Страница 14 из 24
Но, как это ни странно, движения судов в этом морском районе, за прошедшие полчаса не было, а вот как раз огонь, в машинном отделении погас совсем, кстати, забыл упомянуть, что данная немецкая подводная лодка, до возгорания пребывала под водой весьма длительное время, как раз с целью выяснения возможности таковой.
Возможно, ремонт одного из дизелей и нужен был, но для выяснения этого вопроса требовалось время,
Так я и доложил капитану Максу Хортону, при этом добавив, - для эксплуатации этой лодки, чтобы довести её до наших портов, да в тот же порт Ревеля, надо всего лишь с десяток матросов. Пара в машинное отделение, дизеля – они и есть дизеля, ещё с пяток человек на рули лодки, и офицер, способный довести саму лодку в морской район Ревеля.
То, что наш поход уже подошёл к концу, понимал и сам Хортон, но тот сейчас думал, кого назначить на эту немецкую лодку временным командиром, понятное дело, что основным кандидатом на эту должность был его старший офицер, лейтенант Чарльз Чепмен, но тут были многочисленные как говорится «но».
И первое из них, что тот же Антоний, разобрался быстро с возгоранием, в машинном отделении, причём без нижних чинов, сам, к примеру, тот же Чепмен, конечно же, разобрался с таким вопросом тоже, но за более длительный срок и то с нижними чинами, которые эти дизеля обслуживают.
Во-вторых, судя по всему, тот же русский Антоний, по всей видимости, неплохо ориентировался в самой немецкой подводной лодке, так как действовал там один и довольно быстро, и один, когда выяснил всё по её неисправности, что так же немаловажно.
Ну и в-третьих, и это самое важное, это тот момент, что он в совершенстве знал немецкий язык, и мог спокойно, читать все немецкие надписи на самой лодке, в отличии от того же Чемпена.
А потому и решено, что временно немецкую лодку «SMU-7» под своё командование примет лейтенант фон Эссен, а в помощь ему на лодку так же временно перейдёт и лейтенант Пирсон, ну а на своей лодке «Е-9», они с Чепменом справятся и вдвоём.
Вот и озвучил такое своё решение Хортон офицерам, которые и находились около него.
Такого решения, по всей видимости, его офицеры Чемпен и Пирсон, никак не ожидали, и видя это, а такое было написано на лицах обоих, хоть и ещё было темновато, Хортон вынужден был добавить.
- Чарльз, ты знаешь немецкий, чтобы подсказывать на первых порах нашим морякам, надписи, которые имеются в самой лодке на тех же различных вентилях и кранах? – уточнил Хортон у Чепмена, и продолжил, - а может, ты сможешь точно проложить маршрут через всю Балтику назад к Ревелю?
Оба вопроса были немаловажными, ведь сюда на Балтику саму лодку привёл тот же Хортон, он же и работал за того же штурмана ранее, прокладывая курс лодки по карте. Ну а немецким, тот же Чепмен не владел.
Вот тогда до стоящих около командира британских офицеров, дошло то мудрое решение, которое принял их командир Хортон.
Ведь действительно, им надо было достаточно много времени, чтобы разобраться в устройстве самой немецкой лодки, а ориентироваться там уже надо было достаточно быстро, ведь не надо забывать тот факт, что сейчас и именно в этом районе Земли шла война – 1-я мировая война.
Хортон, действовал быстро, он тут де вызвал боцмана и отдал тому указание, сколько и главное кто, должен перейти на захваченную немецкую лодку, в том числе и переходил и сам боцман. Тот же лейтенант Чепмен, получил задачу готовить надувные лодки для передачи немецким морякам, ведь разбираться, где в самой «SMU-7» находятся средства спасения, не было времени, его, времени и так было, как говорится, в обрез.
С самим Хортоном, мы условились, о времени прибытия в морской район вблизи Ревеля, и о том сигнале, когда немецкой лодке можно будет всплывать, а то ещё кто-то из расчётов миноносцев, откроет огонь, увидев немецкие знаки на лодке.
