Страница 21 из 56
Ещё недавно здесь проходил сухой овраг. Теперь его дно заполняла чёрная вода. Она стояла неподвижно, не отражая ни деревьев, ни неба.
Посреди низины возвышался небольшой островок из торфа и корней.
На нём находились трое.
Первое существо было низким и широким. Тело из мокрой земли скрепляли тонкие корни, а на круглом коме торфа вместо головы то и дело открывались маленькие белые глаза.
Второе издали напоминало женщину. Волосы из осоки скрывали птичий череп, с тонких рук непрерывно стекала вода.
Третье стояло в самой низине по колено в чёрной жиже. Высокое, непомерно худое тело покрывала кожа, похожая на мокрую кору; между выступавшими рёбрами что-то шевелилось, а узкая щель вместо рта была заполнена тёмной водой.
У его ног лежали две души, связанные чёрными нитями. Одна почти распалась, вторая ещё слабо двигалась.
Эйра остановилась на краю низины.
Существа повернулись к ней.
Некоторое время никто не говорил.
Потом высокая фигура открыла рот.
Вода потекла по подбородку.
— Хранительница.
Голос пузырился, словно поднимался со дна.
Эйра посмотрела на связанные души.
— Отпустите их.
Существо наклонило голову.
— Они шли.
— Не к вам.
— Вода привела.
— Здесь нет вашей воды.
Фигура подняла руку.
Чёрная гладь низины дрогнула.
— Теперь есть.
Эйра перевела взгляд на затопленный овраг.
— Вы перешли границу.
Женщина с птичьим черепом издала тонкий смешок.
— Граница стала мягкой.
— Это не значит, что она исчезла.
Низкое существо из торфа поползло ближе. Маленькие глаза открывались на разных частях его тела и тут же закрывались.
— Старый знак сгнил.
Эйра посмотрела на него.
— Нет.
Существо остановилось.
— Западная земля пришла к воде.
— Земля не ходит.
Высокий дух снова заговорил:
— Болото ходит.
Эйра молчала.
Вот чего они добивались: признания, что чужая территория приблизилась, прежний рубеж больше не действует, а стоячая вода получила право тянуться к Тарве лишь потому, что нашла слабое место.
Она посмотрела на души.
Одна из них заметно тускнела.
— Отпустите их, — повторила Эйра.
— Они уже пустые.
— Не вам решать.
— Памяти нет.
— Память не делает их вашими.
Высокая фигура вытянула длинную руку к ближайшей душе.
Чёрные пальцы погрузились в свет.
Форма содрогнулась.
— Сила остаётся.
Эйра шагнула в низину.
Под её ногой вода разошлась кругами.
Болотные духи не отступили.
— Последний раз, — сказала она. — Отпустите.
Женщина с волосами из осоки повернула к ней птичий череп.
— А если нет?
Эйра посмотрела на неё спокойно.
— Тогда вас здесь не останется.
Существо засмеялось, остальные подхватили, и чёрная вода пришла в движение.
Из низины поднялись десятки тонких нитей. Они рванулись к Эйре, оплели руки, талию, шею. Несколько впились в кожу. Холод ударил под рёбра.
Болотные духи потянули одновременно.
Эйра не сдвинулась. Женщина с птичьим черепом перестала смеяться первой.
Эйра подняла правую руку.
Чёрные нити натянулись вслед за движением.
На её ладони проступил зелёный свет — не яркий, не огненный. Он напоминал сияние подо льдом, которое видят только в самые холодные ночи.
Вода вокруг её ног дрогнула.
— Вы ошиблись, — сказала Эйра.
Она сжала пальцы.
Низина взорвалась движением — не вверх, а в сторону реки. Вся вода одновременно устремилась на восток, хотя русло Тарвы находилось далеко за лесом. Чёрная гладь сорвалась с места, образуя быстрый поток; корни затрещали, торфяной остров начал распадаться.
Болотные духи закричали. Их тела держались на стоячей воде, а теперь вода рвалась сквозь них, вымывая ил, траву и кости. Низкое существо рухнуло первым: торфяное тело рассыпалось, обнажив сплетение белых звериных костей.
Эйра сделала ещё один шаг.
Течение усилилось.
Женщина с птичьим черепом бросилась к краю низины.
Из земли поднялись корни ольхи.
Они обвили её ноги, пробили тело насквозь и притянули к земле. Существо забилось, осока хлестала по воздуху.
Эйра подошла ближе.
Череп повернулся к ней.
— Стой.
Она ничего не ответила.
Женщина протянула руку.
— Мы уйдём.
Эйра посмотрела на чёрные нити, всё ещё впившиеся в души.
— Вы уже уходите.
Она коснулась корня.
Тот резко сжался.
Птичий череп треснул.
Тёмная вода хлынула наружу, но течение подхватило её и унесло. Тело осыпалось мокрой травой.
Высокий дух оставался в центре низины.
Он глубже погрузил руки в связанные души.
Свет обеих форм потянулся к его груди.
— Хранительница!
Эйра повернулась.
— Нас послали.
На мгновение всё вокруг стало тише.
Даже поток словно ослаб.
— Кто? — спросила она.
Щель на лице существа растянулась.
Внутри блеснула вода.
— Отпусти меня.
— Нет.
— Тогда не узнаешь.
Эйра посмотрела на него почти с сожалением.
— Ты всё равно солгал бы.
Дух дёрнул души на себя.
Эйра подняла обе руки.
Зелёный свет прошёл по её пальцам и вошёл в воду.
Поток разделился.
Две прозрачные струи обошли души, не касаясь их, и сомкнулись вокруг тела болотного духа. На мгновение он оказался заключён внутри движущейся водяной оболочки.
Эйра развела руки.
Вода рванулась в разные стороны и разорвала тело духа.
Кора, кости и чёрный ил разлетелись по низине. Между рёбрами обнаружился небольшой узел из осоки, стянутый длинным седым волосом.
Он упал в воду и попытался уйти на запад.
Эйра наступила на него.
Узел зашипел под её сапогом.
Она надавила сильнее.
Тишина вернулась внезапно. По дну оврага продолжала течь уже почти прозрачная вода, а от болотных духов остались грязь, трава и несколько обломков костей.
Эйра стояла посреди низины. На шее и руках темнели следы чёрных нитей, зелёный свет под кожей постепенно угасал.
Одна душа лежала неподвижно, вторая пыталась подняться. Эйра подошла к ним. Руки дрожали, и прежде чем коснуться первой формы, она сжала пальцы.
• • •
Душа почти распалась.
От неё оставалось слишком мало, чтобы удерживать человеческие очертания. Свет медленно растекался по воде, как молоко.