Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 117 из 136

Глава 29. Послушная жена

В Огненном замке пахло тухлыми яйцами – вулкан выделял сероводород, и им провоняли все коридоры, комнаты и залы. Но Сетар любил этот аромат извержений.

– Не так уж много существует способов убить демонов, – ворчал он, когда был в хорошем настроении. – А что может возбуждать сильнее близости смерти?

Демон шёл по коридорам, и воздух приятно парусил крылья за его спиной, а борода развевалась по обе стороны. «Как-то он похолодел, надо бы разогреть, да и запах стал невнятным», – с нежностью думал Третий князь. Хитёр, хитёр Изиргир, но что этот жалкий снотворец может противопоставить повелителю огня?

– Ыыша! – крикнул Сетар сердито. – Куда ты удымила, за хвост тебя да в лаву?

Ему нужен был кто-то, пусть даже ничтожный, в отражении которого можно увидеть собственное величие. Верная супруга как раз подходила для этой роли. Он сам вырастил её, выпестовал, научил, как быть ему хорошей женой. Когда у демонёнка только-только проклюнулись рожки, она уже была обещана и принадлежала ему. Потому что воспитание нормальной жены нельзя доверять кому-либо другому.

Супруга обрелась на берегу серного озера, в лавовой долине. Ыыша, обнажённая, сидела на алом камне и расчёсывала длинные чёрные волосы.

– Мой повелитель?

Она обернулась, и высокая грудь аппетитно нарисовалась на фоне базальтовой скалы. Это не были идеальные груди: соски смотрели в разные стороны, и, пожалуй, можно было бы пошарообразнее, но… к несчастью, по ребёнку предсказать заранее, что из него вырастет, трудно. И всё же самое важное в жене не совершенство форм, а нрав: при желании красоту можно поискать в другом месте. Зато княгиня была высокой, длинноногой, поджарой и гибкой, а последнее для утех плоти куда важнее, чем форма груди.

Сетар с досадой глянул на жену:

– Что ты там делаешь?

Она должна была спрыгнуть с камня и броситься к нему, но почему-то медлила и всё продолжала честь свои косы бриллиантовым гребнем. Князь невольно залюбовался. Её волосы струились сверкающей нефтью до самых коленок. Да и… бездна с ними, с грудями!

– Мой повелитель улыбается! – заметила Ыыша мелодичным хриплым голосом. – Могло ли быть иначе? Королева Ирис склонила выю перед ужаснейшим Сетаром.

Демон хмыкнул. Приятно, когда в тебя настолько верят.

– Да, – запустил пальцы в бороду, расправляя кудри. – Дело решённое. Девчонка посопротивлялась для приличия, но стоило мне объяснить ей разницу между Пятым и Третьим князем, и она стала моя. Теперь мне остаётся лишь сделать её вдовой.

– Эльирдану не повезло, – тонко улыбнулась Ыыша.

Это тоже было приятно. Разрушитель владел магией Старшего принца. Именно Ширан убил Гора, Первого князя Огненых земель, за чьё место нынче боролись Ниалир и Сетар, Второй и Третий князья. Но теперь... гм.

– Надо заманить человеческое отродье в ловушку. Ты должна соблазнить его и убить.

– А тогда…

– Тогда я женюсь на Ирис, стану королём Мурсии, затем императором Северного континента и убью Ниалира.

– И станешь Первым князем?

– Ты дура, Ыыша? Зачем императору Первое княжество? Иди сюда.

План был настолько хорош, что чресла Сетара распирало от торжества, и нужна была женская плоть, чтобы слить в неё излишки возбуждения. Однако обычно понятливая княгиня теперь отчего-то оказалась на редкость недогадливой. Она принялась заплетать волосы.

– Мой господин, прошу простить меня, я должна привести тело в более…

– Не должна! – зарычал он. – Ты оглохла? Я сказал, ты выполнила.

Она распахнула рубиновые крылья, перелетела на берег и послушно преклонила колено, опустив голову. Чёрные волосы упали на красную скалу.

– Прости недостойную, мой господин…

Сетар сгрёб шёлк её волос, наматывая на кулак. Демоница понятливо развязала пояс на чреслах мужа. «Их надо выращивать с детства, – самодовольно одобрил князь сам себя, – тогда они будут вот такими, покорными. А не вот это ваше… новомодное».

И вдруг вздрогнул всем телом. Принюхался.

– Кем от тебя воняет? – прохрипел, моментально наливаясь яростью.

Золотистые глаза невинно взглянули на него снизу вверх.

– Не знаю… Изиргиром, Пятым князем, наверное… Он ведь был у нас…

Сетар поверил бы в её непорочность. Хотел бы поверить…

Заорал, рванул вверх и ударил коленом в живот. Демоница отлетела, ударилась головой о чёрный зуб острого камня.

– Ты… ты…

Князь выхватил огненный меч, вновь обретая истинную форму. Ыыша приподнялась. Коснулась затылка и взглянула на окровавленные пальцы. Женские пальцы. Улыбнулась и насмешливо посмотрела на мужа.

– Изменила, ты хочешь сказать? О да-а… Он хорош! Что значит – моложе на сто лет. Рассказать тебе, каков твой брат в страсти? Хочешь знать, как это всё происходило? М-м…

Он ринулся на неё, но меч рассёк лишь камень – Ыыша успела увернуться. Чёрные пряди остались лежать на том месте, где она была. Демоница сдула волосинки с острого когтя.

– Знаешь, – заметила ехидно, – даже если ты меня убьёшь, о Сетар, князь быстороудовлетворюн, оно того стоило. Изиргир сказал тебе правду: он умеет делать женщин счастливыми.

И злодейка расхохоталась ему в лицо. Сетар убрал меч.

– Нет, дорогая. Нет. Я не буду тебя убивать. Это было бы слишком просто. И быстро. Даже не рассчитывай на мою доброту.

Ыыша попятилась, увидев в руках мужа кривой нож. Оскалилась, изо лба её проросли золотые рога.

– А я тебя – буду. Можешь рассчитывать.

Сетар обернулся, вновь выхватывая огненное оружие. Позади стоял Изиргир в человечьем обличье. Он безмятежно улыбался.

– Хорошо, что ты пришёл, йоптёныш, – прорычал Третий князь. – Вы будете мучиться вдвоём и смотреть друг на друга…

– Обожаю смотреть и мучиться, – рассмеялся Пятый князь.

Третий криво ухмыльнулся в чёрную бороду:

– Думаешь, ты справишься со мной, ничтожество? Ты в самом деле надеешься меня победить, глупец?

– Я? Нет. А он – да.

В спину повелителя огня ударило что-то ледяное.

– Ниалир… – Сетар впервые за всю жизнь почувствовал ужас.

– Ты предал меня, брат, – тихо выговорил враг за его спиной. – Мне больно было услышать твои речи.

Крылья сковал леденящий холод. Серное озеро подёрнулось изморозью. Ловушка. Они устроили ловушку!

Сетар взревел, титаническим усилием воли вырвался из ледяной скорлупы и ударил по ней огненным мечом. Полыхнуло пламя.