Страница 75 из 136
И за создание которой пришлось едва ли не биться с Шираном. «Мне не хотелось бы, чтобы вы тратили своё и наше время на такую чушь» – вспомнилось ей, и Лисю снова передёрнуло. Вот же… тролль напыщенный! Ничего не интересует, кроме дурацкой войны! Елисель тогда чуть не съехидничала про то, что стиральный агрегат можно было бы использовать с целью пыток вражеских агентов, достаточно запихнуть существо во вместительный барабан. Но удержалась, испугавшись: а вдруг он воспримет её слова всерьёз? Слава учёного, изобретателя нового слова в заплечном ремесле её не прельщала.
Рарха не ответила, лишь фыркнула, сдувая мокрую прядь жидких волос с морщинистого лица.
– Ясно. Ты не какая-то там слабачка, чтобы стирать бельё машиной, когда можно руками, – вслух поняла Елисель и присела на камень рядом. Мечтательно посмотрела в светлеющее небо.
Служанка, конечно, не ответила.
– Физическая сила – слабость гоблинов, – миролюбиво продолжила Елисель. – Вы слишком полагаетесь на собственные мышцы. И да, я признаю: физически вы превосходите людей. Но что мы имеем в конечном итоге, Рарха? А в итоге мы имеем факт: вы не развиты, как цивилизация. И в условиях, когда для получения воды, необходимой для жизни, нужно применить простейшие знания, вы перед лицом стихии беспомощны, как личинки эльфийской тли. Вот она вода – рядом, рукой подать. Да у нас студент даже первого курса смог бы сделать бур, рассчитать место бурения скважины и добыть её, а вы? Вы, гордые и сильные гоблины вынуждены йотпить на человека в обмен на кружечку воды.
Рарха замерла. Её сутулые плечи перестали ходить ходуном.
– Это же так просто! – продолжала вещать Елисель со всей возможной беспечностью. – Боги древние и новые! У вас руда под боком, у вас нефть под боком. Что, кроме необразованности, мешает вам самим выплавить и выточить бур? Вы же куёте оружие, верно? Да, положим, это тупое, примитивное, доогнестрельное оружие, но…
Гобиниха обернулась и глянула на хозяйку исподлобья.
– Твоя умеет добыть воду? – спросила сипяще-свистящим голосом.
– Пф-ф! – Лися рассмеялась. – Да что тут уметь-то? Вот машинка, стирающая бельё, это да, тут нужны мозги. И твёрдые знания механики. А для простейшего бура мозги вовсе не нужны. Ну ладно, если не жалко кожи на руках, то стирай её о камень и мочи водой. А я пошла, искупнусь. И да, герцог Ширан разрешил мне прогуляться вокруг лагеря. Не то, чтобы это была прогулка, конечно. И, естественно, со мной пойдёт Баэрд и шесть его гвардейцев, но… лучше, чем ничего, согласись.
Тупой взгляд Рархи по-прежнему ничего не выражал, и Елисель добавила, не особенно надеясь, что её поймут:
– Вон в те горы, видишь? За рекой. И я хочу, чтобы ты пошла со мной. Это будет, когда пекло начнёт спадать, но до заката солнца. Сегодня. Буду искать различные… Э-э-э… минералы, если ты понимаешь о чём я, чтобы добавить в железо. Для прочности. Ты не знаешь, что такое прочность? Гм. Ну, например, берёшь железо, как для меча, сплавляешь с марганцем, хромом и… Ай да ладно, тебе всё равно не понять! И делаешь корабль. Или бур, например, который дырявит прочный камень, и вода оттуда бьёт фонтаном. Поняла?
В чёрных глазках что-то блеснуло, отдалённо напоминающее мысль. Елисель потянулась и снисходительно бросив:
– А знаешь, почему Ширан предоставил этим заниматься мне? Потому что я – лучшая. Я лучше всех его людей понимаю в железе и камне. И воде, да, – ушла в купальню, не оглядываясь.
Оставалось лишь надеяться, что от постоянного обезвоживания Рарха отупела неокончательно.
Ближе к вечеру Лися в парусиновых штанах, рубашке с длинными рукавами и куртке-безрукавке, с головой, замотанной платком так, чтобы его край закрывал рот и нос, спустилась к ожидавшим её муренцам.
– Рарха говорит, что идёт с нами, – Баэрд поднялся с лавки. – Не думаю, что это целесообразно.
Лися хмыкнула:
– Не целесообразно мне, девице, быть среди семерых мужиков одной. В конце концов, это просто неприлично.
– Я – ваш муж…
– Ага. И, если мне понадобится отойти за кустики, вы будете помогать мне лично?
Баэрд удивлённо глянул на супругу, поднял белесые брови:
– А зачем вам помощь в кустиках?
«Об этом я не подумала», – с досадой осознала Елисель. Но отступать она не привыкла и, пристально уставившись на него, откровенно заявила:
– У меня кровавые дни, да будет вам известно, дорогой и обожаемый муж. Понимаю, что это мало о чём вам говорит, но это такие дни, когда из самого неприличного из женских органов течёт кровь, и да, нужна помощь служанки, чтобы…
Муренцы заржали, Баэрд покраснел, отвёл глаза и, морщась от досады, сухо пошёл на попятную:
– Не думаю, что стоит посвящать нас в сокровенные женские дела, госпожа эль Д… Баэрд. Хорошо, раз вы считаете присутствие служанки необходимым для вас, пусть идёт. Хотя, если у вас… мы могли бы отложить наш поход…
– … на осьмицу? – насмешливо перебила его Елисель. – Ладно, давайте отложим. Но сначала вы возьмёте разрешение у герцога, а то Его Светлость велел мне всё подготовить срочно.
– Речь шла о чертежах. Для их отрисовки не нужна экспедиция…
– А чертежи напрямую зависят от того, удастся ли мне найти вольфрам, – рявкнула Елисель. – Потому что одно дело, если это сталь, сплавленная из железа с вольфрамом, и другое – если без.
Она знала, что Баэрд ничего не понимает в выплавке легированной стали, да и вряд ли слышал название редкого металла, а потому врала легко и изящно. И не удивилась, когда Баэрд просто кивнул.
И вскоре отряд, численностью в девять человек, на крепких лошадках, с семью винтовками и запасами провизии, выступил из Ирисового города. Рарха бежала на своих четырёх: гоблины побаивались лошадей. Это было взаимно и оправданно.
Весь план был придуман Лисей за эту ночь, когда пришло осознание: бронированные корабли Ширану могут быть нужны лишь для одной-единственной цели – атаки Неприветливых островов и вторжения в Мурсию. Почему понадобилось выжидать полгода – Лися не понимала. Но она и вообще много не понимала ни в политике, ни в тактике, ни в стратегии. И всё же достаточно, чтобы понять – Ширан собирается начинать войну против Эйва.
И против Мурсии.