Страница 116 из 136
Удар саблей превратил капитана в вечного насмешника. Ирис прямо и бесстрашно посмотрела в обезображенное лицо. Её кровь бурлила неожиданным воодушевлением. Голос сипел, и приходилось выкрикивать предложения, преодолевая рвущуюся боль.
– Полудемон? Да. Верно. Вот та, за которую мы с вами будем сражаться. Защитница Юга – принцесса Лилиана.
Ирис подняла напуганную Лили, и девочка распахнула крылья. Ветер раздул лёгкое платьице-распашонку.
– Она ещё мала, но это – надежда Северного континента. Хранительница от демонов. Та, что рано или поздно придёт на смену королю Ширану. Но лучше поздно. Она должна подрасти.
Перрон затих, оцепенев. Лили забила крыльями. «Они сейчас сами нас сожгут» – испугалась Ирис. Услышала, как лязгнул клинок о ножны в руках Хесса, стоявшего позади.
– Слава хранительнице! – рявкнул старый граф Джинар, и толпа взорвалась криками.
Лёд треснул.
Ирис молча пошла вперёд, и мужчины тянули к ней руки. Кто-то отдавал честь, кто-то что-то кричал – она не слышала ничего. Сыпались какие-то листья, яркие лепестки цветов. Сердце билось в безумном ритме, руки похолодели, ноги мерзко дрожали, но Ирис знала – её лицо сейчас не отражает страха. Или возбуждения? Она не понимала, что за чувства сейчас пылали в ней.
Спустилась с перрона и увидела наконец не солдат. Очевидно, какие-то волны всеобщего восторга перекинулись, словно чумное поветрие, на толпу, ожидающую перед станцией.
– В оцепление! – рявкнул Джинар.
Но толпа напирала. Ирис передала малышку Хессу и шагнула к людям, вскинув руку.
– Не славьте меня, – выкрикнула яростно.
Люди ахнули и недоумевающе замерли.
– Не славьте ни меня, ни мю дочь – вашу хранительницу, ни моего мужа – вашего короля. Не славьте, не благословляйте, не бросайте в нас цветы. Не делайте этого до тех пор, пока мы не вернёмся к вам с победой. Пока не закончится война. И ваши мужья, братья и сыновья не вернутся к вам, увенчанные славой, нагруженные наградами и почестями. Не мне слава – вам. Вам, будущим победителям кошки, подлостью взобравшейся на трон, убившей мужа – вашего короля, отдавшей королевское ложе на поругание прелюбодею. Слава тем, кто вернёт правосудие и справедливость в королевство. Без них – нет богов, без них наша страна – лишь клочок земли в скалах. Слава вам, тем, кто сохранил верность.
И они снова закричали, завопили, и это было хорошо – от непривычного напряжения голос Ирис, и без того хриплый, сорванный ещё на эшафоте, пропал, и последнее слово потонуло в рёве.
Их ждала карета, и Хесс подал руку, помогая взойти в неё. На подножке Ирис вновь обернулась, чтобы осенить свой народ восьмёркой. А потом уселась внутрь, приняла дрожащую от холода дочку, и дверца, попустив горничную, наконец, захлопнулась. Экипаж дёрнулся, свистнул бич, кони заржали, и они тронулись, медленным церемониальным шагом. Ирис выглянула в окно, снова поднимая руку. И услышала новый взрыв приветствий.
«Я это сделала, – подумала, замирая от испуга. – Я смогла…».
Её первая победа. Ничтожная, мелкая – Ирис вполне отдавала себе отчёт, что те, кто сегодня благословлял её едва ли не на коленях, завтра вполне могут швыряться гнилыми овощами и камнями, если она дрогнет. И всё же…
– Я не такая слабая, как ты думал, Ширан, – прошептала королева.
И словно услышала тихое: «умница».
Лили заплакала. Ирис расстегнула мундир, рубашку под ним и приложила дочь к груди. Но испуганная девочка ударила по ней, и понадобилось полчаса или больше, чтобы малышка успокоилась.
– Привыкай, – хмыкнула Ирис, когда Лили, наконец, смилостивилась и начала сосать молоко, – ты – принцесса.
И внезапно провалилась в сон.
Она по-прежнему находилась в карете, и по-прежнему рысаки чуть потряхивали повозку, вот только вместо Ганиты – горничной – на лавке напротив восседал громадного роста мужчина с такой чёрной и буйной шевелюрой, что она казалась скорее шапкой из овчины, чем волосами. Серый мундир был похож на муренский, но королеву он не обманул.
– Кто вы? – резко осведомилась Ирис.
– Не кричи, женщина. Тебе это не поможет. Я – Сетар, Третий князь Огненных земель. И я хочу говорить с тобой.
Она рассмеялась зло:
– А я – Ирис, королева Мурсии, первая своего имени, и супруга того, кого вы вшестером не можете одолеть уже двадцать лет. Хочешь говорить – говори. Я слушаю тебя. И поторопись – времени у меня немного.
ОТ АВТОРА
Дорогие читатели, я опустила горячую сцену между Изиргиром и Ыышей, так как не уверена, что законодательство разрешает описывать откровенный эпизод между не людьми, а попасть под каток закона мне не хочется.
Спасибо за понимание!