Пиявка

Я хочу, чтобы кто-то был ко мне так же…

В этом жесте было столько близости. На секунду мелькнуло:

если бы этот жест был моим… если бы эти пальцы были у меня в волосах…

Мысль обожгла стыдом и чем-то ещё. Тело подвело его прежде, чем он успел подумать. Неловко и неуместно. Он почувствовал, как напряжение упёрлось ниже живота, и выругался про себя:

Чёрт. Не сейчас. Соберись.

Стиснул зубы и отвёл взгляд. Машинально поправил пальто.

Раздражало не то, что это случилось, а то, как легко она вызвала это одним присутствием. Его тянуло не к заботе и не к роли, а к самому источнику тепла. И он хотел это себе.

Мэй подняла глаза и заметила его. На мгновение растерялась. Потом улыбнулась и просто махнула.

— Доброе утро!

Он на секунду замялся. Хотел уйти. Даже забрал свой кофе. Но всё равно подошёл, сам не понимая, как.

— Доброе… — выдохнул. — Я… не ожидал.

— Мы тут рядом живём, — сказала она. — Иногда заходим.

Снова посмотрела на мальчика, поправила ему воротник. В её голове тишина. Почти. Только одна, чёткая мысль, словно предназначенная ему:

Садись.

И сразу поверх неё, вслух:

— Мы недолго. Муж сейчас подойдёт.

Как удар током. Как разрешение, которое нельзя принять.

— Я… — Он начал заикаться. — Я просто за кофе перед занятиями.

— Я сегодня не приду. У меня… дела. — Она коротко кивнула на сына.

Внутри прозвучало:

А жаль

.

Почему-то это задело сильнее, чем он ожидал.

Ребёнок уронил ложку. Мэй вздохнула, подняла её и закатила глаза.

Вдруг накрыло воспоминанием: мягкая ладонь на макушке, пальцы, перебирающие его вьющиеся волосы. Он резко сделал шаг назад.

— Хорошего дня, — пожелал он.

— И вам, — ответила Мэй.

Джо ушёл, чувствуя спиной её взгляд.

Под гипнозом

Очередное скучное занятие. День только начинался. Все приходили сонные, вяло здоровались. Джо ждал.

Вот она. Стук каблуков по коридору. Чёткий ритм уверенного шага. Мэй вошла в аудиторию одной из последних. Как всегда, элегантная и ухоженная. Укладка, макияж. Взрослый взгляд, аккуратная осанка, открытая улыбка. Она всегда выделялась среди остальных: среди мешковатой серой одежды, немытых голов и угрюмых лиц.

Когда она прошла мимо его учительского стола, следом в воздухе потянулся лёгкий аромат её духов, ненавязчивый, но знакомый. На ходу плавно сняла пальто. Он уже ждал этого. Долго шла к самому крайнему столу. Идеально медленно, чтобы он мог смотреть, как она идёт, не отрываясь. Даже походка у неё была спокойной, женственной. Сегодня на ней было облегающее платье. Его взгляд задержался ниже её талии.

С тех пор как дар начал просыпаться, Джо больше не мог удержаться. Он заглядывал в её разум каждый раз, когда она появлялась. И сегодня не исключение. В её голове его образ. Она рассматривала его шею, где расстёгнуты две пуговицы рубашки. Потом подкатанные рукава, вены на руках. Слишком внимательно. Слишком откровенно.

Джо встал к доске и начал писать, стараясь не оборачиваться. Чувствовал, как её внимание скользило вниз, к его ремню на поясе, ещё дальше. И ей явно нравилось то, на что она смотрела. Повернулся, пытаясь поймать её глаза, но она резко опустила голову. Джо вернулся к доске, еле сдерживая улыбку.

— Я сейчас раздам материалы для теста, — сказал он, взяв со стола стопку бумаг.

В аудитории раздались разочарованные вздохи.

Он подошёл к каждому столу. Перед Мэй замедлился. Чем ближе, тем чётче были её мысли. Она сделала более глубокий вдох, но так, чтобы это было незаметно.

И ей снова понравилось.

Так вот как она ощущает мой одеколон.

Сила вернулась, когда появилась она. Почему именно её разум открылся ему первым? Столько лет дар спал. От остальных почти ничего. Белый шум, обрывки, фрагменты. А у неё яркое кино.

Джо слегка улыбнулся, передавая ей бланк. Картинки сменились словами.

Он, наверное, моложе меня. Есть ли у него девушка?

Она посмотрела на его руки.

Кольца всё же нет.

Потом на свои. На кольцо на безымянном пальце.

Так, соберись.

Джо закусил губу. От её мыслей стало теплее.

Так, Джо, сам соберись. Она твоя студентка. И чья-то жена.

Потом всплыл мальчик с такими же глазами, как у неё.

Сын.

Он поймал себя на том, что задержал взгляд дольше, чем следовало, и тут же отвёл его. Это было лишним.

Она принялась читать задания. Ясные вспышки и кадры рассеялись. Остались лишь буквы и цифры.

Джо разнёс остальные листы и сел за стол. Аудитория сузилась до одного голоса. Остальных не слышно. Так не должно быть.

Вид ребенка застрял где-то глубже, чем должен. Он вспомнил первый раз, когда услышал чужие мысли. Тогда своей матери.

Как же Мэй напоминает её. Нет, не похожа. Просто… детали.

Он заметил, что она ошибается. Сомнений не возникло. Джо сосредоточился и послал импульс.

Выбери вариант Б.

На секунду Мэй застыла. Подчинилась. Карандаш заскрипел по бумаге. И только после этого он понял, что сделал.

Просто подглядывать уже не хватало. Он мог бы зайти дальше. Но имел ли право?

Занятие подходило к концу. Мэй справилась раньше, но не торопилась уходить.

Джо делал вид, что проверяет работы, но время от времени смотрел на неё: как она теребит цепочку на шее, поправляет воротник, перекладывает ногу под столом. С виду спокойна.

Хотел бы я быть на месте этой цепочки.

И вдруг её фантазия накрыла его волной. Аудитория пуста. Она подходит к нему. Рука скользит под пиджак, вытаскивает рубашку из-за пояса. Лицо тянется к его шее. Запах одеколона из её памяти.

Джо поднял глаза. Их взгляды встретились и долго не могли разойтись.

Что же у него под рубашкой?

В груди стало тесно.

Она меня тоже хочет.

Он попытался отвлечься. Но не смог. Остальные мысли тонули, а её оставались. Слишком давно он не чувствовал такого внимания, чтобы отделить его от возбуждения.

Студенты один за другим выходили. Мэй медленно собирала вещи. Джо не мог подняться. Под столом было проще скрыть то, что теперь выдавало его.

Обещал себе не использовать внушение. Но стук её каблуков рушил правила. Сначала просто подумал. Действительно не собирался. И только потом понял: это уже приказ.

Задержись.

Импульс дошёл мгновенно. Мэй замедлилась, пропуская всех вперёд.

Стой.