Гадалка

18

Следующие выходные снова застали Артёма за рулём на трассе М7. Этот маршрут

становился привычным ритуалом.

Он позвонил в пятницу. Трубку, на удивление, взял Саша.

— Мамы нет, — коротко бросил мальчик.

— Саш, я тебе звоню. Хотел пригласить тебя завтра в кафе, там игровые автоматы и

бургеры крутые.

Пауза. Артём почти слышал, как на том конце провода крутятся шестерёнки.

— Я пойду. Только если мама с нами пойдёт.

Черт. И как ее уговаривать? Артём ожидал чего угодно — отказа, молчания. Но не этого

условия. Он почувствовал укол раздражения, но тут же погасил его, вспомнив слова

психолога: «Не давить. Уважать его выбор».

— Хорошо. Спроси у мамы. Если она согласится, я забронирую столик.

Карина согласилась. Артём пытался понять её мотивы. Делает это для сына? Или ей

любопытно посмотреть на мои мучения? А может, просто хочет контролировать ситуацию?

Они встретились у входа в кафе. Карина была в джинсах и простом белом свитере,

который, вопреки своей простоте, безжалостно подчёркивал её точёную, гибкую фигуру.

На секунду в голове Артёма вспыхнул образ из прошлого: её смех, тепло её кожи, запах

её волос на его подушке. Он резко мотнул головой, отгоняя наваждение. «Всё прошло»,

— приказал он себе.

В кафе было шумно и людно. Пока Саша с недоверчивым восторгом изучал меню, Артём

достал из пакета плюшевого пса, купленного ещё в прошлый раз.

— Это тебе.

Саша бросил на игрушку быстрый взгляд и фыркнул.

— Я не маленький, — с напускным безразличием сказал он. — В плюшевые игрушки уже не

играю.

Неловкая пауза повисла над столом.

Карина поджала губы. Улыбнулась.

— Вот если бы настоящий… — вдруг вырвалось у Саши, и он тут же осекся, посмотрев на

мать. — Но мама говорит, у неё аллергия, и нам нельзя ни кота, ни собаку.

Артём посмотрел на Карину, потом на сына, в глазах которого мелькнула и тут же

погасла тоска.

Вечер прошел по плану, они с Сашкой играли в настольный хоккей.

Когда Сашка устал, Артём довез их до дома и попрощался.

* * *

В понедельник Артём позвонил учредителям. — Я перевожусь в нижегородский филиал.

Партнёры удивились.

— Артём, там нет должности твоего уровня. Максимум — заместитель директора. Это

понижение.

— Я знаю. У меня изменились личные обстоятельства. Или я просто уволюсь и все равно

буду искать работу в Нижнем.

Он не просил, он ставил перед фактом. Они знали его хватку и понимали, что спорить

бесполезно, терять такого грамотного специалиста не хотелось. Через два дня он уже

искал квартиру в Нижнем. Большую, с просторной гостиной, рядом с парком. Идеальную

для выгула собаки.

* * *

Вечером он позвонил Саше.

— Есть деловое предложение, — без предисловий начал Артём. — Я решил, что мне нужна

собака. Но я в них ничего не понимаю. Ты, кажется, в теме. Поможешь выбрать? Саша на

том конце провода молчал. Артём слышал его сбитое дыхание.

— В смысле? Ты же в Кирове,— наконец спросил он.

— Я переехал в Нижний, по работе перевели. Я нашёл несколько сайтов питомников. Давай

вместе посмотрим, какие породы бывают, что для них нужно. Что думаешь.

И это сработало. Через два дня телефон Артёма разрывался от сообщений. Саша с головой

ушёл в «поиски». Он присылал скриншоты биглей, такс и овчарок с подробными

комментариями об их характере и потребностях. Они созванивались каждый вечер, и Саша

с важным видом рассказывал, чем корги отличается от вельш-корги.

В конце концов, их выбор пал на рыжего английского кокер-спаниеля. Ушастого, с

грустными глазами и неуёмной энергией. Артём нашёл помёт в нижегородском питомнике и

забронировал щенка.

— В эту субботу едем забирать. Вместе, — сообщил он по телефону.

— А куда мы его? — растерянно спросил Саша.

— Ко мне. Я же сказал,

мне

нужна собака. Я переехал.

* * *

Суббота. Питомник. Из вольера на них высыпался десяток ушастых, визжащих комков.

Один, самый шустрый, с белой отметиной на груди, подбежал прямо к Саше и вцепился

зубами в его шнурок. Саша опустился на колени, и щенок тут же принялся вылизывать

его лицо. Стена рухнула. Впервые за всё время Артём увидел на лице сына не

настороженность или недоверие, а чистый, незамутнённый восторг.

— Придётся тебе зайти ко мне в гости, — усмехнулся Артём, когда они ехали в машине со

скулящим свёртком на заднем сиденье. — Нужно же устроить нашего парня. Саша, не

отрывая взгляда от щенка, лишь молча кивнул.

Квартира Артёма была большой и почти пустой — диван, кровать, стол. Гудела эхом.

— Так, Сашка, — сказал Артём, опуская щенка на пол. — У нас нет ничего. Ни миски, ни

поводка, ни лежанки. Сейчас едем в зоомагазин, и ты все выбираешь.

В огромном зоомаркете Саша преобразился. Он ходил между рядами с таким важным и

сосредоточенным видом, будто выбирал оборудование для космической станции. Он

придирчиво щупал подстилки, читал состав на упаковках с кормом, выбирал

поводок-рулетку и пищащие игрушки. Артём молча ходил следом с тележкой и только

кивал, оплачивая на кассе внушительную сумму.

Вечером, когда щенок, утомлённый впечатлениями, уснул на новой лежанке, они сидели на

кухне и ели пиццу прямо из коробки.

— Как его назовём? — спросил Артём.

— Арчи, — не задумываясь, ответил Саша.

Отношения начали налаживаться. Они не говорили о прошлом. Они строили настоящее

вокруг общего дела — маленького ушастого спаниеля.

Они вместе гуляли с ним в парке, вместе учили командам, вместе смеялись, когда он

воровал тапки.

И в эти моменты, наблюдая за сыном, Артём как бы невзначай спрашивал: — А мама что?

Скучает, наверное, одна по вечерам? К ней подруги приходят? Или, может, не только

подруги?

Саша, увлечённый игрой с Арчи, отвечал просто, не видя в вопросах отца второго дна. А

Артём слушал.