Кобольд в эполетах

Кажется, оружейник сразу понял, что я имею в виду.

- Изделие одного гномьего мастера... Из тех гномов, что предпочитают одиночество единению клана.

Хмммм... Изгой? Как интересно...

- Мастер - изрядный оригинал... И конструкции его весьма, я бы сказал, оригинальны. Но, как и всегда у гномов - безупречны в плане надежности и функциональности. Желаете взглянуть?

- Если Вы не против.

- Конечно же, нет. Прошу, - с этими словами Айронсайд достал из футляра...

...Красота... Изящество... Хищность... Смертоносность... Выбирайте сами. То, что Айронсайд держал в руках, почему-то ассоциировалось у меня и с бросившейся змеей, и с камнем падающим на добычу соколом. Ствол, длинный и тонкий – тоньше, чем у привычных револьверов – плавно перетекал в плоский корпус... Несколько необычных очертаний. Перед спусковой скобой – прямоугольный прилив, изящная, расширяющаяся книзу со скруглением рукоять…

- Извините, мастер... А где же барабан? - Реджинальд соображал быстрее меня.

- А барабана нет, - развел руками оружейник. - Оружие снаряжается вот этим... - в руках Айронсайда возник блестящий начищенной бронзой цилиндрик. - Мастер называет это «гильза». Чем-то сходно с бандальерками, что были распространены лет двести назад. В гильзу помещается порох, запрессовывается пуля, а здесь - пальцы Айронсайда ловко развернули патрон, - самый обычный капсюль. Патроны снаряжаются вот сюда - положив патрон, мастер с некоторым усилием оттянул назад... Странного вида планку. В оружии открылось окно, в котором виднелась деталь непонятной конфигурации. - Вмещает десять патронов. После того, как затвор вернется на место, патрон окажется в стволе, - с сытым лязганьем планка вернулась на свое место, - после чего можно стрелять. - Со звонким щелчком золотистый курок ударил по пяте планки. - После выстрела затвор откатывается назад, выбрасывая израсходованную гильзу за пределы оружия и досылая следующий патрон...

Что-то царапнуло меня в последних словах продавца.

- Позвольте, мастер, - Наль, умница, снова сообразил быстрее. - Что значит «выбрасывая за пределы»?

- То и значит. Гильза выбрасывается, следующий патрон заряжается, выстрел. И все сначала.

- Погодите, погодите... Но ведь запас этих гильз... То есть... Я хочу сказать... - я мучительно пытался подобрать слова, дабы выразить лисой крутящуюся в голове мысль.

- Увы, запас конечен. - Мастер понял, что я хотел сказать... А может, просто его уже не впервые спрашивали об этом? - Потому, если Вы захотите, чтобы Ваше оружие не превратилось просто в красивую игрушку, Вам придется аккуратно разыскать все гильзы - на поле боя, заметьте, - переснарядить их, и затем только стрелять снова...

- И это придумал гном? - Реджинальд покачал головой. - Выбрасывать гильзы за пределы оружия... Да его сородичи до сих пор скрипят зубами из-за того, что на пули уходит столько ценнейшего, по их мнению, свинца - а тут металл куда как более благородный, это ведь «желтая бронза», глаза мне не врут?

- Именно, - кивнул Айронсайд. - Мастер - изрядный оригинал, я же сказал.

При этих словах воображение услужливо нарисовало мне гнома - с совершенно седой бородой, седыми, всклокоченными волосами (ну, точь-в-точь, как у уже упомянутого нашего преподавателя математики, мистера Пибоди, худого, нескладного джентльмена с просто запредельной рассеянностью. Сходство усиливали испачканные рукава, только у Пибоди они вечно были испачканы мелом, а у гнома из моих мыслей - графитовой смазкой... Хотя, справедливости ради, следует сказать, что рассеянным всклокоченным профессором Пибоди бывал ровно до того момента, как очередной кадет выходил к доске для решения задач по прикладной артиллерии - в эти секунды Пибоди, как по волшебству, преображался во внимательного, въедливого и едко-язвительного типа). На носу у гнома сидели очки с такими внушительными линзами, что глаза его, казалось, занимали пол-лица. Гном повертел в руках какой-то диковинный механизм и вдруг заговорщицки мне подмигнул.

- За такое некоторые из сородичей могли его убить, - произнес я, прежде, чем сообразил попридержать язык. Гном в моем воображении мрачно насупился.

- По правде сказать, - спокойно произнес Айронсайд, - Некоторые и попытались. Но... По ряду причин их попытки не увенчались успехом.

- Если не секрет - по каким именно причинам? - Наль решил проявить любопытство.

- Ну... Одна из причин - то, что он - один из сыновей старейшины клана... Но даже не это главное. Скажите, вам что-нибудь говорит название «турнир большой секиры»?

- Естественно... - проводящийся раз в два года турнир, где гномы в поединке на топорах выясняли, кто из них лучше владеет воспетым в легендах оружием, был притчей во языцех. А, учитывая исконно гномье упрямство и нежелание признавать поражение, смертность там была куда выше, нежели даже в знаменитых кольцевых гонках...

- Как минимум, в последних шести турнирах он неизменно занимал призовые места, - продолжил Айронсайд, - И, насколько мне известно - трижды занимал первое место.

Все, что мы смогли - уважительно покивать. Слов не было.

- Но и это еще не все, - Айронсайд сложил руки на груди, откинулся спиной на дверцу шкафа и явно наслаждался произведенным впечатлением, - вы слышали про орден «молот глубин»? Так вот - у него их два...

Наль протяжно присвистнул. Я не выказал такой реакции исключительно потому, что от удивления у меня свело все лицо.

Гном в моей голове стремительно менял облик. Шарообразность из области талии перекочевала куда-то в район груди и плеч; борода обвисла сосульками и побурела от засохшей крови; руки удлинились, утолщились и покрылись густыми рыжими волосами; гном зверовато позыркивал маленькими глазками из-под выдающихся надбровных дуг. Периодически его лицо кривилось от нервного тика, причина которого, вероятно, крылась в застарелой ране головы, шрам от которой идеально ровным пробором делил его прическу пополам. Рукой гном играючи подбрасывал и ловил огромный, в свой рост, двулезвийный топор - хотя «гномьи лабрисы» - такой же миф, как и «семь колец подгорных королей» - я это знаю наверняка, гномы и кобольды все же родственники, хоть и никогда в этом не признаются...

Я потряс головой, заставляя видение рассеяться. Затем, взглядом попросив у Айронсайда разрешения и получив от него одобрительный кивок, взял оружие в руки.