Страница 12 из 72
Марии Олеговне вдруг стало нехорошо, Петр Дмитриевич цыкнул на домработницу и увел жену с кухни – успокаивать, приводить в чувство.
Тут я заметила Артура – мой красавец-муж, оказывается, тоже стоял здесь и смотрел на меня пристально и строго – сложив руки на груди, чуть склонив голову набок, сдвинув брови… Затем он взял меня под локоть и решительно утащил в нашу комнату. Развернул к себе и жестко заявил:
– Рассказывай, Алена.
– О чем? – растерялась, сникла я.
– Ты наводку участковому дала? – глядя мне в глаза, строго спросил Артур.
– Я…
– Я как чувствовал! – взвился муж мой. – Ты хочешь, чтобы нас разоблачили?! Узнали, что ты прибыла из будущего?!
– Я все сделала очень аккуратно… – пробормотала я. – Ненавижу маньяков. Ты знаешь, этот тип, его потом назовут Землекопом, убьет потом еще тридцать человек в восьмидесятые? Его не сразу разоблачат…
Артур схватился за голову. Помолчал и, словно сдавшись, выдохнул:
– Меня не то возмущает, что ты опять спасаешь людей, я такое могу только приветствовать… Но ведь ты сейчас действуешь за моей спиной. Ты меня не предупредила! Как будто я чужой тебе… И опять Никитин, опять этот Никитин! – с горечью заключил Артур.
Я понимала, о чем он сейчас.
– Мне его жалко, – прошептала я. – Он выглядит ужасно. Как будто помирать собрался. Считает, что его жизнь закончена. Я думала, ему пойдет на пользу, если он разоблачит настоящего преступника…
– Да пропади он пропадом, твой Никитин, – устало бросил Артур и отвернулся.
В комнате повисло молчание.
«Пропади», – отозвалось эхом в голове.
– Артур… А можно отправить Никитина в будущее? Сделав его при перемещении молодым? – неожиданно для себя же спросила я. – Как и со мной все произошло, но только в обратном порядке…
Артур внимательно посмотрел на меня.
– Он тогда исчезнет из нашего времени, – продолжила я увереннее. – И вот еще что… с ним мы передадим весточку твоему брату. Там, в будущем! Николай узнает, что все у него получилось с моей переброской в прошлое: я спасла тебя, ты жив… То есть мое перемещение во времени прошло успешно!
Артур задумался. Потом заговорил так, словно уже забыл о ревности к Никитину:
– Теоретически это возможно, я уже думал об этом. Временны́х коридоров, ведущих именно в твою эпоху, не так уж много. В ближайшем будущем выброс темной материи из Солнца позволит нам совершить одну такую переброску – в 2025 год. У нас с тобой есть устройства для переброски, место все то же – наш семейный склеп… Но, Алена, ты должна понять главное: капсула, позволяющая перемещаться во времени, – это не лифт, которым можно пользоваться по расписанию. Такие переброски уникальны. Это как поймать нужную волну: она приходит на миг – и ты либо успеваешь ее оседлать, либо нет. Следующей волны может уже не быть, разве что вроде слабого афтершока потом, но с ним человека не перебросишь… И мы до сих пор так и не знаем, что такое
время
. И как на него влияют эти перемещения. Здесь возможны разные сценарии. Например, в том будущем, куда мы хотим отправить Никитина, уже можем жить мы с тобой – те самые, теперешние. Я не погиб от руки Валерии, и мы с тобой, я очень надеюсь, прожили долгую счастливую жизнь, а Николай не остался один доводить до ума мои проекты…
– Если так, то мы в будущем все равно знаем о машине времени! И не сильно удивимся появлению Никитина… омоложенного, – добавила я смущенно. – Нам в том будущем шестьдесят три года.
– А если время – это параллельные реальности? – парировал Артур. – А если с нами что-нибудь случится? С Николаем? Ведь мы переделали жизнь, все
уже
изменилось! Да ты сама замечаешь, как с твоим появлением стали меняться люди и их поступки.
– Стало лучше или хуже от моего появления? – быстро спросила я.
– Вот, ты уже торгуешься, – усмехнулся Артур. – Но да, я жив благодаря тебе. И я не могу сказать, что стал хуже жить. – Он вдруг засмеялся, обнял меня. – И вообще, ты уже стольких людей сумела спасти. При том что наука от тебя бесконечно далека. Ты творишь новые смыслы… Не знаю даже, как тебя и назвать. Катализатор добра, что ли?
– Меня еще никто катализатором не называл. – Я нервно рассмеялась, прижимаясь к мужу. – Потрясающий комплимент!
– А давай рискнем, – неожиданно произнес Артур. – Отправим Никитина к… к потомкам! Подальше от нас. Предупредим его о рисках, конечно, пусть сам решает, стоит оно того или нет. Только вот поверит ли он нам? Не отправит ли за такое в психушку?
– Я сама с ним побеседую, – ответила я. – Он меня слушает. Он мне поверит.
– Но это риск… Вот это реальный риск – посвящать в нашу тайну участкового милиционера, – засомневался Артур.
– Я смогу, – обещала я. – И я сделаю это не сразу… То есть не сразу стану выкладывать все карты. Сделаю это постепенно, сначала постараюсь убедиться, что Никитин готов это принять.
– А если нет? – скептически склонил голову Артур.
– Тогда я скажу, что разыгрывала его, – нашлась я. – Начиталась фантастики… Да он сам ее читает – ты бы видел библиотеку у него дома! Так что какой с меня спрос? Я же писательница, выдумщица.
В лице Артура что-то дрогнуло, когда я упомянула библиотеку Никитина. Но комментировать это он не стал. Просто сказал:
– Хорошо, поговори с ним. Мне твоя идея нравится. Если Никитин согласится – я отправлю его в будущее. И у меня просьба – беседуй с ним не у него дома, а где-нибудь… где-нибудь на улице. Или в парке…
Я кивнула, решив тоже оставить его ревность без комментариев. Все и так было понятно: муж просил меня не оставаться наедине с человеком, который был в меня влюблен, да и я к нему когда-то не оставалась равнодушна.
Когда все в доме разошлись, я позвонила Никитину прямо в его рабочий кабинет, что находился в отделении милиции, и попросила о встрече. Он согласился сразу.
Мы пересеклись с Никитиным вечером в том самом саду, что прятался за стадионом.
Середина октября. Темно, скудное освещение. Холодно, пронизывающая сырость, непрерывно падают листья.
Никитин стоял под одиноким фонарем, ждал меня.
– Ты уже слышала, да? Новости? – спросил меня Никитин, когда я подошла к нему. – Тебе больше не стоит бояться: преступника задержали.
– Слышала, – ответила я. – Все о тебе говорят.
– И ты оказалась права. Ты как чувствовала… – горько усмехнулся он. – Это был не человек, а зверь.
– Ты спас тех, кто в будущем мог стать его жертвой, спас многих… – начала я.