Одарённые

Глава 5. Странные дела

Арон проснулся от негромкого стука в дверь.

Резко сев на кровати, паренёк принялся суетливо оглядываться по сторонам. От увиденного он застыл в немом изумлении: его окружала невиданная им доселе роскошь.

Небольшая, но очень уютная комната, в которой он неведомо как очутился, была обставлена изысканной, явно недешёвой мебелью. Огромная двуспальная кровать с шёлковым бельём белоснежного цвета, несколько мягких подушек и большое пуховое одеяло, под которым могли одновременно укрыться с головой не меньше трёх человек. На полу лежал искусно расшитый ковёр, а на стенах, напротив друг друга, висели две картины в рамах, покрытых позолотой.

На одной из них был изображён красивый высокий за́мок, утопающий в багровых лучах закатного солнца. Другая картина представляла собой сцену грандиозного сражения, где сошлись в яростной битве два неизвестных Арону воинства.

«Где это я? И как сюда попал?» — пронеслось у мальчика в голове.

Последнее, что он помнил, — это размеренное цоканье копыт и плавное покачивание, создаваемое движущейся каретой.

«Каретой… Ого!» — прогоняя утреннюю сонливость, Арон начал вспоминать события прошлого дня.

Это был крайне тяжёлый, но интересный и, наверное, самый странный день во всей его жизни.

По всей видимости, вчера вечером мальчик был настолько вымотан бурными событиями, что уснул прямо в карете.

Недолго думая, Арон сильно ущипнул себя за левую руку. В его душе яркими красками разгоралась надежда, что он действительно проснулся, что роскошное убранство его комнаты — не продолжение сна и что произошедшие вчера события были на самом деле и ему выпал по-настоящему редкий шанс на интересную, захватывающую жизнь могущественного мага.

Ощутив боль в руке, паренёк потряс головой. Ничего не изменилось.

В этот момент стук, разбудивший Арона, повторился. Чуть громче, но размеренно. Без излишней суеты.

— Ну постучал, а что не заходишь-то? — недоумевая, пробормотал себе под нос мальчуган.

Вскоре стук повторился в третий раз.

«Дверь, что ли, заклинило? Может, помочь надо?» — с этими мыслями Арон встал с кровати и обнаружил, что проспал всю ночь в одежде. Поспешно обув стоявшие рядом ботинки, мальчуган подошёл к двери и с силой навалился на неё плечом. Та резко распахнулась и замерла на месте, будто на что-то натолкнувшись. В тот же миг раздался звук удара, и послышался сдавленный возглас.

От неожиданности Арон резко отпрыгнул назад и замер.

«Вот это я влип! — подумал он. — Ищущий меня за такое в порошок сотрёт!»

Дверь медленно открылась. За ней показалось удивлённое лицо молодого мужчины в форменной одежде служащего постоялого двора, в который, по всей видимости, вчера вечером привезли Арона. Тёмно-синий мундир военного покроя, но без каких-либо знаков отличия, с коротким стоячим воротником и чёрные тканевые штаны, заправленные в хорошо начищенные высокие сапоги.

У мальчика словно камень с души упал.

— Ух! Ну хоть не магу звезданул! — с облегчением выдохнул он.

— Значит, если я не маг, то меня можно по лбу дверью бить? — вскрикнул пришедший мужчина, ожесточённо трущий ушибленный лоб, на котором уже начала расти внушительного размера шишка. Его пухлые губы поджались, а в молодых глазах ясно читалась обида.

— Нет! Конечно же, нет! — поспешно замахал руками Арон. — Простите! Я совсем не то имел в виду!

Мальчугану было очень неловко.

— Вы стучали, стучали, а не заходили. Вот я и подумал, что дверь заклинило, и решил её подтолкнуть.

От услышанного работник постоялого двора оторопел. Продолжая усердно тереть лоб, молодой мужчина, лет двадцати на вид, непонимающе уставился на мальчишку и нехотя пояснил:

— Я не входил, потому что ты… — он вдруг замялся, — вы, господин, не отвечали и не давали мне разрешения войти в ваши покои, — вспомнив, что общается всё-таки с постояльцем лучшей и самой дорогой городской гостиницы, к тому же приехавшим вместе с магом из Духовенства, мужчина нехотя перешёл на учтивый тон. — А в приличных заведениях, таких как наш постоялый двор, не принято входить в покои без приглашения! И уж тем более к гостям.

— Ага, я уже понял, — протянул Арон, виновато уставившийся в пол на свои ботинки. — Ещё раз извините меня! А, чего вы, собственно, хотели?

— Его магичество распорядились накрыть завтрак на двоих в его покоях и препроводить вас к нему, — ответил пришедший, отвешивая небольшой поклон. Но по глазам было заметно, что мужчина не желает расшаркиваться перед небогато одетым мальчишкой, оказавшимся тут, как ему казалось, явно случайно и исключительно по прихоти досточтимого мага.

— Понятно, — быстро ответил Арон и заторопился вглубь комнаты за своими вещами. — Я мигом. Благодарю!

Парень подошёл к кровати, огляделся и быстро обнаружил свой мешок, лежащий на деревянном резном стуле с высокой спинкой. Подхватив его и небрежно набросив на правое плечо, Арон поспешил за провожатым.

Наблюдавший за столь скорыми сборами работник постоялого двора чуть заметно ухмыльнулся, окончательно убедившись в своих предположениях, но промолчал. Ничего больше не говоря, он развернулся и зашагал по коридору.

Арон двинулся следом.

Пройдя мимо трёх дверей, мужчина остановился у четвёртой и вежливо, размеренно постучал.

— Войдите! — почти сразу раздался вальяжный знакомый голос.

Приоткрыв дверь, работник почтительно поклонился и отошёл в сторону, пропуская Арона внутрь.

— Ну наконец-то! — вскрикнул Сарах, облачённый в свою неизменную чёрную рясу служителя Духовенства. — Пока ты шёл, уже на стол накрыть успели. Я уж было подумал, что ты отправишься в путь без завтрака. Проходи, не стесняйся.

Арон зашёл внутрь и застыл с открытым ртом. Комната была обставлена настолько шикарно, что, по сравнению с ней, спальня, в которой сегодня проснулся парнишка, была совсем лишена всяческих изысков.

С высокого прикроватного каркаса свисал красный шёлковый балдахин. Шторы на окнах поражали мягкими складками бархата, похожими на обволакивающие стену облака. По левую руку от входа был расположен камин, в котором уже с утра уютно потрескивал огонь. По полу от кровати до камина растянулась огромная бурая медвежья шкура, скалившая распахнутую пасть с устрашающими клыками. Стены же были украшены искусной росписью, а широкий стол с белоснежной скатертью, за которым чинно восседал, закинув ногу на ногу, Сарах, был заставлен различными яствами.