Страница 22 из 24
Пётр Козлов – старший электрик, самый главный специалист по аккумуляторным батареям, от работы которого зависела жизнь экипажа при нахождении под водой.
Илья Воронов – минно-торпедный старшина, тот отвечал за исправность четырёх носовых торпедных аппаратов, ну и кормовых так же и подготовку торпед к стрельбе.
Остальную часть экипажа составляли трюмные матросы, мотористы и электрики, а именно Лукьянов, Шарапов, Егоров и другие. Кстати узнав каким-то образом о том, что меня назначили на подводную лодку «Медведь», на неё перебрались так же и те, кто служил со мной на британской лодке «Е-9». А именно, сигнальный унтер-офицер Павел Белянкин и машинист 1-й статьи Иван Молоканов. И скорее всего экипаж лодки довольно подробно расспросил именно этих двух, ну а тем, много чего было рассказать про нашу службу, тем более, что они знали английский язык. Ну а в лодке все события распространяются по всем помещениям мгновенно.
Весь экипаж смотрел на нового командира лодки, меня, с уважением, ведь тут были профи, как говорится. А тот факт, что именно эту лодку, привёл я, с одним офицером и третью нижних чинов, чем на то положено знал весь экипаж, да и то, что в её захвате принимал участие в первых рядах, те так же знали. Ведь это, была новость номер один за последние месяца, да и возможно последние полгода. Ну, разве что впечатляли успехи той же лодки британцев «Е-9», кстати, на которой я так же служил. Те, только из последнего похода пришли с весьма впечатляющими результатами потопления не только значительного количества торговых кораблей Германии, но и к тому же, потопили ещё и один крейсер, хоть и не из новейших, да ещё захватили лодку. Таких успехов, не было здесь на Балтике ни у кого, из кораблей и подводных лодок, того же флота Балтийского моря Российской империи, да и на других театрах военных действий так же нет.
- Война вступает в новую фазу, - начал говорить я перед экипажем лодки, - в том числе и здесь на море, а потому у нас задача одна – как можно быстрее освоить лодку и быть готовыми выполнить те задачи, которые перед нами поставит командование. Именно на этом мы остановим своё внимание в ближайшие дни, пока нам дают такую возможность.
После чего личный состав лодки был распущен, сказал, чтобы все находились на своих рабочих местах, чуть позже подойду лично к каждому.
Пока же пригласил своих офицеров в каюту офицеров на нашей плавучей базе. Оказывается, как буквально минуту назад, сообщил мой старший офицер Головачёв, что такая имелась для офицеров нашей лодки. Там как раз было предусмотрено три спальных места, на случай если экипаж будет ждать выхода около своей плавучей базы.
Вот там я в первую очередь рассказал о своём послужном списке, подробно останавливаясь на моменте, когда захотел пойти в подводники и какой путь прошёл после этого. Естественно было много вопросов, особенно они касались, моего последнего выхода на британской лодке «Е-9», так что пришлось рассказывать более подробно.
Потом уже о себе рассказали и мои офицеры, где кто служил и чем занимался до попадания в подводники.
Далее я попросил рассказать подробно о матросах, с кем мне предстояло служить на лодке, чтобы офицеры дали краткую характеристику каждому, что те и сделали.
Я в это время, делал пометки в своём рабочем блокноте, чтобы ничего не упустить.
Тут же, пока было время, уточнил и по снабжению лодки, чего на ней не хватает, или что надо менять.
Опять сделал записи в свой блокнот, разбираться буду постепенно.
Уже в конце рассказал, что командующий дивизией поставил нам задачу обучить экипаж лодки в течении месяца.
- Больше у нас нет времени, - сказал я офицерам, - идёт война и у командования, каждая лодка на счету. Нам так же разрешили сделать несколько учебно-боевых выходов в конце месяца в море, для проверки готовности экипажа.
