Страница 4 из 136
Демон взглянул на неё. Кивнул. Закрыл зелёные глаза и вытянул босые ноги.
– В следующий раз. Вернусь и дам тебе ключ от библиотеки.
– А почему нельзя сейчас его дать?
Изиргир меланхолично усмехнулся:
– Потому что, моя умненькая, нужно провести целый обряд, чтобы мои книжечки тебя не скушали. Демонические книжечи и свиточки, моя вкусненькая, любят кровь человечков. От крови потомицы древних эльфов тоже, впрочем, не откажутся.
– И когда будет это «в следующий раз»? – поинтересовалась Лися.
При мысли о старинных фолиантах, напитанных магией, хищных и никем из людей нечитаных, она почувствовала голод.
– Через денёк другой. Или осьмицу. Или… Не знаю, – Изиргир пожал бескрылыми плечами. – Тут такие делишки весёленькие начинаются, что я пока ничего не могу обещать, сладенькая. Ты, кстати, далеко от замка не уходи. У нас тут гости объявились.
Это был их последний разговор, и произошёл он весной, а сейчас уже начиналась осень, с её пыльными бурями и засухами.
Гости – это вот это? И гости с северного континента?
Ширан?
А кто ещё мог бы высадиться из северян, кроме проклятого южного герцога? Если, конечно, его не повесили за мятеж против короля.
– Нельзя делать подобные выводы на основании настолько скудной информации, – проворчала Лися.
Оглянулась на тролля, чтобы попросить его подождать, и увидела перед собой скалу, в трещинах которой всё ещё угадывалось лицо, но только для того, кто видел бы его живым.
– Хоррох! – позвала Елисель.
Потом громче. Потом заорала. Никакой реакции.
Он умер? Уснул?
– Свет, – прошептала девушка потрясённо. – Солнечный свет! Вот чем питаются тролли! Как я сразу не догадалась! Он ожил, чтобы уйти из пыльной бури, так как она – перекрывала ему свет! Ну конечно! А чем ещё может питаться в пустыне существо таких размеров?
Но это означало, что до утра Хоррох не сдвинется с места, а ночи в пустыне – холодные.
«Наберу валежника и доживу как-нибудь до утра. А заодно и посмотрю, проснётся ли Хоррох утром», – решила Елисель. Поспешно слезла с ладони спасителя, положенной на колено, сорвавшись под конец, но отделавшись ушибом, и двинулась к реке. Там, конечно, кустарника будет больше. И замерла, услышав чей-то говор.
Люди. Мурсийский! Определённо это был он.
Итак, первая догадка, что строителями обнаруженной крепости были именно жители Мурсии, оказалось верным. А, значит, второе предположение – про Ширана – тоже не стоит сбрасывать со счетов. И что сделает герцог, обнаружив ту, которая убежала из его плена?
Проверять не хотелось.
Лися вжалась в выемку между голеней Хорроха и затаилась в полумраке каменной ниши. Голосов было несколько, все мужские. Ей показалось, что в одном из них она узнаёт простуженный голос супруга, но, может быть, это лишь воображение разыгралось? Тревога могла играть дурную шутку… Елисель вслушалась, прижав руку к сердцу, чтобы заглушить стук.
– … а Нэнни говорит: «сударь, вы ошибаетесь»…
Дружный смех. Значит, это определённо обитатели этой крепости. Расслабиться в этом краю можно только на своей земле.
– Говорите громче, – недовольно отозвался сиплый голос. – А то не все волколаки вас слышат.
Они были совсем недалеко, и Лися отчётливо различила южный акцент. Так всё-таки… Не удержавшись, она осторожно выглянула. Их было человек двадцать, каждый нёс на плече деревянный щит, обтянутый кожей – против василисков, плюющихся огнём. За спинами торчали дула винтовок. Каждый вёл пустынных лошадок в поводу. Строго говоря, «лошадки» не были лошадьми, их просто так называли. Это были скорее мулы с ногами, расширяющимися книзу и мозолями подушечек вместо копыт. Этакая помесь верблюда и осла. Кавалькада определённо направлялась в сторону крепости.
Солнце ещё не село, и Лися видела его алые отблески на кирасах. Загорелые лица покрывала пыль, но в том, что шёл ближе всего к ней, девушка внезапно узнала… не может быть!
– Эйв! – крикнула она, не выдержав.
Наследник Мурсии? Как такое возможно?! Он не был пленником, это было очевидно. Но… откуда здесь её «морячок»? И если он здесь, так ведь… он не король? Он… А король Мурсии – Ширан? Но если Эйв не король, если он теперь такой же изгой, какого она полюбила…
Путник обернулся, и Лися отчётливо увидела тёмные волосы принца, его глаза, его лоб, и эту немного усталую улыбку, полную сарказма. Он! Всё же он!
Елисель, поскальзываясь на песчаном камне, бросилась к нему, уже не сомневаясь.
– Эйв!