Одарённые

— Вот, сург меня задери! — выкрикнул он. — Этого я как-то не учёл! Действительно, это лучше вечером делать. Или даже ночью. Когда темно будет. А мы должны успеть вернуться в Семинарию ещё до заката!

— Точно, — подтвердил Марк. — Иначе на нашу с тобой огненную шутиху прибежит смотреть целый вооружённый отряд легионеров само́й Гордости Физарии! И что-то мне подсказывает, что они окажутся не слишком рады нашему представлению.

Арон от такой перспективы густо покраснел.

— Но идея с огненным выступлением действительно неплохая, — решил поддержать друга Марк. — По крайней мере, это вполне осуществимо. С нашими-то талантами.

Парнишка, немного приободрённый этими словами, улыбнулся.

Тут Арону на глаза попалась бабушка, проходившая мимо ребят с двумя большими котомками на плечах.

Под их весом пожилая женщина изрядно согнулась. Пройдя ещё несколько шагов, она остановилась, сгрузила вещи на брусчатку, упёрлась руками в поясницу и с натугой распрямилась.

— Гляди, — указал на неё Арон своему другу. — Поможем ей, а?

— Думаешь, она за это нас отблагодарит или хотя бы накормит? — высказал предположение Марк, оценивающе глядя на туго набитые сумки.

— Чего? — не понял парнишка. — А, ты всё про идею заработка? Чтоб брюхо набить?

Арон отмахнулся.

— Да сург с этой едой! Потерпим до ужина. Ничего с нами не случится.

Мысль попросить что-либо взамен за свою помощь у пожилой женщины даже не пришла ему в голову. Хотя из одной её котомки отчётливо доносился запах свежеиспечённого хлеба.

— Мы-то с тобой ещё молодые. Да и кормят в Семинарии как на убой. На ужине отъедимся как следует, — произнёс Арон. — А вот бабушка пожилая. Поможем ей её добро донести?

Марк повнимательнее глянул на старушку.

— Думаешь, стоит? — с сомнением в голосе произнёс он.

— Ой, да ладно тебе! — продолжил настаивать Арон. — Мы с тобой, считай, целый день развлекались. По городу гуляли, музыкантов слушали. Выспались с утречка́, в конце концов. Так что остаток дня смело можем посвятить доброму делу! Пойдём скорей, пока она не ушла! А то вон уже начала примеряться, как опять свои суми́щи себе на спину пристроить.

И действительно, бабушка уже нагнулась и взялась двумя руками за одну из котомок.

— Да я не про это! — пояснил Марк. — А вдруг она далеко живёт, и мы не успеем до заката вернуться? Ты что, хочешь, чтобы первый легион империи действительно начал обшаривать столицу в поисках нас двоих? Учитывая, что местом нашего пребывания мы указали площадь Победы и городской рынок. А сами попрёмся сург ведает куда!

— Будем долго болтать — точно не успеем, — возразил Марку Арон и решительно направился к старушке.

Та, уже как-то взгромоздив на себя одну из сумок, пыталась поудобнее взяться за вторую.

Марку ничего не оставалось, кроме как последовать за другом.

Арон уже обходил пожилую женщину, чтобы заговорить с ней лицом к лицу. Без приветствия выхватывать у неё из рук котомку, да ещё и внезапно подойдя со спины, парнишка посчитал неразумным.

«Вдруг ещё за вора примет да городскую стражу позовёт! Объясняй им потом, что просто хотел доброе дело сделать!» — подумал паренёк.

— Женщина, может быть, вам помочь? — вежливо обратился к ней Арон.

Та от неожиданности аж вздрогнула и обронила сумку, которую до этого с таким трудом пыталась пристроить на плечо.

— Нет-нет! — запротестовала она, торопливо прижимая к себе своё добро и стараясь заслонить его от незнакомого парнишки. — Не надо, мальчик! Спасибо! Иди по своим делам!

Одета она была совсем скромно, но, как говорится, со вкусом: в аккуратный тёмно-серый сарафан до самых пят, по подолу и на поясе расшитый белой нитью, чёрную рубаху с высоким выглаженным воротничком и тёмные сапожки на невысоком каблуке. А её белоснежные волосы были аккуратно собраны в тугой пучок на затылке и придерживались причудливой длинной заколкой.

Несмотря на её слова и действия, голос у старушки был весьма интеллигентный и приятный.

— Я сама справлюсь! Не трать на меня своё время! Пожалуйста, ступай! — продолжала отнекиваться она.

— Бабушка, — дружелюбно продолжил Арон, — вы не так меня поняли!

Её интеллигентный голос и вежливая манера общения понравились пареньку.

— Мы с другом никакие не воры. Мы просто хотим вам помочь! — произнёс парнишка и тут же осознал свою оплошность.

— С другом?!

Бабушка аж подскочила, резко обернувшись, и ещё сильнее прижала к себе своё добро.

— Спасибо, не нужно! — запричитала она ещё громче. — Я уже всё сказала! Справлюсь сама! Пожалуйста, оставьте меня в покое!

— Бабушка, пожалуйста, успокойтесь! — Арон примирительно поднял руки, вставая рядом с Марком, чтобы старушке не пришлось постоянно крутить головой в попытке удержать в поле зрения обоих мальчишек. — Вот, смотрите.

Арон вытащил из-за ворота рубахи свой жетон.

— Вы знаете, что это такое? — спросил он как можно спокойнее и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Это жетон мага. Такие есть у всех, кто наделён Даром к стихийной магии.

Парень ткнул локтем в бок своего друга, и тот тоже полез за своим бронзовым жетоном, висевшим на цепочке.

Дождавшись, когда Марк продемонстрирует свой, Арон продолжил неспешно говорить, успокаивающе глядя старушке в глаза:

— Мы с моим другом — аколиты начального обучения Семинарии. Смиренные служители Яриса и будущие защитники и опора для всех людей империи! — припомнил парнишка слова Сараха.

Нечто подобное тот говорил, когда представлялся страже в порту Небесных странников и когда пересказывал детям Заповеди Яриса в приюте Арвеги.

Как ни странно, это подействовало. Старушка даже как-то смутилась от своего не совсем вежливого поведения и чуть ослабила хватку на котомках. Но затем она снова напряглась и произнесла немного скрипучим, но твёрдым голосом:

— А можно, пожалуйста, поближе жетончики ваши? А то я на старости лет уже совсем слепая стала, знаете ли!

То ли подействовали слова мальчугана, то ли интеллигентность пожилой женщины потихоньку брала верх над её страхом быть ограбленной, но Арон отчётливо уловил в её голосе виноватые нотки.

— Вот! — произнёс он, приближаясь на шаг. — Пожалуйста, смотрите.

Марк последовал за другом.

Рассмотрев повнимательнее жетоны ребят, старушка наконец выпустила свои сумки и всплеснула руками.