Страница 57 из 124
Глава 15
28 июня 1914 года. Улеаборг.
Не знаю насколько под моим влиянием поменялся этот мир, но даже эрцгерцога Франца Фердинанда убил не Принцип, а некий Мухамед Мехмедбашич, закинувший бомбу в автомобиль наследника Австро-Венгерского престола. Мне эту новость поведал Артур Усениус, натаскивавший своих парней на охрану моей тушки во время выборов.
Я как раз вернулся из городской управы, где проголосовал за своего противника из либеральной партии. А тот, в свою очередь, отдал голос за меня. Всё это действо сопровождалось шумом, гамом, музыкой и магниевыми вспышками фоторепортёров. Пожав друг другу руки и взаимно пожелав удачи, мы разъехались в разные стороны — в свои предвыборные штабы.
Впрочем, я не сомневался в своей победе. Вовремя вспомненная методика получения предварительной информация из моей первой жизни, позволила узнать итоги голосования заранее, не дожидаясь следующей среды. До экзитполов в этом мире никто ещё не додумался. Так что мои пионеры вполне спокойно проводили опросы проголосовавших людей. Собранные к обеду данные показывали, что я лидирую в обоих уездах и столице губернии. Причем, отрыв от конкурента был просто огромным.
— Срочная телеграмма из Гельсингфорса, мой диктатор, — поведал мне Усениус, как только мы остались в моём кабинете дворца пионеров одни. — В Австро-Венгрии, в Сараево, убит взрывом бомбы наследник престола эрцгерцог Франц Фердинанд и его супруга. Убийца, некий Мухамед Мехмедбашич — задержан.
— Мухамед? — в недоумении переспросил я. — А как же Принцип?
— Принцип? — теперь пришёл черед удивляться и Артуру. — Матти, ты про что? Про какой принцип?
Этот мир точно не мой. В моём эрцгерцога застрелил серб Гаврила Принцип. А здесь — взорвали. Причем, покушался какой-то мусульманин, если судить по имени и фамилии. Это что, Франца Фердинанда турки что ли кокнули? Или албанцы? Кому теперь Австрия будет войну объявлять? Мало того, что я не помнил точной даты покушения, так теперь ещё и это. Вот же гадство. Это, выходит, что и войны не будет? Или будет? В голове крутилось множество вопросов, ответов на которые у меня не было. Оставалось только ждать.
— Не обращай внимания, — отмахнулся я от вопроса Усениуса. — Но постарайся разузнать про это убийство как можно больше. И найди способ получать свежие венские газеты. Записал? А теперь расскажи как продвигается подготовка к операции «Доллар»?
— Зарегистрировали транспортную компанию, взяли в аренду три самоходные баржи и заключили контракт на поставку строительного камня в Росток на базу «дивизиона балтийского моря».
— Проблем с получением разрешения не было?
— Тамошний начальник, контр-адмирал Роберт Мишке, принял через своего адъютанта взнос на некие культурные мероприятия в размере двух тысяч имперских марок и подписал разрешение. Больше волновались. Так, что ещё? А! Взрывчатку доставили. Парни установят её уже перед самым делом, после твоей отмашки. Места подрывов выбраны и проверены.
Я задумал ни много ни мало, а целую диверсию против Германской империи. После объявления войны люди Усениуса должны будут затопить груженные камнем баржи в двух местах «Кильского канала» и в одном месте «Айдерканала». Что, по идее во-первых, должно парализовать движение судов по этим каналам, а во-вторых — попробовать втянуть в войну на стороне Антанты Данию, Швецию и Норвегию. Усениус специально привлёк к операции нескольких бывших датских подданных, перебравшихся в Финляндию, чтобы оставить заметный датский след и, спровоцировать Германию на агрессию.
Насколько я знал, совместная декларация Дании, Норвегии и Швеции о правилах нейтралитета, подписанная 21 декабря 1912 года, имела секретное соглашение об оказании вооруженной помощи при нападении на одну из стран-подписантов. Так что была надежда, что если Германия сильно обидится и полезет в драку на Данию, то в эту заваруху вмешаются и остальные скандинавские страны. Армии у них, конечно, так себе, но вот флот очень даже неплох. А Германии в войне на несколько фронтов поплохеет очень быстро.
— Пока что всё остаётся в силе, — принял я решение подождать и посмотреть во что разовьётся покушение на Франца Фердинанда. — Окончательную отмашку я дам твоим парням после двадцатого июля. Что ещё?
— Тебе ещё долго здесь надо находиться? А то у меня в Гельсингфорсе дел накопилось — преизрядно, — поинтересовался у меня Артур.
— Так езжай. Парни хоть спокойно дышать будут. Уж слишком ты их загонял. Я здесь ещё до 1 июля сидеть буду, пока результаты голосования окончательно не посчитают. А заодно все заводы с проверками объеду. Когда ещё такая оказия выдастся?
……
30 июня 1914 года. Фермерский дворец, Петергоф. Кабинет Николая
II.
— Здравия желаю вашему императорскому величеству! — гаркнул, вытянувшись по стойке смирно, начальник главного артиллерийского управления, генерал-лейтенант Холодовский, как только оказался в кабинете царя.
— Здравствуйте, Николай Иванович. Я ознакомился с вашим письмом. Не думал, что положение на наших оружейных заводах настолько катастрофическое. Присаживайтесь и давайте подробно поговорим о возникшей проблеме. Доложите, что за проблема возникла на Тульском оружейном заводе.
— Гхм, — прочистил горло Холодовский и тут же повинился. — Простите, ваше императорское величество, в горле першит. Значит, начать с Тульского завода? Хорошо. Тем более, что этот завод и ситуацию на нём я знаю лучше всего. Так, — генерал открыл свою папку, перебрал несколько листов, спохватился и, закрыв папку, продолжил. — На сегодняшний день этот завод способен выпускать всего пять-десять винтовок в месяц.
— Я это знаю из вашего письма. И не очень верю. У меня есть доклады вашего предшественника о том, что все заказы в предыдущие годы Тульский завод выполнял точно в срок, — довольно холодно произнёс царь.
— Всё верно, ваше императорское величество, — согласился с государем начальник главного артиллерийского управления. — Но, это если не знать о каком количестве заказанных и произведённых винтовок идёт речь. Например, в 1908 году, завод произвёл двадцать четыре тысячи винтовок, а в 1911 году — одиннадцать тысяч. В этом же году, с января по июнь, завод построил всего 41 боевую и 1 учебную винтовку.
— Я не вижу здесь никакой проблемы, — закуривая папиросу поведал своему генералу император. — Если завод и раньше выпускал десятки тысяч винтовок, то он и сейчас сможет их выпустить, если получит соответствующий приказ.