уже отступал, но луч не искал тело. Он прошёл по рукаву, по плечу, по груди и остановился на месте, где под тканью висел бейдж “Коробея”.
Пик!
На этот раз звук был почти довольным.
Жетон Бюро нагрелся сильнее. Сергей схватил край толстовки, прижимая ткань к бейджу, но было поздно — экран устройства вспыхнул:
ОПЕРАТОР НАЙДЕН
КОТОВ С.
СТАТУС: ВРЕМЕННО ВЫДАН
СВЯЗАННЫЕ ОПЕРАЦИИ: 7
Лекс прошептал:
— Семь?!
Гронт поднял руку, будто хотел остановить не луч, а само слово.
— Никто ничего не трогает!
— Я и не трогаю! — ответил Сергей.
Луч всё ещё держался на его груди, упираясь в ткань. Устройство слегка дрожало в ящике. Пузырчатая плёнка вокруг него шуршала, как пакеты в подсобке, когда кто-то лезет на полку не с той стороны. Мира быстро произнесла несколько слов, и вокруг Сергея на полу вспыхнул тонкий синий круг. Орвин добавил ещё две пластины к контуру, и луч стал слабее, но не исчез.
— Сергей, бейдж открыт? — спросила Мира.
— Нет, он под тканью!
— Штрихкод закрыт?
Сергей опустил взгляд. Бейдж висел под толстовкой, но ткань натянулась, когда он отступил. Штрихкод мог просвечивать через тонкое место или просто быть достаточно близко — для старой системы, похоже, этого хватало.
— Не уверен.
— Медленно достаньте его, не показывая штрихкод устройству.
— Это сложнее, чем звучит!
— Поэтому медленно!
Сергей сунул руку под толстовку. Бейдж цеплялся за шнур жетона, за край футболки, за собственную отвратительную важность. Луч дёрнулся, когда пластик сдвинулся. Устройство пикнуло ещё раз, уже нетерпеливо.
На экране появилась новая строка.
ОПЕРАТОР ТРЕБУЕТСЯ ДЛЯ ЗАВЕРШЕНИЯ ПРИЁМА
— Не подтверждать! — приказала Мира.
— Я и не собирался!
Сергей вытянул бейдж, держа его ладонью к себе, штрихкодом в грудь. Луч скользнул по пальцам, попытался найти угол. Гронт быстро сорвал со стола чистую тряпку и бросил Сергею.
— Заворачивай!
Сергей поймал тряпку одной рукой и обмотал бейдж. В обычной жизни он сотню раз закрывал штрихкод пальцем, когда сканер считывал не то. На складе это было раздражающей мелочью, здесь от этого зависело, останется ли он на месте.