Страница 5 из 56
Приземлились они одновременно.
Люди закричали и захлопали.
— Даже рук не разжали! — громко объявила Илва.
— Он просто вцепился от страха, — ответила Альна.
— Я боялся, что ты упадёшь.
— Как благородно.
— И потянешь меня за собой.
Она толкнула его плечом.
Позже с вершины холма пустили горящее колесо. Оно покатилось вниз, рассыпая искры, подпрыгнуло на камне и с шипением вошло в Тарву.
Над рекой поднялся пар.
Люди славили воду, землю и род. Поднимали чаши за тех, кто жил прежде, за тех, кто родился в этом году, и за тех, кто ещё только должен был прийти.
Когда небо окончательно потемнело, девушки принесли венки.
• • •
В каждый венок поставили маленькую восковую свечу.
Девушки опустились у воды. Свет падал на их лица снизу, делая знакомые черты странными и почти неземными.
Альна держала венок обеими руками.
Теперь он нравился ей меньше, чем днём. Один василёк уже выпал, а зверобой торчал в разные стороны.
— Тарва может решить, что ты ей угрожаешь, — шепнула Илва.
— Пусть знает, что я настроена серьёзно.
— О чём просить будешь?
Альна посмотрела туда, где стоял Арен.
Он разговаривал с друзьями, но в этот момент повернул голову, будто почувствовал её взгляд.
И улыбнулся.
У Альны болезненно и радостно сжалось сердце.
— О хорошем годе, — сказала она.
— И всё?
— И всё.
Но, опуская венок в воду, попросила не об урожае.
Она попросила, чтобы Арен однажды посмотрел на неё не как на часть своей заранее известной жизни.
Чтобы хотя бы один раз выбрал её.
Хранительница подняла руку.
— Тарва, прими наши дары, — произнесли девушки. — Дай земле силу, дому достаток, роду продолжение, а сердцу — верную дорогу.
Они отпустили венки.
Течение подхватило их.
По чёрной воде поплыли десятки маленьких огней. Одни держались возле берега, другие быстро уходили к середине. Ниже по течению парни смеялись, заходили в воду и вылавливали венки тех девушек, которым хотели показать своё расположение.
Венок Альны плыл ровно.
Она уже начала улыбаться, когда венок внезапно остановился.
Не запутался в траве, не ударился о камень — просто замер посреди течения.
Огонёк дрогнул. Венок медленно повернулся вокруг себя — один раз, другой, — а затем двинулся не вдоль берега, а к середине Тарвы.
— Смотри, — прошептала одна из девушек.
Альна и сама видела.
— Течение, — сказала она.
— Конечно.
— Там водоворот.
— Конечно.
Илва говорила слишком быстро.
Арен стоял ниже по течению. Венок должен был пройти рядом с ним.
Альна поднялась:
— Арен!
Он посмотрел на воду.
— Поймай!
— Зачем?
— Потому что так положено!
— Я думал, всё уже вышито.
С берега засмеялись.
Альна упёрла руки в бока:
— Поймай венок, пока я не попросила Тарву утопить тебя вместо него!
Арен вошёл в воду.
Но венок неожиданно ускорился, прошёл в нескольких шагах от его руки и ушёл к тёмной середине.
Свеча продолжала гореть.
— Не судьба, — заметил один из парней.
Альна бросила на него такой взгляд, что он предпочёл заняться чужим венком.
Арен вышел из воды.
— Я потом найду его.
— Где?
— Ниже по течению.
— Он уплывёт.
— Тарва знает, куда несёт.
Почему-то эти слова не успокоили Альну.
Она смотрела на удаляющийся огонёк, пока тот не смешался с остальными.
• • •
После гадания парни решили купаться.
Решение возникло само собой, как обычно возникают самые глупые мужские решения: один сказал, что вода холодная, другой ответил, что холодной она кажется только трусам, а третий предложил проверить.
Через несколько минут половина молодых мужчин Велина уже стояла у берега без рубах.
— До заводи и обратно, — предложил кто-то.
— До середины.
— До дальнего камня.
— До другого берега, — сказал самый хмельной.
Все посмотрели на него.
— Сам плыви.
— Я бы поплыл.
— Ты сейчас и по земле прямо пройти не можешь.
— Земля качается.
— Это ты качаешься.
Арен затянул пояс на штанах.
— До дальних венков и обратно. Кто первым вернётся, тот победил.
— Свечи руками не хватать, — крикнула с берега Альна.
— Почему?
— Потому что вы и без ожогов не особенно умные.
Парни вошли в воду с криками и брызгами.
Тарва у берега ещё хранила дневное тепло. Арен нырнул, вынырнул дальше остальных и поплыл широкими сильными гребками.
Он хорошо держался на воде. Летом часто переправлял лошадей через мелкие рукава реки, а в детстве проводил в Тарве столько времени, что отец начинал подозревать у сына наличие жабр.
Арен быстро обогнал друзей.
Слышал за спиной плеск, смех, ругань. Кто-то попытался схватить его за ногу и получил пяткой в плечо.
Он доплыл до дальнего венка и уже собирался повернуть обратно, когда заметил впереди ещё один огонёк.
Кривоватый венок с жёлтыми цветами и двумя оставшимися васильками.
Венок Альны.
Арен улыбнулся и поплыл дальше.
Он решил принести его обратно. Альна будет ворчать, что он сделал это слишком поздно, но всё равно обрадуется. Возможно, перестанет смотреть на него так, словно он что-то забыл.
Расстояние до венка не уменьшалось.
Арен плыл быстрее.
Огонёк уходил дальше.
Шум за спиной стих.
Сначала Арен не придал этому значения. Река глушила звуки, а люди могли снова начать петь.
Потом исчезла музыка.
Арен остановился.
Вода тихо колыхалась вокруг плеч.
Он слышал только собственное дыхание.
Ни смеха, ни голосов, ни треска костров.
Будто Велин отодвинулся не на сотню шагов, а на много дней пути.
Арен оглянулся.
Огни поселения были далеко. Люди на берегу превратились в маленькие тёмные фигуры.
Он не мог заплыть настолько быстро.
Вода стала ледяной — не прохладной, какой бывает река ночью.
Холод поднялся из глубины, обвился вокруг ног и пополз вверх. Мышцы свело.
Венок Альны исчез.
Перед ним лежала пустая чёрная вода.
Арен повернулся к противоположному берегу.
Тот был ближе, чем должен.
Он различал мокрый песок, длинные ветви ив и тёмную стену травы.
И девушку.
Она стояла у самой кромки воды.