Страница 32 из 39
18. Я выбираю тебя
Я вздрагиваю от тихого скрипа и резко открываю глаза.
За окном уже стемнело, в камине уютно потрескивают сухие поленья, наполняя комнату запахом нагретого дерева. Я с трудом отрываю голову от сложенных рук и несколько секунд просто моргаю, пытаясь осознать, где нахожусь.
А затем я поворачиваю голову и вижу Корвина.
Он лежит на широких подушках в просторной гостевой спальне дома Аурелианов. Его широкая грудь туго перетянута свежими бинтами, а осунувшееся лицо почти сливается с наволочкой.
Я мгновенно выпрямляюсь. Сон слетает без остатка.
— Корвин? — шепчу я пересохшими губами.
Его темные ресницы едва заметно вздрагивают.
Я вскакиваю с такой поспешностью, что тяжелый стул с грохотом падает за моей спиной. Бросаюсь к кровати, склоняюсь над ним и бережно прижимаю дрожащую ладонь к его горячей щеке.
— Слышишь меня?
Он делает судорожный вдох и медленно, с огромным усилием открывает глаза.
— Слышу… — хрипло выдыхает он.
Внутри всё обрывается от щемящей нежности. Я опускаюсь на край матраса, осторожно перехватываю его здоровую руку. Я просто не могу сдержаться.
— Ты идиот, — я задыхаюсь от накатившего облегчения. — Безмозглый, самоуверенный, совершенно невыносимый идиот.
— Рад… что ты тоже цела, — его губы трогает слабая, измученная улыбка.
— Ты опять сначала переживаешь мне?
— А как же без этого…
Я поднимаю голову и вижу, как в его потемневших глазах вспыхивает тот самый золотистый блеск. Я ласково провожу ладонью по его темным волосам, проверяю лоб. Жара нет, дыхание глубокое и ровное.
Только теперь я позволяю себе по-настоящему вдохнуть полной грудью.
— Сколько я спал? — он хмурится и пытается приподняться на локтях.
— Почти двое суток. И даже не пытайся!
Я решительно упираюсь ладонью в его грудь. Корвин недовольно морщится от боли в раненом боку, но на этот раз сдается и откидывается обратно на подушки.
— Делец? — коротко спрашивает он, мгновенно возвращаясь к делу.
— В королевских казематах.
— Гильдия?
— Тоже прекрасно пережила твое отсутствие.
Он с облегчением закрывает глаза и крепко переплетает свои пальцы с моими. Его хватка всё еще слабая, но невероятно надежная.
Два дня назад Ксавьер чудом разыскал лучшего алхимика, а я всю дорогу в карете держала Корвина за руку, молясь всем богам, чтобы мы не опоздали.
Я привезла его сюда, в мой новый дом. Марта превратила уютную спальню в стерильный лазарет, Аглая без устали кипятила воду, а я сидела рядом.
Дверь тихонько приоткрывается. В комнату заглядывает Ксавьер. Он выглядит всё таким же безупречным и лощеным, словно два дня назад он вовсе не ползал по колено в грязи по дренажному каналу.
— Наконец-то, — с легкой улыбкой произносит он, переступая порог. — Я пришел с новостями. Все ваши кухни официально открыты, леди Лиза и работают в полную мощность. Склады возвращены под наш контроль, все пригодные продукты прямо сейчас распределяют между жителями, вашими точками и Гильдией. Долговые книги изъяты Короной. Эмерик лично аннулировал все обязательства, а сами жетоны объявил вне закона.
Я еще крепче сжимаю ладонь Корвина.
— Все заложники из Зернового склада осмотрены лекарями, получили защиту стражи и прямо сейчас дают показания. Основная криминальная сеть Дельца рассыпалась как карточный домик всего за сутки.
— Армия вошла в Нижний город? — напрягается Корвин.
— Основные карательные части остались за городскими воротами. На площадь прибыла только личная королевская гвардия, но мы с Лизой все вывернули таким образом, будто они пришли лично захватить Дельца. Бунта не случилось. И последнее…
Ксавьер переводит внимательный взгляд на меня.
— Эмерик присвоил вашей сети статус «официальных городских кухонь». Вы получаете полное право закупать любые продукты напрямую, использовать освобожденные склады и нанимать бывших должников с белой оплатой из королевской казны.
— Вот так просто? — я недоверчиво хмурюсь.
— После чудом предотвращенного взрыва, пожара, массового голода и кровавого бунта столичные чиновники становятся просто невероятно сговорчивыми, — ухмыляется он и Корвин впервые издает низкий смешок в ответ на шутку Ксавьера.
До этого он мастера специй на дух не переносил.
Внезапно в коридоре раздается громкий шум. Кто-то отчаянно спорит с Мартой, а затем тяжелая дверь распахивается настежь.
В комнату ураганом влетает Никс. Мальчишка похудел еще сильнее, скулы заострились до предела.
— Госпожа Лиза!
Никс бросается ко мне и с размаху падает на колени прямо на ковер.
— Ты откуда здесь? — я пораженно ахаю, приподнимаясь с кровати. — Ксавьер сказал, что тебя нашли запертым на складе.
Мальчик низко опускает голову, его плечи крупно дрожат.
— Я не выдавал вас! Клянусь всееми богами, не выдавал!
— Никс…
— Делец уже ждал вас, а я даже не знал… когда я понял что вас схватили, я хотел помочь вам.. правда хотел… — он всхлипывает и отчаянно трет лицо рукавом, — Пытался пробраться на склад, но меня избили, и заперли на зерновом складе.
Он поднимает на меня залитые слезами глаза.
— Умоляю, простите меня.
Я смотрю на него и горло перехватывает от острой жалости. Я опускаюсь перед мальчиком на колени и твердо беру за вздрагивающие плечи.
— Встань, Никс.
Я помогаю ему подняться на ноги.
— Все в порядке, в случившемся виноваты только те монстры, кто использовал тебя вслепую. — я мягко стираю слезу с его чумазой щеки. — Самое главное что мы все живы и этот ужас наконец закончился. Я нисколько не сержусь на тебя.
— Значит… вы нас не прогоните на улицу? — с замиранием сердца шепчет он.
Я ласково взъерошиваю его спутанные вихры.
— Даже не надейся так легко от меня отделаться.
Никс прижимает грязный кулак к дрожащим губам и быстро, судорожно кивает.
В дверях вырастает суровая Марта, уперев руки в бока.
— А ну пошел вон отсюда, живо! — шикает она на детей. — Больному нужен покой, а ты тут балаган развел!
Марта непререкаемым жестом уводит притихшего мальчика. Ксавьер грациозно поднимается из кресла следом за ними.
— Я вернусь завтра утром с кипой официальных документов, — сообщает он на прощание.
— Можешь не торопиться, — сухо бросает Интендант.
Дверь плотно закрывается, отсекая нас от внешнего мира.
Мы остаемся вдвоем.
Корвин с трудом поворачивает голову ко мне.