Малая! Будешь. Моей

Глава 18. Третье желание

Услышав слова Кирилла, я широко распахнула глаза, но спрашивать ничего не стала. Какой в этом смысл? Кирилл явно не в своем уме, и требовать от него логики или объяснений — всё равно что стучаться в глухую стену. Я лишь бессильно махнула рукой и решительно зашагала прочь, подальше от этого сумасшедшего.

Но он догнал меня буквально в два шага, легко преградив путь и оказавшись прямо передо мной.

— Куда собралась? — его голос прозвучал спокойно, но с той самой стальной ноткой, которая не терпела возражений.

— Домой! — выкрикнула я, чувствуя, как внутри закипает бессильная ярость. — Или, что ещё лучше, поеду разбирать всё, что ты натворил! Потому что из-за тебя у меня будут огромные проблемы! В универе уже наверняка проверили камеры, и меня могут отчислить!

Кирилл лишь усмехнулся, и эта усмешка была до боли самоуверенной.

— Я не идиот, Малая. Под камеры я бы не полез. Я знаю этот универ как свои пять пальцев, и на тебя там точно никто не выйдет. Расслабься.

И в этот момент до меня дошло. Он соврал про камеры, только чтобы заманить меня сюда, в эту ловушку. Я в бешенстве толкнула его в грудь.

— Ты придурок! — выпалила я, пытаясь его обойти, но он даже не дрогнул, намертво заблокировав мне путь своим мощным телом.

— Я смотрю, ты не можешь забыть про предыдущий штраф, — протянул он, наклоняясь ко мне так близко, что я почувствовала тепло его дыхания. —Хочешь, чтобы я тебе ещё один выписал? Я не против, мне понравилось. Хоть целуешься ты и не очень, но я могу научить.

Я вспыхнула, как красный свет светофора. И тут же в кармане предательски завибрировал телефон. Я резко достала его, прикрикнув:

— А мне совершенно не понравилось! — и ткнула светящимся экраном Кириллу прямо в лицо. Там горело имя: «Ян». — Он, вообще-то, предложил мне встречаться. И я намерена согласиться.

Выражение лица Кирилла мгновенно изменилось.

— Неужели ты такая? — тихо, почти с брезгливостью произнес он. — Не думал, что ты станешь с ним встречаться только, чтобы кому-то насолить.

Я замерла, готовая принять этот вызов, бросить ему в лицо ещё какую-нибудь колкость, но вдруг будто протрезвела. Его слова ударили в самую точку. В глубине души я с ужасом поняла: он прав. Я действительно готова была использовать Яна как щит, как инструмент мести, и это было подло. Я не стала ничего отвечать, опустив взгляд и сбросив вызов.

— Вообще не понимаю, чего ты в нём нашла. Пафосный, заносчивый и высокомерный. Ты ведь совсем не такая.

Я вскинула голову и посмотрела Кириллу прямо в глаза.

— Откуда тебе знать, какая я?

Кирилл многозначительно промолчал. Так, будто на самом деле он знает меня лучше, чем я сама.

— Идём, — коротко бросил он. — Не бойся, трогать я тебя не стану. Если сама не попросишь… В конце концов, Аска может пострадать.

Прозвучало это шутливо, но у меня внутри всё сжалось от холодной, реальной угрозы. Я стиснула зубы и злобно зашагала в сторону подъезда, не оглядываясь.

Мы молча поднялись на лифте на восьмой этаж. Дверь открылась, и мы вошли в небольшую двухкомнатную квартиру, которая с порога кричала о том, что здесь обитает типичный холостяк. Разбросанные вещи, пустые банки из-под энергетиков, пыль на полках и запах застарелого дыма — мне стало не по себе от этого тотального, подавляющего бардака.

— И как тебя мама не убила за такой хаос? — не удержалась я, брезгливо оглядываясь.

Кирилл сделал странную паузу. Его голос прозвучал глухо, без привычной иронии.

— Я живу один. А моя мать… — он оборвался на полуслове и его челюсть напряглась.

Резко сняв кожаную куртку, он швырнул её на банкетку, прошел в гостиную-кухню и с грохотом плюхнулся на диван.

— Моё третье желание: ты должна тут убраться. — Он нахально ухмыльнулся. — Хотел, кстати, купить тебе форму горничной, как из твоих любимых аниме. Но посчитал, что мы еще не так близки.

Меня снова накрыло волной кипения.

— Я не уборщица! — крикнула я. — И ты, кстати, испортил мне дорогую кашемировую кофточку своим дурацким потопом! Можешь простишь мне одно желание?! Выбираю текущее!

Кирилл молча встал, подошел к шкафу, достал объемное черное худи и, не говоря ни слова, протянул мне его.

— Положи свою одежду сушиться в ванной, ничего с ней не будет.

Я непонимающе взяла худи, сжимая мягкую ткань в руках. Кирилл закатил глаза.

— Ты мелкая, тебе мое худи, что платье. Переодевайся и поехали.

Я снова вспомнила слова Машки: чтобы обернуть всё в свою пользу, надо усыпить его бдительность. Но, глядя на его непроницаемое лицо, я с тоской поняла, что Кирилл всегда думает на три шага вперед.

Зайдя в ванную, я схватила телефон, чтобы позвонить подруге, и замерла. Экран пестрил кучей пропущенных от Маши и от Яна. А в чате группы висело сообщение: «Всех распустили домой из-за ЧП с пожарной сигнализацией».

Осознание того, что Кирилл способен сделать буквально всё, что задумал, ударило меня с новой силой. Даже советы Машки меня не спасут.

Я переоделась, разложила мокрые вещи на сушилке и, краснея, вышла. Худи действительно сидело на мне как короткое платье, едва прикрывая бедра. А ещё от него пахло Кириллом…

Кирилл к этому времени открыл настежь большое окно и, зачем-то, снял майку. Я невольно задержала взгляд на его обнаженном торсе: рельефные мышцы, шрамы и очередные чёрные татуировки, уходящие к плечам. Я покраснела ещё сильнее и прикрикнула:

— Оденься немедленно! И дай мне шорты хотя бы!

Кирилл лишь развел руками, демонстрируя безупречный пресс.

— Обойдёшься. А это мой дом, что хочу, то и делаю. Мусорные пакеты вон там. — Он кивнул в угол и тут же взял в руки геймпад, уткнувшись взглядом в экран телевизора.

— А чего твоя девушка тут не убралась? Раз уж ты такой безрукий, — бросила я в поисках пакетов.

— У меня нет девушки.

Ах, ну да. У Кирилла не может быть девушки. Кристина, видимо, просто его очередная игрушка.

Все еще краснея и злясь, я взяла пакет и начала собирать с пола банки, коробки из-под еды и прочий хлам. Мы молчали. Тишину нарушал только звук игры и шуршание мусора. В какой-то момент, словно не отводя взгляд от экрана, Кирилл лениво бросил:

— Трусы в горошек уже не в моде.

Я выпрямилась и изо всех сил натянула худи вниз, пытаясь закрыться.

— Ты извращенец! — смущенно крикнула я, но он продолжил играть, будто меня тут и нет.

Прорычав себе под нос, я продолжила уборку, причитая вслух: