Страница 41 из 72
Я вернулась в тесную прихожую, где над вешалкой висело старинное, немного потускневшее от времени зеркало. Я шагнула к нему, посмотрела на себя. И в этот момент из кухни вышла Лена-прошлая.
– Помочь тебе? – спросила она, приближаясь ко мне сзади.
И тут наши взгляды встретились в зеркале.
Два одинаковых лица, обрамленных светлыми волосами. Два одинаковых силуэта в серо-бежевом. Похожие бусы. Цвет глаз у нас с Леной-прошлой отличался, к счастью… Но все равно в остальном сходство было поразительным. Мы с ней стояли так близко, что сами могли запутаться, кто есть кто в зеркале. Я смотрела на наше отражение, и меня все сильнее охватывал мистический ужас.
– Ой, – тихо, с восторгом сказала Лена, глядя в зеркало. – А мы и правда похожи. Как настоящие сестры.
От ее слов у меня снова побежали по спине мурашки, я не могла пошевелиться.
В этот момент из гостиной вышел Артур. Он остановился рядом, посмотрел на наше с Леной отражение в зеркале – его глаза широко раскрылись. Он видел то же, что и я, – двойников.
Николай, видимо почувствовав неладное, тоже выскочил в коридор. И он встал рядом с братом и тоже уставился на нас. На Лену-прошлую. Потом опять на меня. На нее.
Я встретила в зеркале влюбленный взгляд Николая. Конечно, он предназначался не мне! Но… но.
Я первая отвела глаза, разрывая этот магический круг.
– Простите, – сдержанно произнесла я и скрылась на кухне. В гостиную потом вернулась нескоро.
Следующая часть вечера прошла в степенных разговорах, но я уже чувствовала себя очень неуютно. Артур сидел рядом со мной молча, задумчивый. Николай, напротив, весь вечер крутился вокруг Лены-прошлой, его восхищение ею било через край. А потом он взял да и опять уставился на меня точно завороженный. Лена-прошлая заметила это, нахмурилась.
Кульминация наступила, когда гости попросили хозяина дома показать его главную гордость – коллекцию старинных открыток. Все двинулись в кабинет Петра Дмитриевича. В дверном проеме, в толчее мы с Леной-прошлой оказались опять рядом.
– Ну просто как две капли воды! – оглянувшись, восхищенно ахнула пожилая дама, коллега отца Артура. – Я сначала подумала, это сестры. Артур, Николя – и правда, как же вы различаете этих прелестниц?
Кто-то из гостей засмеялся. Артур никак не отреагировал. А Николай вдруг смешался. Дурашка, кажется, только сейчас он осознал,
насколько
мы с Леной-прошлой похожи.
Я сделала шаг назад, уступая дорогу Лене-прошлой. А та, нервничая, вдруг обернулась ко мне и прошептала на ухо:
– Алена, а можно тебя на минутку?
Она потянула меня за руку за собой.
Мы оказались в нашей с Артуром комнате. Лена-прошлая захлопнула дверь и, тяжело дыша, выпалила:
– Я знаю, почему ты всегда задираешь нос! Ты ведь боишься, что я стану лучше тебя? Ты боишься, что все будут смотреть только на меня?
– Лена, о чем ты? – мрачно спросила я.
– Ты так стараешься быть самой необыкновенной, яркой… Ты подавляешь меня! А потом обижаешься, я же вижу… А я просто хочу быть как ты! Почему ты злишься? Почему Артур смотрит на меня сегодня как на преступницу?
В этот момент дверь открылась. На пороге стояли Артур и Николай. Они слышали последние фразы нашего разговора.
– Лена, – сказал Артур спокойно, – никто на тебя так не смотрит.
Но Николаю явно не понравились слова брата, он заявил:
– А я хочу поддержать Лену. Ты, Артур, и правда на нее сегодня недовольно поглядывал.
– Чушь, – сказал Артур.
– Да?! – всплеснула руками Лена-прошлая, обращаясь к Артуру. – А почему тогда вчера, когда я звонила Николаю, ты взял трубку и буквально промурлыкал: «Алена, ты?» Вы сами нас путаете, братцы! Вы оба!
Муж мой помрачнел еще сильнее. Николай растерянно уставился теперь уже на меня.
Я смотрела на свою копию – Лену-прошлую, на ее искаженное обидой и гневом лицо, и понимала: у меня больше нет подруги.
Я демонстративно покинула комнату и направилась по коридору в гостиную. Сзади доносились приглушенные голоса: четкая речь Артура, скороговорка Лены-прошлой, сердитый шепот Николая. Они выясняли отношения уже между собой.
Но скоро гости разошлись.
…Мы с Артуром при тусклом свете ночника молча готовились ко сну.
Я сидела на краю кровати, распутывая на пряди свою сложную прическу, когда Артур вдруг произнес с раздражением:
– Так больше продолжаться не может.
Я обернулась. Он стоял у окна спиной ко мне, его силуэт четко вырисовывался на фоне ночного неба.
– Я знаю, – тихо ответила я. – Но что мы можем сделать? Запретить Ленке носить то, что ей нравится? Запретить ей быть на меня похожей?
Он повернулся. В полумраке я видела только блеск глаз Артура. Он произнес:
– Речь не о платьях. Речь о том, что эта девочка Леночка слишком много на себя берет! А мой брат смотрит на вас обеих так, словно уже перестал отличать! – Он подошел ближе, понизил голос до шепота: – Ты слышала, что она сказала? Я – путаю ваши голоса по телефону?! А ты заметила, как Колька зыркнул на меня после этих слов? Он думает, что я… что у меня в голове не пойми что!
– Она не нарочно, Артур, – попыталась я возразить, сама не веря своим аргументам. – Она просто… не понимает.
– Не понимает? – Он усмехнулся. – Алена, да она нами всеми играет как марионетками! В ней, как и в тебе, тоже есть эта черта – манипулировать и интриговать. Сначала Ленка подстраивается под тебя, чтобы привлечь Кольку, а теперь, когда видит, что это работает слишком хорошо, ревнует и пытается нас поссорить! Она заигралась!
Он сел на кровать рядом со мной, его плечо почти касалось моего.
– Я больше не могу этого выносить, – невесело засмеялся муж мой. – Каждый день – как хождение по лезвию.
– Что ты предлагаешь? – спросила я и заметила, что мой голос прозвучал устало.
– Я не знаю! – с досадой произнес он. – Но мы должны что-то придумать. Что-то радикальное. Пока она, твоя копия, не разрушила все. Пока мы с Николаем сами все не разрушили. Я сегодня на какое-то время реально перестал вас с Леной различать. Это сводит меня с ума.
Я взяла его руку, она была холодной.
– Я никуда не делась, – прошептала я. – Я здесь.
– Это нельзя так оставлять, – раздраженно повторил Артур, убирая свою руку. – Надо положить этому конец.
– Но как?! – возразила я. – Мы же теперь навсегда связаны: вы – братья, а мы с Ленкой тоже, считай, сестры.