Страница 35 из 60
— Боже мой! — воскликнула она. — Да это же настоящее чудо! Восемнадцатый век, с ума сойти! Франция. Древесина грецкого ореха... восхитительно! Вы только посмотрите на эти ножки! А ткань! Обивка! Французский гобелен, жаккард... Гобелен еще старше, думаю, семнадцатый век, не позднее...
Я несколько удивилась. Смотрите, какая осведомленность!
Обычно столь очаровательная головка бывает забита всякой ерундой. И где она там ткань разглядела, от нее почти и не осталось ничего.
— Она про мебель знает все, — объяснил ее муж, видя мое удивление. — Кстати, меня зовут Глеб, а это моя жена Липочка.
— Очень красивая у вас жена, — ответила я невольно.
— Да уж! У нас и дочка красивая! — похвастался он.
Я в этом не сомневалась. Милая непосредственность обоих супругов пришлась мне очень по душе, и я тоже назвала свое имя. Коротыш с женой подошли и приняли участие в церемонии знакомства. Оказалось, их зовут Петр и Ирина.
— На самом-то деле это Фиалка и Пьер, Пьер Безухов, — интимно шепнул мне Глеб.
Коротышка вздохнул.
— Безухов, Петр Кириллович, — представился он еще раз.
Я недоверчиво посмотрела на него.
— Правда, правда! — заверила меня, смеясь, Липочка. — Он может паспорт показать! Его и правда так зовут!
Я пожала плечами.
— Серафима.
— Очень приятно, — сказала Ира-Фиалка, рассматривая сундук. — Восхитительно!
— Пятнадцать человек на сундук мертвеца! — неожиданно влез Гоша. Я даже не видела, что он тоже в зале. — Вы знаете, что такое «сундук мертвеца»? Не знаете!
— Неужели вот этот? — спросил Глеб.
Гоша вдруг расхохотался. Мне стало немного неловко, и я выразительно посмотрела на него.
— Простите, — спохватился Гоша. — Виноват. Просто мне стало смешно, потому что Сундук Мертвеца — это остров!
— Остров? — хором удивились все, включая меня.
— Именно так. И открыл его знаете кто? — Тут Гоша сделал интригующую паузу. — Конхиолог по имени Ван Марле!
Вероятно, мы должны были быть потрясены, но ожидаемого эффекта не последовало. Маленький человечек со странным именем Пьер Безухов спокойно спросил:
— Ну и кто же это такой — конхиолог?
— Специалист по раковинам, — выпалил Гоша. — Он случайно попал на этот остров, у него на моторке двигатель заглох. Остров-то всего около двухсот квадратных метров, даже меньше! Там, кроме змей и ящериц, и нет никого, и ни одного ручейка, вообще нет пресной воды. В этом-то все и дело.
— Какое дело? — спросила Липочка. Я уже подумывала, не увести ли Гошу.
— На этот остров высадили пятнадцать человек пиратов. Черная Борода высадил. Это был самый страшный пират в восемнадцатом веке, очень жестокий человек. Такой жестокий, что у него на корабле постоянно мятежи вспыхивали. И однажды он мятеж подавил, а мятежников решил высадить на остров. Им дали только холодное оружие — сабли. И по бутылке рома на брата. Черная Борода знал, что от рома страшно пить хочется, а воды-то на острове нет! Опять же змеи, жара ужасная, и никакой тени!
Все мы уже слушали Гошу с большим интересом.
— А где этот остров? — с любопытством спросила Липочка.
— В Карибском море.
— И что с ними случилось? — спросила Фиалка.
— Они уцелели, как ни странно. Черная Борода-то был уверен, что они напьются и передерутся, но они вели себя достойно. Огонь развели, на паруса воду собирали, росу то есть... мало, правда, ее было, воды-то, но все-таки жизнь поддерживалась. Ели мясо змей и ящериц — вялили его на солнце. Крабов собирали и прочее. Так что, когда корабль вернулся, они были живы, и матросы потребовали, чтобы капитан взял их на борт. Черная Борода согласился, у него, наверное, просто не было выбора... И знаете, кто среди этих пятнадцати был?
— Кто? — спросила я с замиранием сердца.
— Билли Боне! — торжествующе ответил Гоша.
На сей раз никто не спросил, кто такой Билли Боне. Мне смутно казалось, что имя я где-то слышала, но кто это такой — припомнить не могла. По лицам моих новых знакомых было похоже, что и они чувствуют то же самое.
— Билли Боне, — растерянно повторил Гоша. — Считается, что именно его авторитет и помог людям не перегрызться между собой и выжить в таких нечеловеческих условиях.
— Погодите-ка, у Юлия Кима такая песня есть, — неуверенно сказал Глеб.
— «Остров сокровищ»! — припомнила Липочка.
— Ну! Правильно! «Остров сокровищ»!
— Но это правда? — спросил маленький Пьер. — Про людей на острове?
— Конечно, правда! Пирата этого звали не Билли Боне, как-то иначе, но он явился прототипом для Стивенсона. Это стало легендой Карибского моря, но в основе лежит правдивая история. Отсюда и пошла знаменитая песня. Пятнадцать человек были высажены на остров Сундук Мертвеца...
— Йо-хи-хо, и бутылка рому, — быстро сказала я, чтобы опередить Гошу, пока он не слишком увлекся. Но беспокоилась я напрасно. Посетители смотрели Гоше в рот и слушали его с несомненным интересом.
— Все всегда только первые строчки и знают! А песня замечательная! — И Гоша начал нараспев декламировать:
Пятнадцать человек на сундук мертвеца,
Йо-хи-хо, и бутылка рому!
Пей, и дьявол тебя доведет до конца.
Йо-хи-хо, и бутылка рому!
Их мучила жажда в конце концов,
Йо-хи-хо, и бутылка рому!
Им стало казаться, что едят мертвецов.
Йо-хи-хо, и бутылка рому!
Что пьют их кровь и мослы их жуют.
Йо-хи-хо, и бутылка рому!
Вот тут-то и вынырнул черт Деви Джонс.
Йо-хи-хо, и бутылка рому!
Он вынырнул с черным большим ключом,
Йо-хи-хо, и бутылка рому...
— Когда знаешь, в чем дело, совсем по-другому давно знакомая песня воспринимается, — задумчиво сказала Липочка.
— Как вас зовут? — спросил Пьер.
— Георгий, — представился Гоша. — Но мне больше нравится Генри, хотя моя жена и не желает меня так называть. Это в честь Генри Эври, знаменитого пирата семнадцатого века. Его называли «Архипират», замечательный человек.
— Петр, Глеб, Ирина, Липочка, — назвал в ответ себя и своих спутников Пьер.
— Очень приятно познакомиться! — довольно горячо откликнулся Гоша. — Сейчас самое время что-нибудь выпить!