Одарённые

Глава 17. Не по учебнику

Сидя за последней партой просторного, хорошо освещённого учебного кабинета Семинарии, Арон внимательно изучал нового учителя истории.

Невысокий, уже немолодой мужчина со смуглой загорелой кожей был облачён в традиционную чёрную рясу Духовенства, успевшую промокнуть под моросящим с самого утра дождём. Даже в этой мешковатой одежде просматривались очертания немаленького животика. А в его светлых, изрядно выгоревших от солнца волосах начала формироваться залысина, точно поблескивающая монета.

— Видать, с юга к нам приехал. Из Сунара или Валистарда, — негромко шепнул Марк, сидящий справа от друга за одним столом.

До этого дня Арон на всех общеобразовательных занятиях в Семинарии сидел один. Не то чтобы он раньше сторонился ребят или его самого сильно чурались одногруппники. Просто до вчерашнего дня в группе был ровно сорок один учащийся.

Арон прибыл последним и остался без пары. Другие ребята распределились, кто с кем будет сидеть на занятиях ещё до его прибытия. Это поначалу не слишком расстраивало паренька: «Ну и что, что без пары. Зато место больше. Весь стол твой!» А сейчас, с внезапным появлением в группе приютского друга, он так и вовсе обрадовался наличию свободного места рядом с собой, которое как раз занял Марк.

— Думаешь, из Сунара? Вряд ли, — вполголоса ответил Арон. — Сарах, ну Ищущий, который меня сюда привёз, родом из Сунара. Из одной небольшой приграничной деревеньки. Он сам рассказывал. Так вот, у Сараха и волосы чёрные, и глаза тёмные. А этот — светловолосый, и глаза у него голубые. А кожа, хоть и смуглая, но сразу видно, что это от загара.

Марк согласно кивнул.

— Значит, долгое время прожил на Валистардском курорте, — произнёс он слегка завистливым тоном. — Видать, из богатеньких магов. Может, Погодник? Вон пузо какое. Небось, урожаями занимается!

— Не похож он как-то на мага, — произнёс Арон, внимательно разглядывая учителя.

Тот, войдя в класс, не спешил представляться группе. Учитель бросил краткий, отчего-то недовольный взгляд на семинаристов и прошагал к своему столу.

Приблизившись, человек снял промокшую от дождя заплечную сумку и положил её на столешницу. После чего короткими, слегка резковатыми движениями стал извлекать на свет её содержимое: пару увесистых томов, стопки как нового, так и уже исписанного пергамента и письменные принадлежности.

Покончив с сумкой, наставник грузно уселся в учительское кресло, небрежным движением сгрёб со стола один листок пергамента и с ним в руках откинулся на спинку кресла.

— В смысле, — удивлённо прошептал Марк, — мы же в Семинарии. Тут же все маги!

— Кто тебе такое сказал?

Арон улыбнулся, переводя взгляд на друга.

— Далеко не все наставники Семинарии — маги! — многозначительно прошептал он.

На самом же деле, узнав этот факт от Сараха, парнишка был удивлён не меньше друга. Поэтому-то ему было вдвойне приятно видеть недоумение на лице приятеля.

— Да ладно! — выдохнул Марк чуть громче, чем следовало.

— Тихо там! На задней парте! — произнёс учитель, наконец оторвавшись от пергамента.

Класс недовольно загудел. Хоть наставник был новым, ученики успели невзлюбить его ещё до начала первого занятия.

Дело в том, что учитель истории заранее распорядился передать аколитам первого года обучения, что их первое совместное занятие начнётся с опроса. Дабы наставник смог оценить уровень знаний группы и на основании полученных результатов скорректировать учебную программу.

По мнению самих аколитов, начинать знакомство с контрольного опроса — не самая удачная идея. Да и сейчас учитель ещё даже не представился, а уже отчитывал кого-то из одногруппников.

— Так, а ну тихо! Тихо, я говорю!

— Похоже, он не в духе! — прошептал другу Арон.

— Ага, — согласился тот. — Может, из-за плохой погоды? Сегодня такой мерзкий моросящий дождик. И не ливень, и не сухо. Ни то ни сё, в общем.

Марк с недавних пор, как практически любой обладатель огненного Дара, не жаловал дождь.

Арон меланхолично пожал плечами. По его мнению, чтобы настолько сильно разозлить человека, моросящего дождя явно было недостаточно. А учитель был именно разозлён и явно чем-то расстроен. И, судя по его опухшим глазам и слегка впалым щекам, уже не первый день.

— Начинаем перекличку! — наконец произнёс он, когда класс немного угомонился. — Я называю имя, а тот, кого я назову, говорит «здесь». Начали. Белат.

— Здесь, — неохотно и далеко не сразу отозвался парень.

— Самир.

— Здесь!

Учитель поочерёдно называл имена, а ученики ему отвечали. Наконец дело дошло и до друзей.

— Арон.

— Здесь!

— Марк.

— Здесь!

— Да все здесь, учитель! — произнёс один из новых знакомых Арона — Фазон. — Если бы кого-то не было, вам уже заранее об этом сообщили работники Духовенства! Из этих, из простых.

— Из простых? — тихо и немного угрожающе переспросил наставник. Он приподнял голову, зло зыркнув на ученика.

— Ну да. Из неодарённых, — непринуждённо пояснил Фазон, не прочувствовавший опасности момента. — Из простых людей, которые тут, в Семинарии, на побегушках.

— На побегушках? — снова переспросил учитель, прищурив глаза настолько, что стали видны лишь хищно поблескивающие зрачки.

— Ну да, секретари там, всякие помощники. Повара, уборщики, лекари. Да много кто.

Фазон, по всей видимости, посчитал, что новый учитель в Семинарии недавно и поэтому ещё не знает о местных порядках. Парнишка, по своему недомыслию, решил, что если он просветит нового наставника, тот будет ему благодарен.

— Если кого-то из аколитов по какой-то причине не будет на уроке, кто-то из простых людей обязательно доложит об этом господину магу заранее. Чтобы наставники не утруждали себя перекличками.

Фазон хотел ещё что-то сказать, но его перебил недобрый вскрик учителя:

— На побегушках? На побегушках?! — прокричал он, вскакивая с кресла и задевая животом край стола, который жалостливо загремел и заскрипел.

— Да знаешь ли ты, кем я был?! Я был деканом! Деканом исторического факультета самой Валистардской Академии, между прочим! Да без моей подписи ни один студент не мог получить выпускную грамоту об окончании Академии!

Учитель распалялся. Было видно, что он уже давно чем-то отягощён и больше попросту не в силах сдерживать свои эмоции и внутренние переживания.