Страница 43 из 136
– О, уверяю вас: это не сентиментальные люди. Едва Перех погиб, оставшиеся войска сложили оружие и подчинились герцогу Ширану. И с радостью вернулись домой. Месть – это не то, что их волнует.
«Если Ширан вернётся, – сумрачно решила Ирис, – эти люди не станут биться за меня». Она снова взялась за локоть деверя и пошла вперёд.
– Его Величество очень интересно придумал антураж древности на праздник, – заметила со вздохом и посмеиваясь над этим своим вздохом, – и все эти танцы очень забавны. Опять же: связь времён, преемственность, турнир... Но я не знаю их. А мне так хочется танцевать! Представляете, я год… больше даже не была на балах.
Хесс посмотрел на неё. Без осуждения, как ни странно. Улыбнулся. И строгое выражение исчезло с его лица.
– Разрешите вас пригласить?
– Но музыка…
– Я вам напою.
Ирис охватило странное воодушевление. «Я хочу ещё немного, совсем чуть-чуть побыть девочкой, – отчаянно думала она. – Хотя бы несколько минут. Потом я снова стану взрослой и вспомню, что я – герцогиня, и мать, и…» Она присела в реверансе, положила ладонь на плечо мужчины и доверчиво вложила руку в руку.
– Раз, два, три, – тихонько отсчитал он ритм и шагнул назад.
Ирис любила танцевать. Страстно, со всей силой души. Она обожала музыку, лёгкую, волнующую. Когда-то. А потом игривая, озорная девочка умерла, превратившись в испуганное животное, выпрашивающее ласку у жестокого хозяина. Но сейчас мужская ладонь на её талии, близость мужских блестящих глаз, уверенные движения – вскружили ей голову.
«Я только чуть-чуть» – с отчаянием подумала девушка, как будто оправдываясь перед кем-то безжалостным.
Было тихо, птицы попрятались из-за прошедшего дождя, звуки праздника доносились рокотом далёкого моря, и мир… исчез. Только раз-два-три. Ирис услышала музыку: скрипка, виолончель, флейта запели в её голове. Хесс закружил её, увлекая, и принцесса, улыбающаяся, смущённая, быстро-быстро перебирала ножками, то привставая на цыпочки, то опускаясь, то кружась вдвоём, то – едва касаясь пальчиками его пальцев – вокруг него.
Вдруг дождь поцеловал её лоб и щеку двумя крупными каплями. Ирис остановилась:
– Надо возвращаться.
Хесс глянул на нахмурившееся небо:
– Да, пожалуй, – в его голосе отчётливо слышалось разочарование.
– Это был третий танец, – подколола его разрумянившаяся Ирис, – теперь вы должны будете на мне жениться.
И рассмеялась.
– Я был бы рад, – как-то очень серьёзно ответил он, и девушка почувствовала, что краснеет.
Она смутилась? Она? Насмешница и язва – называл её Эйв. Болотная ведьма. Ирис отвернулась и неспешно направилась назад, к шатрам, сделав вид, что не расслышала его непристойные слова.
Однако дойти они не успели – хлынул ливень, разом, стеной. Хесс притянул принцессу, скинул дублет, набросил на её голову и спину и прижал к себе, защищая от потоков воды. Ирис ткнулась лицом в батистовую рубашку, пахнущую нежным парфюмом. Замерла, закрыв глаза.
«Я прощу тебе всё, кроме измены», «я убью каждого, кто коснётся тебя»…
Она вздрогнула и отстранилась.
– Ливень может затянуться, – пояснила неловко и как-то сипло.
И побежала к шатрам, так и держа его стёганный дублет над головой. До шатров не добежала – повернула по дорожке к Охотничьему домику.
Дождь лупил по жалким остаткам листьев, мял траву и кусты. Ирис поскользнулась на мокрых досочках и упала, больно ударившись коленкой и локтем. Всхлипнула, прижав пострадавшую руку к груди. Хесс, шагавший следом, остановился, нагнулся и подхватил девушку на руки.
– Что вы делаете? – прохрипела Ирис.
– Спасаю прекрасную даму, – улыбнулся он.
Она рассмеялась. Волосы намокли, причёска растрепалась, накрахмаленный воротник «потёк», съёжился, и, должно быть, Ирис выглядела сейчас просто ужасно, но душу затопило какое-то весеннее детское счастье.
Хесс снова накинул на её голову и плечи свой дублет и зашагал к дому. Пронёс мимо охранников-муренцев, вступил в прихожую, пригнувшись так, что Ирис лбом коснулась его выбритой горячей щеки. Тотчас подскочила служанка, ахая.
– Согрей вина, – велела принцесса, – и собери на стол. Ваша Светлость, вы уже можете поставить меня на пол.
Он послушался и заколебался, не понимая, что делать дальше. «Тебе лучше уйти», – с тоской подумала Ирис. Закусила губу и глянула на него сердито. Он что, не понимает, что подставляет и себя, и её? Он ведь лучше неё знает старшего брата. И увидела, что Хесс вымок насквозь – волосы прилипли ко лбу, щекам, шее, по коже стекали струйки, рубаха уже не скрывала мускулатуру тела, сделавшись почти прозрачной, а ниже Ирис не стала смотреть. Вздохнула:
– Поужинайте со мной. Вам надо согреться. Слуги принесут запасную одежду.
– Благодарю, – он снова улыбнулся ей своей тёплой и немного меланхоличной улыбкой.
Ирис, чуть прихрамывая, прошла в комнату. Она злилась на себя, на него, на всё это нелепое и опасное положение, в котором внезапно оказалась по собственной глупости. Горничная помогла снять вымокшее тряпьё (оно было безнадёжно испорчено), протёрла тело госпожи полотенцем, принесла сорочку и убежала за платьем. Ирис подошла к зеркалу и заглянула в него. Задрала подол, увидела стремительно багровеющую припухлость чуть ниже коленки. Всхлипнула, закрыла глаза и обессиленно прислонилась к стеклу лбом. Ей стало страшно.
«Муренцы видели меня на его руках, – думала она с отчаянием. – Среди них мог быть человек Ширана».
Ей нельзя влюбляться. Ей нельзя танцевать. Ей нельзя разрешать чужому мужчине брать себя на руки. Цена девичьей глупости – смерть. И ладно бы её самой…
Когда, уже одетая в обычное вечернее платье, Ирис вышла в гостиную, баюкая малышку, на её лице царила безучастная любезная улыбка, а во взгляде исчезли последние остатки счастья. Они с Хессом проговорили с пол часа, пока герцогу его слуга не принёс одежду (тоже обычную, не сказочную), и тот не откланялся, ещё раз заверив Ирис в безграничном уважении.
– Всегда буду рад помочь вам на новом месте, – поклонился он, и принцесса кивнула, произнеся что-то в ответ из предписанного по этикету.
Когда он вышел, Ирис посмотрела на горничную, застывшую у дверей:
– Велите разжечь камин – становится холодно. И принесите книгу, она лежит на столе в моей спальне.
– Подать вам вечерний наряд?
– Нет, – Ирис покачала головой. – Я замёрзла и устала. Сегодня я больше никуда не пойду. Ступай, я хочу побыть одна.
Девушка покорилась.