Страница 16 из 62
В порыве чистых, необузданных эмоций Волк перехватил её за затылок и собственнически, голодно впился в её губы поцелуем. Эвелина, ошеломлённая после электрического шока, не успела среагировать и включить свою ледяную защиту. Напротив, поддавшись первобытному адреналину, её пальцы сами собой вцепились в его крепкие плечи, и она ответила на поцелуй с такой же отчаянной, накопленной страстью. Это было столкновение пламени и льда, горький вкус озона и сводящее с ума тепло его тела.
Поцелуй длился целую вечность, пока воздух в лёгких окончательно не кончился. Они с трудом отстранились друг от друга, тяжело дыша.
Эвелина пришла в себя, её фиалковые глаза испуганно округлились, а щёки залил густой пунцовый румянец. Она попыталась высвободиться из его рук, пряча смущение за привычной маской.
Аларик, однако, не отпускал её талию. Он смотрел на неё сверху вниз, и его фирменная дерзкая ухмылка медленно возвращалась на лицо, хотя дыхание всё ещё было неровным.
— Ну что, принцесса ледяных кровей? — хрипло прошептал Волк, наклоняясь к её уху. — Твоё тело говорит прямо обратное твоим словам. Признайся... ты ведь уже не сможешь без моих варварских поцелуев. Твои предохранители сгорели окончательно.
Эвелина сердито сверкнула глазами, упираясь ладонями в его грудь. В её голосе снова зазвенел сарказм, но теперь в нём уже не было прежней грубости и ледяного отчуждения — скорее, это была попытка защитить своё окончательно сдавшееся сердце.
— Капитан Торн, ваша мания величия прогрессирует быстрее, чем разрушается ваш корабль, — процедила она, хотя её голос слегка дрожал, выдавая волнение. — Мой ответ был исключительно биологической реакцией на избыток статического электричества в моих цепях. Ты просто оказался самым близким заземлением. Не обольщайся, контрабандист. Тебе до сих пор далеко до того, чтобы я... признала твои сомнительные достоинства.
— Да ладно, заземление так заземление, — ухмыльнулся Аларик, наконец выпуская её из объятий и возвращаясь в пилотское кресло. — Но в следующий раз, когда тебе захочется заземлиться, просто скажи. Я всегда к твоим услугам.
Эвелина фыркнула, поспешно одёрнула комбинезон и царственной, пусть и слегка пошатывающейся походкой направилась к выходу из рубки.
Аларик проводил её взглядом до самой двери. Когда шлюз за ней закрылся, его ухмылка медленно растаяла. Пират коснулся своих губ, на которых всё ещё сохранялся сладкий вкус ледяных цветов и озона, и тяжело вздохнул. Он поймал себя на мысли, что этот раунд остался за ней. Этот циничный космический бродяга, который никогда никому ничего не обещал, вдруг осознал, что чувствует к этой гордой леди Аэлир нешуточное, пугающее своей силой влечение. Она медленно, но верно ломала все его пиратские кодексы.
ГЛАВА 18. Ставки Внешнего Кольца
«Бродяга» вышел из ионной туманности на самой границе обитаемого сектора пиратских баронов. Прямо по курсу, среди обломков мёртвых спутников, дрейфовала массивная цитадель из ржавого металла — «Гнездо Стервятников». Не успел корвет сбросить скорость, как его зажали в тиски четыре маневренных пиратских рейдера.
— Волк, на связи Гарек Мясник, — из динамика раздался хриплый, издевательский хохот старого соперника Аларика. — Ты зашёл в мои владения на дымящемся корыте. Сдавай пушки, или мы разберём тебя на металлолом.
Десять минут спустя Аларик и Эвелина уже стояли в полумраке главного дока цитадели. Вокруг толпились вооружённые до зубов головорезы Гарека. Сам барон — двухметровый, покрытый шрамами громила с кибернетическим протезом вместо левой руки — медленно обошел гостей. Когда его единственный живой глаз остановился на Эвелине, наглый взгляд скользнул по её фигуре.
— Какая редкая птичка, — оскалился Гарек, делая шаг к девушке. — Чистокровная Аэлир во Внешнем Кольце? За такую имперцы отвалят гору золота. Отдай её мне, Волк, и твой долг за прошлый рейс списан. Да ещё и заправлю твоё корыто бесплатно.
Эвелина инстинктивно отступила на шаг назад. Одно её сердце испуганно замерло, а второе бешено заколотилось, когда Гарек протянул к ней свой массивный металлический протез.
— Руки убрал, Гарек, — Аларик мгновенно вырос между ними, заслоняя Эвелину своей широкой спиной. Его голос стал тихим и леденящим. — Она не товар. И она идёт со мной.
— В моих владениях правила устанавливаю я, — прорычал Мясник, выхватывая из-за пояса длинный вибро-нож со светящимся лезвием. — Хочешь её забрать? Докажи, что ты ещё чего-то стоишь, Волк. Драка на смерть. Кто выживет — забирает девку и корабль.
Толпа пиратов одобрительно взревела, мгновенно образовав плотное кольцо вокруг противников. Аларик коротко оглянулся на Эвелину, подмигнул ей и достал свой армейский нож:
— Не скучай тут, принцесса.
Бой начался без предупреждения. Гарек, несмотря на свои габариты, двигался с поразительной скоростью. Его вибро-нож со свистом рассекал воздух, оставляя на стенах глубокие дымящиеся борозды. Аларик, чьё левое плечо всё ещё было туго забинтовано, уклонялся в самый последний момент.
Эвелина стояла у самого края живого кольца пиратов. Её кулаки были сжаты так, что ногти впивались в ладони, а подкожный чип на виске лихорадочно выдавал биометрические данные Аларика. Его пульс рос, раненое плечо начало кровоточить, окрашивая повязку в багровый цвет. В этот момент её сердце буквально разрывалось от дикого, невыносимого страха за этого сумасшедшего контрабандиста. Она поймала себя на мысли, что если Гарек убьёт его, мир для неё просто перестанет существовать.
Мясник сделал резкий выпад, металлический протез врезался Аларику в челюсть. Пират отлетел назад, тяжело рухнув на палубу. Гарек с победным рёвом прыгнул сверху, занося светящееся лезвие над его грудью.
Эвелина едва не вскрикнула, но Аларик в самую последнюю секунду выставил блок, перехватив руку громилы. Используя вес противника, Волк резко вывернул ноги, совершил финт и перекатился, оказываясь сверху. Одним мощным, яростным движением он выбил вибро-нож из живой руки Гарека, прижал его огромную тушу к полу и приставил своё лезвие прямо под подбородок соперника — в миллиметре от сонной артерии.
Тяжёлое дыхание Аларика обжигало лицо барона. В доке воцарилась гробовая тишина.
— Я сохраню тебе жизнь, Гарек, — процедил сквозь зубы Волк, и в его глазах горел чистый, первобытный огонь. — Но ты будешь мне должен. И мы раз и навсегда закроем тему насчёт этой женщины. Твои люди заправят мой корабль, и мы уйдём без лишних вопросов.