Страница 33 из 107
Глава 28
Ксюша
Результат крови пришёл утром.
ХГЧ отрицательный.
Я смотрела на экран лаборатории и чувствовала, как внутри что-то оседает. Не разбивается. Не кричит. Просто оседает мутной пылью.
Всё.
Никакой беременности.
Никакого рычага.
Никакого великого разворота, после которого Дмитрий был бы вынужден признать: да, теперь я с тобой по-настоящему.
Оставалась только ложь.
Голая. Ясная. Уже слишком большая, чтобы назвать её недоразумением.
Я сидела на кухне одна. Мама уехала в город по делам. Дом был тихий, только часы тикали и из открытого окна тянуло нагретой травой. Я могла бы сейчас всё остановить. Написать Дмитрию, что была ошибка, что тесты подвели, что кровь отрицательная, что прости. Это даже выглядело бы почти невинно. Почти.
Но я знала, что тогда произойдёт.
Он облегчённо выдохнет.
Потом начнёт отползать ещё быстрее.
Потом постепенно исчезнет, растворится в своих делах, адвокатах, съёмной квартире, новой осторожности. А я останусь. При маме. При Карине. При статусе дуры, которая полезла к мужу сестры и даже удержать не смогла.
Нет.
Я не для того заходила так далеко.
Телефон лежал передо мной. Дмитрий ещё ничего не писал. Ждал. Конечно ждал. Мужчины в таких ситуациях становятся суеверными. Боятся даже первого сообщения.
Я открыла чат с Кариной.
Кровь отрицательная.
Она ответила через минуту.
И?
И всё.
Пауза.
Потом:
Тогда решай, кто ты. Жертва ошибки или автор истории.
Я перечитала и почувствовала холодок вдоль позвоночника.
Автор истории.
Красиво звучит. И подло.
Но разве я уже не там?
Через десять минут я написала Дмитрию:
Результат пока неясный. Врач сказал пересдать через пару дней, потому что срок может быть маленький.
Отправила.
Сердце стучало так, будто я не сообщение написала, а подписала приговор.
Он прочитал почти сразу.
Долго не отвечал.
Потом:
Понял. Держи в курсе.
И всё.
Ни истерики. Ни паники. Ни нежности.
Только это убогое мужское «понял».
Я швырнула телефон на стол так резко, что он ударился о солонку.
Если честно, в тот момент я больше злилась не на него.
На себя.
Потому что именно это я и выбрала: крутиться вокруг человека, у которого на всё один язык — удобства.
Вечером приехала мама. Я сказала ей правду. Про анализ. Про то, что написала ему другое.
Она только кивнула.
— Правильно.
— Тебе вообще ничего не жмёт? — спросила я. — Совсем?
Она поставила сумку на стул.
— Жмёт. Но жизнь редко выигрывают чистыми руками.
— А если я потом не смогу на себя смотреть?
Она посмотрела на меня странно.
— Сможешь. Люди ко всему привыкают. Даже к себе.
Её слова должны были успокоить.
Но почему-то стало только хуже.
---