На такое, что-то хотевший мне сказать Головачёв, только кивнул головой, по всей видимости, об этом и хотел спросить.
До вечера, пока ещё было время, я неспешно знакомился с самим экипажем лодки, при этом делая собственные пометки по матросам.
К учёбе решили преступить уже с завтрашнего дня, наметили даже план работы, вернее обучения на ближайшую неделю.
В общем, обычный ритм работы, пока есть подготовительное время.
Глава 9
Эту главу, я начну всё же не с основных характеристик самой лодки, их я уже давал выше по тексту, а с представления, более подробного разбора, что собой представляла подводная лодка «Медведь», бывшая немецкая подводная лодка SM U-8, так и не ставшая в Германском флоте лодкой «U-67».
Во-первых, сама лодка имела семь отсеков, а именно:
- носовой торпедный отсек – четыре 450-мм торпедных аппарата и запасные торпеды;
- жилые и служебные помещения – каюты командира и офицеров, помещение унтер-офицеров/экипажа, камбуз, санитарное помещение;
- центральный пост управления под рубкой – управление погружением и всплытием, рулевые органы, приборы, перископы, вспомогательные системы;
- радиотелеграфное помещение и связанные с ним механизмы подъёма мачт;
- машинное отделение – два дизельных двигателя;
- отсек электродвигателей и аккумуляторных батарей;
- кормовой торпедный отсек - торпедный аппарат и запасная торпеда.
При этом границы между этими отсеками не всегда означали отдельную большую «комнату» в современном смысле, ведь пространство часто представляло собой длинную тесную цилиндрическую внутренность, разделённую переборками, где механизмы, койки, трубопроводы и запасные торпеды буквально перемешивались.
Носовой отсек. Начало прочного корпуса, он заметно сужается к форштевню. В самом носу лодки расположена наиболее плотная концентрация вооружения. Четыре внутренних торпедных аппарата калибра 450 мм.. Такая схема была непривычной для германских океанических лодок, вместо привычных более крупных 500 мм..
Четыре круглых торпедных затвора, расположенные компактным блоком, где верхний левый – 1-й торпедный аппарат, верхний правый – 2-й торпедный аппарат, нижний левый – 3-й торпедный аппарат, нижний правый – 4-й торпедный аппарат. Между аппаратами, вокруг них и по бокам там проходили: трубопроводы затопления и продувки, клапаны, механизмы открытия внутренних и наружных крышек, торпедопогрузочное оборудование, элементы торпедной системы, кабели и переговорные трубы.
Над самой головой в этом отсеке находились продольные балки, с элементами системы для перемещения торпед.
Запасные торпеды. Всего лодка имела 12 торпед, из них 5 находились в самих аппаратах, остальные – в качестве запаса, в носовой части – 6 запасных и 1 в корме.
Носовой отсек был чрезвычайно тесным, и имел следующие параметры его длина составляла 7,2 метра. Ширина была разной, в самом носу всего лишь менее 1,8 метра, в двух метрах от начала носовой части уже шире около 3 метров, в четырёх метрах от носовой части уже около 4 метров, ну а перед переборкой имела 4,15 метра. Высота в центре отсека, была примерно, около 3,9 метра, постепенно уменьшающаяся к носовой части.
Отсек № 2 Передняя жилая зона и носовая аккумуляторная батарея. Под его полом аккумуляторные батареи, над ней настил и жилое пространство.
Двигаясь от торпедного отсека назад, как раз и начинается область, где размещена жилая часть для экипажа. Жилые «помещения» находились в передней и средней части лодки, а те же аккумуляторные батареи размещались низко в корпусе под съёмным настилом.
Свинцово-кислотные аккумуляторы были чрезвычайно тяжёлыми и размещались максимально низко для устойчивости самой лодки. Это был так называемый нижний уровень данного отсека.
Над самими батареями размещались элементы жилого пространства: складные койки, личные шкафчики, вещевые ящики, складной стол, отдельные предметы снабжения.