Гадалка

подобного. Женщины всегда были под его полным контролем. Да, они плакали, закатывали

истерики, били посуду, пытались его вернуть… но они никогда не исчезали вот так. Не

растворялись в воздухе, оставляя после себя лишь фантомный запах сандала.

Он глухо, бессильно ударил кулаком по железу.

— Карина… пожалуйста…

Вокруг стояла тишина. Глухая. Насмешливая.

* * *

Вернувшись в машину, он даже не стал заводить двигатель. Просто откинулся на

подголовник, тупо уставившись в залитое дождем лобовое стекло. В голове на повторе

крутились обрывки: её легкая улыбка над бокалом шампанского… её тонкие пальцы,

привычным жестом поправляющие узел его галстука… её тихий голос: «Возможно, дело не

во мне…»

«Она умнее тебя, Артём».

Дэн был прав. Они все были правы. Он — конченый мудак. Самоуверенный кретин, который

загнал в угол самую потрясающую женщину из всех, кого знал, и теперь остался у

разбитого корыта. Да ещё и без работы, если Петрович решит дожать ситуацию.

Чувство унижения разъедало внутренности, как серная кислота. А за стеклом суетились

безликие прохожие, меся ногами серую кировскую слякоть.

«Массажный салон. Гадалка. Может, она что-то расскажет?»

Дикая, совершенно отчаянная надежда кольнула под ребра. Он повернул ключ в замке

зажигания, вырулил на проезжую часть, плевав на знаки приоритета. Он вел машину на

чистом автопилоте, как мантру повторяя про себя: «Она должна знать. Она точно

поможет».

* * *

Салон ничуть не изменился: всё та же экзотическая вывеска, всё те же зеркальные

стёкла, скрывающие от улицы происходящее внутри. Артём влетел в холл, едва не сбив с

ног администратора.

— Мне к ней. Срочно.

— У нас работает несколько специалистов, кто конкретно вас… — пискнула девчонка,

округлив глаза.

— Та, что работала в субботу, восьмого сентября! В чёрной маске! — Артём сорвался на

крик. — Я был у неё на сеансе месяц назад.

Администратор побледнела и растерянно заморгала.

— Я… я не знаю… кто вам нужен.

— Позови её! Живо!

На шум из глубины коридора вышла женщина — другая, постарше, с азиатскими чертами

лица.

— Что происходит?

— Мне нужна гадалка, — выпалил Артём, тяжело дыша. — Та, что делает особый массаж.

Мне жизненно необходимо с ней поговорить. Сейчас же.

Женщина смерила его долгим, странным взглядом.

— Такого мастера у нас нет. И гадалок у нас нет, только массаж.

Мир под ногами опасно накренился. Артём вцепился побелевшими пальцами в стойку

ресепшена, чтобы удержать равновесие.

— Чёрт возьми, дайте мне контакты ваших массажисток!

— Мы не имеем права разглашать…

Артём хрипло, истерично рассмеялся. Звук царапнул горло.

— Ну конечно. Персональные данные. Политика конфиденциальности. Вы не имеете права.

Он медленно выпрямился и посмотрел на них: на вжавшуюся в кресло девчонку, на

непроницаемую азиатку. Они смотрели на него как на опасного сумасшедшего. И,

возможно, они были правы. Может, он и правда тронулся умом.

— Я её найду. Я всё равно её найду.

Он толкнул дверь и вышел на улицу. Дождь сменился ледяной октябрьской крупой, больно

секущей по лицу. Артём поежился и поднял воротник куртки.

Забравшись в холодный салон Audi, он уронил тяжелую голову на руль. Его трясло от

бессилия. От кристально ясного понимания того, что его наглое, самодовольное эго

только что получило жесточайший удар по зубам.

И тот, кто нанес этот удар, даже не обернулся посмотреть, как он падает