В это время немецкие моряки подводники грузились в лодки для них приготовленные, а тот же Чепмен, через одного из наших матросов, знавший немецкий пояснял в каком направлении тем плыть.
Мне наш командир действительно оставил лучших, так как среди десятка матросов там оказались тот же унтер-офицер Мафьюс Генри, он на «Е-9» являлся старшим в машинном отделении и обеспечивал безупречную работу дизелей на лодке в тяжелейших зимних условиях, в этом я убедился лично за прошедшую зиму. Далее шла неразлучная пара друзей, да к тому же так же унтер-офицеры Джеймс Катер Эванс и Уильям Джордж Поуэль. Где первый являлся старшим у электриков и отвечал за электромоторы и состояние огромной аккумуляторной батареи, и другое электрическое оборудование лодки, а уж поверьте, оно на самой лодке было просто огромным, недаром, в его команде было чуть меньше десятка матросов в подчинении. Кстати тому в помощь, Хортон дал ещё и Фредерика Ленгиджа, весьма примечательная личность на «Е-9» из среды уже матросов, тут можно добавить тот факт, что Фредерик весьма быстро разбирался в различных проблемах с электричеством, а их на лодке особенно зимой весьма хватало. Ну а второй приятель, занимал должность рулевого кондуктора, весьма ответственный пост на лодке, который работал непосредственно на центральном посту лодки и по праву занимания должности должен быть и был в реальности опытнейшим навигатором и фактически правой рукой штурмана лодки.
Глава 6
Погружение «SMU-7» прошло весьма успешно, и я бы сказал достаточно быстро, как для тех моряков-подводников, которые впервые оказались на немецкой лодке. Кстати весьма комфортной как для такого типа, чуть позже я остановлюсь на самих параметрах данного лодки, ну и на её устройстве, куда же без этого.
Мне поначалу было даже непривычно, из-за того, что вокруг было мало народу. Обычно его вполне хватало и некоторые из них постоянно перемещались по лодке, выполняя определённые задачи, нет, и сейчас некоторые перемещались, да и на центральном посту лодки было практически половина из того, что пошла со мной. Но тут как раз всё понятно ведь оба офицера – я и лейтенант Пирсон были здесь же, на рулях так же находились матросы и ими вполне успешно пока руководил Уильям Поуэль. Пирсон знакомился с тем, что находилось в самом центральном посту, ну а сам я был занят привычной работой для себя - прокладкой курса лодки, пока же первичные данные я уже выдал Поуэлю.
Дождавшись того, что лодка ушла на глубину 20 метров, я выдал дальнейшие указания по движению лодки, которые моментально продублировал Уильям Поуэль, а тот же лейтенант Пирсон, опять проконтролировал.
Больше всего меня порадовал Джеймс Эванс, который разобравшись со своим хозяйством, доложил мне, что аккумуляторные батареи лодки заряжены процентов на 70. Ему так же совместно с Мафьюсом и Фредериком Ленгиджем удалось разобраться с тем, что же случилось у немцев, как конкретно произошло возгорание на борту лодки, да ещё и в подводном положении.
- Сейчас как Мафьюс, так и Фредерик, - докладывал мне Эванс, - устраняют данную неисправность, и я думаю, что и второй двигатель лодки, за сутки они приведут в порядок. Уже даже нашли необходимые запчасти для этого. Только впоследствии, необходимо будет проверить его работу.
- Отличная новость Эванс, - тут же заметил на доклад последнего, Пирсон, тот прекрасно понимал, что, конечно же, можно идти и на одном двигателе лодки, но вот та же подзарядка аккумуляторных батарей увеличится по времени, да и скорость будет несколько ниже, чем можно ожидать от работы двух.
С каждой прошедшей минутой, как только мы ушли под воду, напряжение стало по чуть-чуть покидать меня, да и главное, причина, по которой произошло возгорание на лодке, было найдено.
Да и те из экипажа «Е-9», которые перешли со мной, на немецкую лодку, так же стали работать в привычном для них ритме, когда лодка находилась под водой. Даже судя по запахам, которые стали разносится по лодке, кто-то из экипажа уже хозяйничал на камбузе, а значит, без еды мы не останемся.