Страница 7 из 97
— Срочное, — Кирилл не сводил глаз с Ксюши. Она стояла тихо, сжав ремешок сумки. Лицо бледное, но подбородок задран. Розовый танк. Упрямая. Не ломается. Даже когда трещит по швам. — Ты поцарапала мой мотоцикл. Бампер. Пластик треснул, краска содрана. Нужно обсудить компенсацию. Сейчас.
Он видел, как дёрнулась её челюсть. Как сбилось дыхание. Она хотела возразить. Хотела сослаться на устав, на красную линию, на правила. Но Кирилл уже знал её ходы. Он шагнул ближе. Достаточно, чтобы почувствовать запах её шампуня. Ваниль. Что-то цветочное. Детское. И одновременно — упрямое. Настоящее.
— Деканат не чинит бамперы, — сказал он тихо, почти шёпотом, но так, чтобы услышал только она. — Тебе решать, Малая. Или мы обсуждаем это сейчас, или я подаю заявление на возмещение ущерба через юридический отдел. Там быстрее найдут, с кого взыскать.
Мажор вмешался снова. Голос стал строже.
— У Ксюши сейчас учебная встреча. Если есть вопросы, обсудите позже. Личные разборки на ходу — неформат. Она занята.
Кирилл посмотрел на него. Впервые за день ему захотелось рассмеяться всерьёз. Но он сдержался. Только усмехнулся, чувствуя, как внутри закипает не злость, а азарт. Охотничий. Чистый.
— Думай, Малая, — бросил он ей, разворачиваясь. — Бампер сам себя не починит.
Он ушёл. Не оглядываясь. Шаг за шагом растворяясь в тени арки. Но внутри всё ещё гудело. Чувство предвкушения. Она заплатит. Не деньгами. Чем-то другим. Он ещё не решил чем. Но знал одно: эта игра только началась. И он не привык проигрывать. Не отцу. Не системе. И уж точно не идеальным мальчикам в свитерах, которые думают, что мир можно купить.
Ветер трепал полы куртки. В кармане снова завибрировал телефон. Кристина. Кирилл даже не достал его. Пусть ждёт. В голове крутился один образ. Рыжие волосы, мокрые от дождя. Глаза, полные вызова. И фраза, которую он сам же и бросил, как клятву: «Инициатива всегда имеет инициатора».
Кирилл остановился у колонны, закурил. Дым смешался с сыростью, растворяясь в предзакатном воздухе. Отец прав в одном: репутация важна. Но Кирилл давно понял другое: репутация — это клетка с золотой решёткой. А он не собирается в ней сидеть. Не с ней. Не с той, кто рушит его байк и смотрит так, будто хочет сжечь его мир дотла. Пусть попробует. Он только за. Потому что хаос, который она несёт, пугает меньше, чем тишина, которую оставил после себя отец. И он сделает всё, чтобы эта тишина не вернулась. Даже если придётся выжигать её по сантиметру. Вместе с ней.
______________________________________________________
Чувствую, Ксюше будет несладко. Как думаете?