Страница 28 из 107
Глава 23
Артём Шадринский
Надежда приехала ко мне вечером того же дня.
Не по записи. Просто написала коротко: Есть находка. Лучше показать лично.
Я ответил: Заезжайте.
Когда она вошла в кабинет, я сразу увидел, что встреча с мужем далась ей тяжелее, чем она хотела признать. Не слёзы. Не срыв. Но в движениях появилась лишняя осторожность. Как будто тело до сих пор ожидало удара.
— Он забрал вещи? — спросил я.
— Да.
— Спокойно?
Она усмехнулась краем губ.
— Настолько, насколько это возможно, когда человек одновременно хочет казаться приличным и обиженным.
— Нормально. Что за находка?
Она достала из сумки прозрачный файл и положила на стол.
Серьги.
Маленькие золотые гвоздики с сапфирами.
— Мои, — сказала она. — Потерялись два месяца назад. Сегодня нашла в ящике Дмитрия.
Я поднял взгляд.
— Есть версия, как они там оказались?
— Есть несколько. Ни одна не делает его лучше.
Я кивнул.
— Хорошо. Это не уголовное дело века, но как элемент общей картины — полезно. Особенно если были ещё подобные исчезновения или странности.
Она села ровнее.
— Вы тоже думаете, что он хотел подарить их Ксюше?
— Я думаю, что в моменты разложения люди часто ведут себя банально. А банальность редко в их пользу.
Надежда вдруг коротко рассмеялась.
И это был первый раз, когда я услышал её смех без горечи. Усталый — да. Но живой.
— Вам когда-нибудь говорили, что вы удивительно умеете оскорблять людей через аналитику?
— Регулярно, — ответил я.
Она посмотрела на меня внимательно. Дольше, чем требовал разговор.
Я перевёл тему:
— Есть ещё что-то?
— Да. Дмитрий сегодня пытался включить старую схему.
— Это какую?
— Будто я всё «слишком превращаю в войну». Будто есть вариант, где я бы повела себя правильно и всем было бы удобно.
— А вы?
— А я вдруг поняла, что он вообще не про любовь. Он про комфорт.
Я откинулся в кресле.
— Это важное понимание.
— Почему?
— Потому что любовь иногда тянет обратно. А комфорт — нет. Когда видишь его истинную цену.
Она замолчала.
Потом спросила тихо:
— Вы всегда так разговариваете с клиентами?
Вот теперь стоило быть осторожнее.
— Обычно ещё суше.
— Значит, мне повезло?
— Возможно, — сказал я.
Пауза повисла на секунду дольше нормы.
Я видел, как она это тоже заметила.
И сразу вернулся в рабочий тон.
— По вашей ситуации дальше так. Если беременность подтвердится официально — запросим позицию второй стороны через представителей. До подтверждения никак не реагируем. По вещам — зафиксируйте, что передача состоялась. По серьгам — оставьте у меня копию фото и краткое описание. По контактам родственников — всё в архив.
Она кивнула. Деловая маска вернулась на лицо. Почти.
— Поняла.
Я проводил её до двери.
Она уже взялась за ручку, когда обернулась.
— Артём.
— Да?
— Если бы я всё-таки сорвалась тогда, на даче… если бы не просто ударила Ксюшу, а, не знаю, разбила бы ей лицо… это бы всё испортило?
Я посмотрел на неё несколько секунд.
— Юридически — да.
— А по-человечески?
— По-человечески, — сказал я, — я бы понял.
Она кивнула. Медленно.
— Спасибо.
Когда дверь за ней закрылась, я поймал себя на том, что смотрю в пустой проём дольше, чем следует.
Плохой знак.
Очень плохой.
---