Страница 30 из 70
— Мы к Зинаиде Павловне, — тараторит соседка, явно польщенная вниманием такого видного мужчины. — Джульетта будет давать уроки музыки ее дочке.
— Уроки музыки? — Демьян приподнимает бровь, скрещивая на груди свои мощные руки-кувалды. — Ну надо же. А я, между прочим, всю жизнь мечтал освоить какой-нибудь инструмент. Как закончу здесь ремонт, куплю пианино и запишусь к вам в ученики, Джульетта. Возьмете такого великовозрастного и неперспективного?
— Если будете вести себя хорошо и не ругаться матом во время занятий, — неожиданно для самой себя ляпаю я, — так и быть, возьму.
Демьян смеется. Смех у него низкий, теплый, и от этого звука у меня внутри почему-то приятно екает.
— Договорились, Джульетта. А куда вы вообще направляетесь?
—К метро. Нам на Пряжку, — картинно вздыхает Арина Рудольфовна, с явной хитрецой поглядывая на черный джип. — На метро-то туда с пересадками, а у меня, сами понимаете, возраст. Суставы ноют.
—Нет, не позволю. Такие дамы в метро ездить не должны.
Демьян распахивает заднюю дверь джипа.
—Карета подана, садитесь. Подвезу. Для вас до понедельника я совершенно свободен.
Внутри салон пахнет дорогой кожей, хорошим парфюмом и чем-то неуловимо притягательным, чисто мужским. Арина Рудольфовна, немало не смущаясь, тут же оккупирует переднее пассажирское сиденье, устраиваясь там с видом королевы, милостиво принимающей дары от вассалов. Мне достается место сзади.
Демьян заводит двигатель, и салон мгновенно взрывается оглушительным, тяжелым роком. Гитарные риффы бьют по ушам, бас вибрирует прямо в грудной клетке. Арина Рудольфовна лишь довольно кивает в такт, словно всю жизнь фанатела от металла и гордо смотрит в лобовое стекло.
Я же невольно морщусь, ежась от децибелов, и вжимаюсь в спинку сиденья.
— Демьян Аркадьевич! — кричу я, пытаясь переорать бешеные барабаны. — Можно сделать потише?!
Он бросает на меня взгляд через плечо, усмехается и скручивает звук до приемлемого фона.
— Простите. Забыл, что везу интеллигентных дам.
Машина плавно выезжает со двора. Я расслабляюсь, глядя на мелькающие за окном питерские фасады, как вдруг ловлю себя на стойком ощущении чужого пристального взгляда. Медленно поднимаю глаза и встречаюсь со взглядом Демьяна в зеркале заднего вида.
Он смотрит на меня. Не на дорогу, а именно на меня. В его темных глазах читается нечто такое, от чего снова перехватывает дыхание. Это не просто взгляд соседа. Это изучающий, тяжелый, обволакивающий взгляд взрослого мужчины, который видит перед собой женщину. Этот взгляд скользит по моему лицу, по прядке, выбившейся из прически, спускается к линии шеи.
Сердце мгновенно подскакивает куда-то в район горла. Внутри вспыхивает странное, тревожное, но пугающе сладкое чувство. Я понятия не имею, как на это реагировать. Злиться? Краснеть? Выпрыгивать на ходу? Мой внутренний защитный механизм тут же выпускает колючки.
— Вы бы на дорогу смотрели, Демьян Аркадьевич, — бурчу я, нарочито резко отворачиваясь к окну и скрещивая руки на груди. — А то нас всех сейчас в кювет унесет.
В зеркале вижу, как его губы растягиваются в легкой, слишком уж понимающей улыбке. Он ничего не отвечает, послушно переводит взгляд на дорогу, но атмосфера в салоне безвозвратно меняется. Она становится густой, тяжелой, наэлектризованной.
Так я и еду всю дорогу, уткнувшись носом в стекло. Чувствую, как щеки полыхают огнем, и с ужасом понимаю: этот варвар-сосед становится для меня гораздо большей проблемой, чем я могла себе представить.
—У вас смотрины сколько по времени будут идти?--интересуется Демьян, довезя нас до нужного адреса.
—Часа в два мы уложимся—ласково оглядывает его большую фигуру Арина Рудольфовна.
—Я вас понял, моя королева.
Нет, ну вы видели, каким дамским угодником оказался этот грубиян.