Страница 1 из 124
Глава 1
Великое княжество Финляндское. Гельсингфорс.
Январь
1913 года.
— Ты знаешь, Генрих. А ведь меня недаром сюда занесло, — задумчиво произнес Иван Лаврентьевич Кондаков, размешивая в стакане с чаем сахар и глядя в окно на разбушевавшуюся метель.
— Твой сахар уже растворился, — пробурчал в ответ Генрих Осипович Графтио, которого очень раздражало бряканье ложки по стеклу.
— Ах да. Извини. Я помню, что ты не любишь этот звук. Просто, я задумался, глядя на этот снег.
— Может, стареешь? — не преминул подколоть друга электротехник, который был на десять лет младше его.
— Может и старею, — покивал Кондаков и, отпив чаю, продолжил. — Я ведь сам с Вилюйска, что в Якутской области, а если смотреть по карте, то мой родной город как раз по широте совпадает с Финляндией. Иначе, как объяснить то, что я променял Санкт-Петербург, Варшаву и Ревель, на этот город.
— Наверное, так же, как ты променял свой Вилюйск на Петербург и Ревель. Так ты, у нас, выходит из сибиряков?
— Из потомственных казаков, если быть точнее. Мой батюшка дослужился до старшего вахмистра и скопил приличное состояние на торговле мехом. Вот на эти деньги мы с братьями и учились…
Его рассказ неожиданно прервал звук открывшейся двери. В проёме возник секретарь Графтио, Карл Ниемеля.
— Господин директор! Поступил звонок с промежуточной станции в Таммерфорсе. С ними связалась телефонная станция в Улеаборге. Они установят связь с нами в течение двадцати минут.
— Спасибо, Карл. Объяви об этом по громкой связи, чтобы господа Поляков и Тигерстедт успели добраться до моего кабинета к этому времени.
— Сейчас всё организую, господин директор. И вот что ещё. Нам наконец передали заявку на триста малых холодильных шкафов для гостиницы «Санкт-Петербург», — с этими словами секретарь положил стопку бумаг перед Генрихом Графтио и вышел из кабинета.
— Видишь, всё-таки есть спрос на твои бескомпрессорные аппараты. А ты сокрушался.
— Ну, это самый массовый заказ этой модели. Мы сейчас, в основном, только с компрессорами и выпускаем. Правда, большие. Для магазинов и складов, — сморщился Графтио.
— Но всё равно же берут. И тебе кой-какая денежка капает.
— Мне и с больших аппаратов тоже отчисления идут. Компрессор-то я до ума доводил. Но все равно, и там, и там схема, придуманная господином Хухтой. Ты мне лучше скажи, как так получилось, что ты создавал свой искусственный каучук из нефти, а получил его из спирта?
— Да я уже практически довёл исследования и до синтеза и из нефти. Просто, из спирта эластомеры получаются дешевле.
— Нет, нет. Ты, Иван Лаврентьевич, мне зубы не заговаривай, — улыбнулся Графтио. — Я же прекрасно помню, что Матвей Матвеевич тебе техническое задание именно на получение из нефти давал.
— Вот как давал, так и изменил, — усмехнулся Кондаков. — В один из дней заявился к нам в Сало и выдал дополнительное техзадание — получить эластомеры из спирта. Мол, нефти у нас на территории княжества нет. А спирт можно из чего угодно получать. Тем более, что «Хухта групп» выкупила патент на «Баллистол» у Фридриха Клевера, и теперь все излишки нефти уходят на создание этой оружейной смазки. И ты знаешь? Я довольно быстро получил из этилового спирта натрий-бутадиеновый каучук. И вообще, я не понимаю зачем ты ещё раз об этом спрашиваешь? Я же тебе рассказывал об этом несколько раз. Да ты и сам прекрасно знаешь технологию, так как телефонный кабель изолируется на твоём заводе. Это ты, видимо, мне зубы заговариваешь.
— Я ведь не просто так об этом тебя спросил. Я это к тому, что все наши последние технические достижения и открытия — мои, твои, Бузова, Рунеберга, Расмуссена и даже Шмайссеров, начинаются именно с технического задания Матвея Матвеевича. Причем, задания с настолько подробными техническими описаниями того, что он хочет видеть — что невольно закрадывается мысль, что он со всеми этими приборами, механизмами, веществами и двигателями, уже сталкивался. Даже больше, мне порой кажется, что это всё у него где-то в подвале лежит уже готовое, а он через нас это легализует.
— Да нет. Ты неправ. Ну, даёт он направление. Да, порой верное, но ничего такого сверхъестественного. Взять тот же твой «графтион». Хухта вообще не имеет никакого отношение к созданию этой усиливающей лампы.
— Это да. Но без его задания на создание трансляторов и объединение их в сеть, я бы не придумал эту «электронную лампу», как называет её Матвей Матвеевич. Да и последний проект, создание междугородней телефонной линии, это ведь тоже его идея.
— И что? У нашего молодого хозяина очень хорошее воображение и неплохая инженерная подготовка. Тем более, что он просто поставил задачу, а ты её решил, — пожал плечами Кондаков и, отхлебнув остывший чай, невольно поморщился.
— Без помощи Полякова и Тигерстедта я бы не справился. Очень уж вовремя они предложили свои услуги нашей корпорации.
— Да, причем Эрик Магнусович фонтанирует идеями почище Матвея Матвеевича, — согласился со своим приятелем химик. — Одна его идея о записи звука на кинематографическую пленку — чего стоит?
— Вот поэтому его скоро и заберут у меня. Господин Хухта хочет создать отдельную лабораторию. Уж очень его увлекла возможность записи звука.
……
— Позор! Позор! Позор! — скандировали участники пионерской конференции. — Долой! Вон из пионеров! — доносились и отдельные выкрики.
Марк Свенсон стоял понурив голову и покорно ожидал нашего решения. Двадцатилетнего главу пионерского отряда из довольно бедного рыбачьего селения Сидебю Вазаской губернии поймали на воровстве. Поймали его сами же члены отряда в начале декабря, когда во время ежегодного отчёта, не сошлась сумма дохода.
По давно уже закрепленному правилу, вместе с официальной бухгалтерией существовала и параллельная, контрольная. Младшие пионеры во всех без исключениях отрядах вели подобный аудит. Что, с одной стороны, благотворно влияло на финансовую честность старших и, заодно, повышало экономическую грамотность младших членов отрядов.
Насколько я помнил, у них в деревне мы организовали одну из первых машинно-тракторных станций. Вазаская губерния — это житница нашего княжества. Правда, житница с очень рисковым земледелием. Поэтому и растят там в основном рожь, ячмень и овёс с горохом. Не забывают и про картофель. А в селениях на побережье ловят рыбу.