Страница 31 из 39
— На самосуде не получится построить новую свободную жизнь, — твердо говорю я, чувствуя, как дрожит рука Корвина в моей. — А ведь именно этого вы и хотите… изменить свою жизнь, избавиться от его власти.
Толпа медленно, неохотно отступает на шаг. Люди Эрхарда и ветераны тут же берут Дельца в плотное кольцо и крепко связывают его.
И тут я чувствую, как широкая ладонь Корвина в моей руке становится ледяной.
— Корвин? — вскидываю я к нему голову и в тот же момент вижу как его золотистые глаза закатываются.
Огромное тело Корвина обмякает и всем своим весом обрушивается на меня.
Я не удерживаю его и мы вместе падаем на жесткую брусчатку. Я больно ударяюсь коленями о камни, но успеваю подхватить его тяжелую голову до того, как она ударится о камень.
— Корвин! Посмотри на меня! Открой глаза!
Он не дышит.
Я судорожно тянусь к стилету, но тут же отдергиваю пальцы. Кожа вокруг раны уже стремительно темнеет, по матовому металлу лезвия тянется зеленоватый масляный блеск. От раны исходит тот же самый горький запах полыни и химии, что и ночью на складе.
— Лекаря! — кричу я не своим голосом, прижимая его голову к своей груди. Меня бьет крупная дрожь. — Немедленно найдите лекаря!
Ксавьер падает на колени рядом с нами.
— Его сердце может просто не выдержать двойного удара.
Слезы обжигают глаза. Я отчаянно прижимаю дрожащую ладонь к холодной щеке Корвина.
В этот момент с дальнего края площади доносится оглушительный топот десятков копыт.
Толпа в панике шарахается в стороны, прижимаясь к стенам. В широкий переулок галопом врывается передовой отряд королевской гвардии.
Закованные в сталь всадники в ярко-синих плащах стремительно берут помост в кольцо, следом, бегут пешие солдаты с поднятым знаменем Короны.