Страница 28 из 37
Но я все равно узнавала его. Слышала в голосе гордость, когда он говорил об отце, чувствовала тепло, когда речь заходила о матери. Дракон умел испытывать эмоции, просто не демонстрировал их всем подряд, прячась за своей зеленой чешуей.
Я не раз замечала на себе его странные взгляды. И чем больше проходило времени, тем чаще его глаза останавливались на мне, заставляя сердце биться сильнее.
Почему мне достался именно он? Такой гордый, недоступный, временами резкий и упрямый мужчина? Почему оказалось так сложно не влюбиться в него? Возможно, потому что он был совсем не таким, каким его видели другие. За внешней отстраненностью и холодностью горело настоящее неукротимое пламя, в котором до безумия хотелось сгореть.
Кроме всего прочего Вальтерон действительно был умным и интересным собеседником. Я с удовольствием его слушала. Он много рассказывал о своей работе, об отелях и даже иногда шутил, а я впитывала в себя каждое слово, каждое короткое мгновение вместе.
И чувствовала, что мне мало. Всего мало: разговоров, взглядов, улыбок, рассказов и прикосновений.
Последнее было под запретом. Особенно для меня. Слишком гулко отзывалось сердце на его близость; слишком быстро по телу бежали мурашки от его дыхания, когда он наклонялся ко мне, чтобы нас сняли папарацци; слишком сильно меня пробирала дрожь, когда он тихо смеялся над моей шуткой.
В один из дней Вальтерон неожиданно предложил мне отправиться в небольшое путешествие.
— С кем? — деловито поинтересовалась я, равнодушно изучая свой обед на тарелке.
Как-то неожиданно у меня пропал аппетит. Даже морепродукты уже не радовали.
— Со мной, — устало пояснил он.
Я подняла на него удивленный взгляд.
— И все? А как же... остальные? Или кто-то будет тайно следить за нами? Ты нанял журналистов?
Дракон не торопился с ответом. И я уже приготовилась к самому худшему варианту (сама не знаю какому), когда он удивил:
— Нет. Просто ты и я.
— Зачем? — растерялась я.
— Если бы я знал, — отозвался он, потирая затылок. — Считай это моей прихотью.
— Твоей или твоего хищника?
— Уже не знаю, — тихо признался Вальтерон, поднимая сверкающие золотом глаза. — Разве тебе не все равно, Алеантра? Или ты привыкла к шуму, толпе и жадным до сплетен драконам?
— О нет. — Меня заметно передернуло.
— Тогда собирайся. Надень что-нибудь удобное и не забудь купальник, — поднимаясь, велел он.
— Заинтриговал. — Я вскочила из-за стола. — Десять минут, и я буду готова!
Взяв с собой небольшой рюкзак, мы направились вдоль скалистого берега. Несмотря на сложность передвижения по крупным камням, мы неуклонно шагали вперед. Свернули за угол, и отель вместе с прибрежным поселком скрылись из поля зрения. Осталось лишь бескрайнее лазурное море и скалы.
— Ты случайно не собираешься меня прикопать где-нибудь? — хмыкнула я.
— Для того чтобы от тебя избавиться, мне не нужно так заморачиваться, — возразил Вальтерон. — Просто хочу тебе кое-что показать.
— И что же?
— Скоро узнаешь.
Это «скоро» все никак не наступало. Мы шли все дальше и дальше. У меня даже начали болеть ноги, да и солнце жарило нещадно.
— Ты не мог бы хоть немного приоткрыть тайну? — задыхаясь от быстрого шага, поинтересовалась я.
— Нам туда, — указал он на скалу.
Отвесную скалу, на которой я не заметила ни травинки. Она выглядела абсолютно неприступной.
— Издеваешься?
— Сейчас все поймешь. Давай руку, тут крутой подъем.
Вальтерон потащил меня прямо к скале. Я устала, а потому сначала жутко злилась и жалела, что согласилась на эту авантюру. А потом внезапно заметила щель в скале. Узкую и темную.
— Это что грот? — ахнула я.
— Мое тайное убежище, — усмехнулся он и неожиданно мне подмигнул. — Я нашел его еще в детстве. Ты первая, кому я его показываю.
— Правда? А как же твоя невеста?
Не стоило упоминать блондинку, особенно сейчас. Но удержаться я не смогла.
Он пожал плечами.
— Она бы не поняла. Кларисса... — Вальтеон слегка помедлил, словно собирался с мыслями. — Наши отношения не похожи на те, к которым привыкла ты, Алеантра. Наш брак — это взаимовыгодное сотрудничество, направленное на укрепление империи, которую создал мой отец. Мы не лезем друг другу в душу и не покушаемся на личные границы.
— Думаешь, твой отец хотел бы именно этого? — тихо спросила я, и он кивнул.
— Мой отец всегда был дельцом, который приложил массу усилий, чтобы создать империю. Я его наследник и продолжатель рода.
— Терон, — сократила я драконье имя, но не почувствовала ни капли сопротивления, даже по короткому взгляду подумала, что ему нравится, — возможно, я не права, но ты не думал, что главное достижение твоего отца — это не бизнес-империя, а ты? Наверняка он в первую очередь хотел бы, чтобы ты был счастлив. А бизнес... это второстепенное.
— Почему ты думаешь, что я несчастлив? — криво усмехнулся он. — Моя жизнь меня вполне устраивает.
— Ты просто не знал другой.
Вальтерон долго молчал, а после со вздохом кивнул.
— Возможно. В любом случае, мне кажется, тебе здесь понравится. Идем.
Проход оказался очень узким и длинным. В какой-то момент у меня даже возникли опасения, что у нас не получится добраться до конца, и мы застрянем тут навечно. Ну или застрянет дракон, который раза в два больше меня. А поскольку я шла второй, мне придется его вытаскивать. От представленной картинки я едва сдержала смех, но пару раз смешок все равно вырвался. Я честно не виновата, что любые жизненные ситуации вызывали у меня бурные фантазии и веселые ассоциации.
Но вот наконец впереди забрезжил голубой свет и раздался странный шум, словно шелест множества крыльев.
Внутри грот был очень большим. С потолка свисали окаменевшие сталактиты, а каменные колонны подпирали высокие своды. В центре располагалось озеро с кристально чистой водой, на дне которого светились кристаллы. Именно они и те, что запечатаны в своды, расцвечивали окружающее пространство всеми цветами радуги.
Шум крыльев повторился. Задрав голову, я рассмотрела крохотные изумрудно-зеленые тельца с полупрозрачными крылышками.
— Исторки...
И точно, в гроте обитали младшие сородичи диких драконов.
— Да, здесь их много, — кивнул Вальтерон.
Отойдя в сторонку, он принялся снимать ботинки и стаскивать с себя футболку.
К такому повороту меня жизнь не готовила.
— Что ты делаешь?
— Собираюсь купаться. А ты? Или боишься?