Одарённые

— Только вот партнёрша или всё-таки соперница? — продолжил маг земли, приподняв правую бровь.

Арон пожал плечами.

— Ну, разумеется, партнёрша! Ты же слышал Варста. Это лишь испытание выносливости, а не боевая схватка.

Произнося это, Арон, противореча собственным словам, вращательными движениями разминал плечи и кисти. А затем и вовсе несколько раз подпрыгнул на месте и поднял кулаки к лицу, принимая боевую стойку.

— Ну да, — чуть насмешливо протянул Самир, — по тебе видно, что не схватка.

Маг земли продолжал спокойно стоять, чуть ссутулив спину и скрестив руки на груди. На его губах появилась еле заметная саркастическая ухмылка.

— Ой, — осёкся Арон. — Это я так, по привычке.

Паренёк прекратил разминку и смутился.

— Да что ты, продолжай! Если так тебе привычнее, — проговорил Самир.

Голос его был на удивление одобрительным и слегка взволнованным, словно мальчишке не терпелось поскорее вступить в схватку с достойным соперником.

— Сейчас наша задача — выложиться по полной. Ты ведь заметил, что нас всех поделили на пары по силе Дара?

— Заметил, — ответил Арон посерьёзневшим голосом.

— Это хорошо, — кивнул Самир. — Не знаю, с чем связаны эти учебные реформы, хотя и догадываюсь, но нам стоит серьёзно отнестись к этим нововведениям и постараться максимально себя проявить. Так что не сдерживайся, Арон, прошу тебя.

Парень испытующе взглянул на мага воздуха.

— Я терпеть не могу к себе снисходительного отношения лишь из-за того, что мой отец входит в Совет Духовенства и возглавляет главный храм Яриса в Бреаре.

— А я и не собирался! — насмешливо произнёс Арон. — Мне, если честно, всё равно, кто чей отец. Это же заслуги родителей, а не их детей. Верно? Поэтому-то мы с Белатом и схлестнулись. Да и в Семинарии учитываются лишь собственные достижения!

Ответ Арона явно пришёлся Самиру по душе. На его губах появилась довольная ухмылка, уже через секунду сменившаяся хищным оскалом предвкушения хорошей драки без всяких поддавков.

— Что же, я этому рад, — искренне произнёс он. — Тогда сейчас будет действительно интересно.

К этому моменту уже все ученики разбились на названные Сэллой пары и стояли друг напротив друга.

Деканы, наставники и целители тоже заняли свои места, равномерно рассредоточившись по полигону среди аколитов.

— Итак, все распределились? — зычным голосом спросил Варст.

Дождавшись молчаливых кивков от каждого из своих деканов, заведующий отделением начального обучения продолжил:

— Начинаем по моей команде! Приготовились!

Аколиты подняли руки. Многие зажмурили глаза, мысленно представляя выплеск своей стихии и настраиваясь на сильные эмоции.

— Начали! — крикнул Варст.

Арон среагировал мгновенно. По команде «Приготовились» он выставил вперёд левую ногу, а на правую перенёс вес своего тела. Левую руку парень вытянул вперёд. Правую же согнул в локте и в замахе отвёл назад.

Эту позицию, похожую на натянувшего тетиву лучника, Арон приметил ещё у Сараха в приюте Арвеги. С тех пор парнишка нередко её использовал на учебных практиках, подгоняя под себя и постепенно к ней привыкая.

На слово «Начали!» Арон перенёс вес тела с правой ноги на левую и резко, с выдохом, вытянул вперёд правую руку.

С его открытой ладони сорвался воздушный поток и с гулом понёсся на Самира. Тот тоже воззвал к своему Дару, но не совсем так, как ожидал Арон.

Его противник не стал создавать земляной таран. Вместо этого Самир быстро сделал руками зачерпывающее движение, и песок полигона перед ним резко вздыбился и разлетелся по округе. Из-под него вверх брызнула чёрная земля и превратилась в земляную насыпь, остановив воздушный шквал Арона.

Декан воздуха Скатон, стоявший неподалёку, среагировал мгновенно: воздушным потоком подхватил разлетевшийся песок, не давая ему засыпать окружающих.

С разных сторон послышались вскрики.

Некоторые аколиты, по всей видимости, не успели призвать стихию и пропустили атаку своего партнёра, а наставники и деканы не могли проконтролировать всех, в основном сосредоточившись на огневиках.

Целители приступили к своим обязанностям.

Тем временем Арон продолжал давить воздушным потоком на земляной вал. Своего соперника он практически не видел за получившейся небольшой земляной горой. Судя по тому, что насыпь очень медленно, но всё же начала приближаться к Арону, Самир явно не прохлаждался, стоя за ней без дела.

«А ничего, что ты должен был призвать земляной таран? И мы, по идее, должны были толкать его каждый в сторону соперника? Я — воздухом, а ты — подчинением земной стихии! Как это сейчас проделывают другие пары из земляных и воздушников?!» — возмутился про себя Арон, наблюдая по привычке краем глаза за тем, что происходит вокруг.

Но Варст и деканы безмолвствовали, а значит, испытание выносливости продолжалось.

«А ты силён, парень! — мелькнуло в голове Арона спустя пару десятков ударов сердца. — Мало того, что ты моему потоку противостоишь, так ещё и собственную гору ко мне двигаешь!»

Насыпь продолжала приближаться. Арон, не желая проигрывать в первой же схватке, усилил напор.

Земля начала замедляться и вскоре остановилась, но парнишка продолжал чувствовать сопротивление и нажим своего противника.

Противостояние Арона и Самира длилось уже долго. То тут, то там раздавались выкрики — поединки один за другим подходили к концу. Наконец из сорока двух учеников первого года обучения, помимо Арона и Самира, продолжала сражаться всего одна или две пары. Осматриваться более внимательно парнишка не рискнул, сосредоточившись на собственном поединке.

Судя по всему, сила Дара у них была примерно равной. А значит, всё решит именно выносливость.

«Ну это же скучно, просто бездумно давить грубой силой! — подумал Арон. — А ну-ка, что если попробовать немного иначе?»

В отличие от соперника, применившего технику, разительно отличавшуюся от предложенной наставниками, Арон решил придерживаться оговорённых правил.

«Сказали воздушный шквал — будет вам шквал. Только вот вы не уточнили, какого именно размера!»

Стараясь осуществить задумку, Арон представил, как его воздушный поток расширяется, и принялся давить на гору не только в лоб, но и поддувать её с боков.

От такого воздействия насыпь стала понемногу осыпаться. То тут, то там с неё сдувало комья земли.