В объятиях Теневого Короля

Он медленно поднялся, и его взгляд встретился с её. В нём не было тепла, только усталость и сталь.

— То, что произошло прошлой ночью... это была ошибка, — сказал он.

Лиана замерла. Слово ударило её, как пощёчина.

— Ошибка? — переспросила она, и голос её дрогнул. — Ты целовал меня. Ты говорил, что я — часть этого мира. Ты сжимал меня в объятиях так, будто я — единственное, что у тебя есть. И теперь ты говоришь, что это была ошибка?

Он спустился с трона и подошёл к ней. Его лицо было холодным, как лёд, но в глазах она видела боль, которую он пытался скрыть. Его голос был ровным, почти безразличным, и это делало её боль ещё острее.

— Я говорю то, что должен был сказать раньше, — сказал он. — Я не могу позволить себе чувствовать то, что чувствую к тебе. Ты не просто женщина. Ты — оружие. И если я позволю себе быть слабым, я потеряю всё. Я потеряю контроль над собой, над своей магией, над своим народом. Я не могу позволить себе эту роскошь.

Лиана почувствовала, как внутри неё закипает ярость. Она больше не чувствовала боли — только гнев, горячий и ослепительный.

— Я не оружие! — выкрикнула она, и её голос эхом разнёсся по залу. — Я человек. Я женщина. И я не хочу быть просто вещью, которую ты используешь, а потом выбрасываешь, когда она становится неудобной! Ты думаешь, что я не чувствую? Что я не вижу, как ты смотришь на меня, когда думаешь, что я не смотрю?

— Ты пришла сюда не для того, чтобы быть человеком, — сказал он, и его голос стал жёстче. — Ты пришла сюда, потому что хотела выжить. Ты пришла, потому что хотела использовать меня, как я хочу использовать тебя. Мы оба знаем это.

— Я не... — начала она, но он перебил её, делая шаг вперёд. Тени вокруг него зашевелились, и она почувствовала, как его магия давит на неё, как стальная рука.

— Ты пришла, — сказал он, и в его голосе появилась сталь, которая резала её кожу. — Потому что у тебя не было выбора. И теперь ты хочешь, чтобы я верил, что это было что-то большее? Что ты не просто используешь меня, чтобы спасти свою шкуру?

Лиана смотрела на него, чувствуя, как её сердце разрывается на части. Она хотела ударить его. Хотела закричать. Хотела убежать. Но вместо этого она шагнула вперёд, сокращая расстояние между ними до одного дыхания.

— Ты не знаешь, что я чувствую, — сказала она, и её голос был тихим, но в нём звучала сталь, которой она не знала раньше. — Ты думаешь, что я просто ищу защиты? Что я не могу быть сильной сама? Ты ошибаешься. Я была сильной, когда они хотели убить меня. Я была сильной, когда сбежала. И я буду сильной, когда уйду отсюда, если ты продолжишь так со мной говорить.

Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она не могла прочитать. Не холод. Не любовь. Что-то среднее.

— Тогда уходи, — сказал он, и в его голосе не было эмоций. — Дверь открыта. Никто не держит тебя здесь.

Лиана замерла. Она не ожидала этого. Она думала, что он будет уговаривать её остаться, что он покажет свою слабость. Но он просто стоял и смотрел на неё, ожидая её решения.

Она хотела уйти. Она хотела развернуться и выбежать из этого замка, этого леса, этой жизни. Но её ноги не двигались. Они были прикованы к полу, и она чувствовала, как тени обвивают её щиколотки, как они шепчут: «Останься. Он нуждается в тебе».

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — спросила она, и голос её дрогнул.

— Я хочу, чтобы ты сделала свой выбор, — ответил он. — Не для меня. Для себя.

Она смотрела на него, чувствуя, как внутри неё борется гордость и сердце. Гордость говорила ей уйти. Сердце говорило остаться.

И она осталась.

Она сделала шаг вперёд и ударила его. В грудь. Кулаком. Не сильно, но достаточно, чтобы он отшатнулся.

— Ты — трус, — сказала она, и в её голосе была злость, смешанная со слезами. — Ты боишься чувствовать, потому что знаешь, что если позволишь себе это, ты не сможешь остановиться. Ты боишься потерять контроль. Но ты уже потерял его. В тот момент, когда ты взял меня за руку, ты потерял его.

Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она не видела раньше. Не холод. Не гнев. Удивление.

— Ты права, — сказал он тихо. — Я боюсь. Но я боюсь не того, что потеряю контроль. Я боюсь того, что могу потерять тебя.

Она замерла. Слова повисли в воздухе, и она чувствовала, как они впиваются в её сердце.

— Тогда не теряй, — прошептала она.

Он шагнул к ней, его руки обвили её талию, притягивая к себе. Она чувствовала его дыхание на своей коже, его сердце, бьющееся в такт с её.

— Прости меня, — сказал он, и в его голосе была такая боль, что у неё перехватило дыхание. — Я не хотел причинять тебе боль.

— Тогда перестань, — ответила она. — Просто будь со мной.

Он поцеловал её. Медленно, нежно, как будто она была из самого тонкого стекла. И она почувствовала, как её гнев и боль тают, уступая место чему-то новому — тёплому, опасному, неизбежному.

Они стояли в объятиях долго, пока напряжение не ушло, уступив место чему-то более спокойному.

— Покажи мне, — сказала она, когда они наконец оторвались друг от друга. — Покажи мне, кто ты на самом деле.

Он смотрел на неё, и в его глазах была неуверенность.

— Ты уверена? — спросил он. — Это может изменить всё.

— Я хочу знать, — ответила она. — Всё.

Он взял её за руку и повёл по коридорам замка. Они шли долго, пока не остановились у старой двери, которую она не замечала раньше. Она была покрыта письменами, которые светились ярче, чем все остальные.

— Это моя память, — сказал он. — То, что я никогда не показывал никому.

Он открыл дверь, и они вошли в комнату.

Это была маленькая комната, но она была наполнена жизнью — или тем, что от неё осталось. На стенах висели картины: пейзажи, портреты, сцены из жизни. В центре комнаты стоял старый стол, на котором лежали письма и пожелтевшие бумаги. В углу — детская кроватка, в которой лежала маленькая деревянная лошадка.

— Это был мой дом, — сказал он, и его голос дрогнул. — До того, как они сожгли его.

Лиана подошла к столу и взяла одно из писем. Она не могла прочитать его, но чувствовала, как от него исходит тепло.

— Это письмо моей матери, — сказал он. — Она писала мне, когда я был на войне. Она говорила, что ждёт меня. Что она гордится мной.

— Что случилось с ней?

Он замолчал. Его лицо стало непроницаемым, но она видела, как его пальцы сжимаются в кулак. Тени в комнате зашевелились, и она почувствовала, как его магия реагирует на его боль.