Страница 122 из 136
– Когда-то была одним из замков демонов. Чем-то вроде замка неупокоенных душ. Собственно поэтому здесь и ходят лишь козы, и совершенно точно ночью в округе нет никого, даже пастухов. Нас никто не засечёт.
«У мужчины не должно быть таких красивых пальцев, – думала Ирис. – Это противоестественно». Ей приходилось прилагать усилия, чтобы слушать разумные слова деверя, а не этот низкий, хрипловатый голос, от которого закипала кровь и кружилась голова.
– Почему же их не упокоили до сих пор?
– А почему не упокоили тех, кто несуществует в нескольких часах от столицы? – спросил Хесс мягко.
В его голосе прозвучала улыбка, Ирис невольно оглянулась и утонула в синих глазах. Почувствовала, как жар прилил к щекам и губам.
– И почему же? – выдохнула, плавясь от внутреннего жара.
– Для упокоения убиенных душ нужно много сил, – пояснил Хесс.
Должно быть, последние дрова, брошенные в камин, были излишними. В кабинете определённо стало чересчур жарко, вон, даже у герцог дышал тяжело.
– Не соглашусь: на войнах погибает множество людей… сотни, тысячи…
– Чем сильнее мучился человек перед смертью, тем труднее его упокоить. Поэтому смертельно раненным дают циркоту, и те засыпают. А врагов добивают, и с этой целью при полках всегда есть отряд добивальщиков.
– Но во времена демонов многие умирали в мучениях…
– Демоны обладают властью над неупокоенными душами. Крылатым не нужны молитвы сестёр.
У него же были синие глаза? Почему они стали чёрными? «Мне надо лечь спать, – подумала Ирис, отворачиваясь и зажмуриваясь. – Всё плывёт, и мир кружится просто ужасно! И воздуха совсем нет». Она расстегнула высокий воротничок строгого чёрного платья.
Да, но надо решить сначала…
– И полудемоны – тоже?
«Зачем я спрашиваю об этом? Я же видела, как Ширан уничтожил целый отряд неупокоенных».
– Да. Тоже.
– И… ты?
– Да. Именно поэтому я прошу твоего разрешения возглавить полуполк. Без меня человеку там не пройти.
– А если выступить утром или, наоборот, ночью? Так, чтобы пока отряд доедет до отрогов гор… Словом, чтобы отряд оказался там днём?
Ей почему-то отчаянно не хотелось отправлять деверя на опасное задание. «Потому что он – единственный, кто по-настоящему верен мне здесь», – солгала себе сердито.
– Если полк выступит из Ядовитого города, – Хесс почти касался носом её волос, – то скрыть его движение от наблюдателей будет невозможно. Нет, нужно действовать иначе: мне лично выехать на восток и взять людей из пограничной заставы. Но опять-таки, если выйти днём, то известие о выступлении такого солидного отряда непременно дойдёт до Валира раньше, чем мы достигнем его земель. Поэтому нам стоит выходить ночью и идти всю ночь. Только так мы сможем остаться незаметными для пастухов, например. Ночь – единственное время для того, чтобы пройти незамеченным.
Ирис задумалась. Она искала предлог, чтобы не отпустить его, и вдруг поняла, что ищет предлог. «Я – королева. Я не могу позволить себе быть трусливой женщиной», – выругалась мысленно и, стараясь говорить холодно и чётко, уточнила:
– Так как уничтожить демона? Я знаю, что можно сбросить в вулкан. Или узнать подлинное имя. Но есть ли иные способы?
– Отрезать крылья, – не задумываясь ответил Хесс.
Ирис вздрогнула. Опустила ноги на пол, встала, полная негодования, но вскрикнула от боли и едва не упала – Хесс подхватил.
– Что с вами?
– Отсидела… просто судорога.
Её ладони легли на его грудь. Герцог был в батистовой рубашке с широкими рукавами, в шёлковой жилетке, по-домашнему. Она увидела совсем близко его лицо, бритый подбородок с лёгкой синевой, тонкий нос с горбинкой, яркие губы и… глаза, с тревогой вглядывающиеся в её глаза. Порадовалась тому, что через корсет не чувствует его ладоней.
– Сейчас легче? Или болит?
Было легче, хотя ноги ещё покалывало болью, но Ирис испугалась, что если Хесс отпустит – она упадёт уже по иной причине.
– Нет, – солгала вторично, – ещё нет.
– Тогда мы сделаем так…
Он вдруг подхватил её под мышки, приподнял и посадил на стол, а сам присел на корточки.
– Что вы…
Задрал узкую длинную юбку, зашуршав муаром, сильные горячие пальцы коснулись икры и принялись массировать. Ирис вцепилась в край стола. Герцог запрокинул лицо и неожиданно озорно улыбнулся:
– Так лучше?
– Отпустите меня, – дрожащим голосом попросила Ирис.
– Не могу, – улыбка стала ещё шаловливей, а глаза заблестели. – Я только начал массаж.
По коже побежали мурашки, снизу вверх поднялось приятное тепло, а затем живот и промежность залило жаром. Ирис зло спрыгнула и решительно направилась к двери. Слёзы унижения брызнули из глаз. Хесс догнал, мягко обнял за плечи:
– Простите, – покаялся тихо. – Я понимаю, что… но… Ирис…
Она обернулась, разгневанная, готовая высказать ему всё, всё… И замерла. Закрыла глаза и потянулась к его губам. Хесс наклонился и поцеловал. Это был лёгкий-лёгкий поцелуй, словно коснулись крылья летней бабочки. Ирис отстранилась и ткнулась лицом в его плечо.
– Не надо.
Прозвучало жалобно. А нужно было влепить пощёчину, разгневаться и… но сил на гнев не было.
– Ирис, – прошептал он и осторожно коснулся её волос.
– Оставь меня, – устало выдохнула она и отстранилась. – Будет лучше, если ты выбросишь эти глупости из головы.
И вернулась в кресло, придвинув к себе карту. Она – королева. Её дело – война и политика. А любовные переживания… удел глупых принцесс.
– Не могу, – рассмеялся Хесс.
– Чего ты добиваешься? – холодно спросила Ирис. – Мы с тобой оба боимся Ширана. И оба знаем: когда герцог вернётся, твоё влечение ко мне закончится.
– А если нет?
– Значит, ты простишься с головой. Ты и сам понимаешь, что старшего брата тебе не победить. И я тоже. И знаю, что если мы сейчас уступим слабости, то пострадаем оба: ты будешь уничтожен, а я… а меня бросят в темницу и навеки лишат свободы.
Они впервые разговаривали настолько откровенно. Ирис прикусила губу и, глядя на карту и только на неё, резко завершила диалог:
– Хорошо. Я одобряю твою компанию. Чем скорее ты выступишь, тем будет лучше. Например, прямо сейчас или ранним утром. Что от меня требуется? Печать? Подпись? Или… да нет, ты же герцог. Значит, просто устное согласие. Оно – твоё. А теперь мне нужно ложиться, так что позволь мне пройти.