Страница 70 из 82
— Но почему ибериец? — не дала вновь всхлипнувшей Луизе предаться грустным мыслям Клеменция. — Я так полагаю, что вашей смерти, дорогая, может желать только ваш двоюродный брат. Неужели во всей Франгалии он не мог найти убийцу, и ему пришлось привлекать кого-то из Иберики?
— Вряд ли это проделки Лотара, — возразила принцесса. — Он, может быть, и желал мне смерти, когда я болела, но я уверена, что хочет он от меня совсем другого… — чего именно, она расшифровывать не стала и замолчала.
— Ну, милая, получить от тебя «другое», нисколько не сомневаюсь, мечтают все мужчины, кому посчастливилось тебя увидеть, — усмехнулась Клеменция, бросив многозначительный взгляд на своего мужа. — Однако покушение на тебя было, и я не вижу никого, кто, кроме нашего королька, мог бы его организовать. Твое мнение Рене?
Герцог ответил не сразу. Сначала сделал еще один глоток вина, потом на какое-то время откинулся в кресле, прикрыв глаза.
— Королева Изилия, — промолвил он, наконец, выпрямляясь.
— Кто? — не сразу поняла Луиза. — Мать Лотера? А она-то тут при чем?
— Очень даже «при чем», племянница, — повернулся к ней Рене. — После того, как ее с позором выставили из Франгалии, она лелеет планы мести. И хотя сделано это было по решению пэров, винила Изилия в этом твоего отца. Впрочем, это не самое важное. Главное же заключается в том… — он снова умолк.
— В чем Рене⁈ — не выдержала Клеменция. — Хватит напускать на себя важный вид! Говори!
— В общем, — продолжил дядя принцессы. — Перед нашим с Луизой отъездом из Лютеции у меня была беседа с кардиналом. Не морщись так, Клео. Знаю, что ты его не любишь, но речь шла не о тебе, а о том, что шпионы его святейшества в Иберике донесли ему. Наш Лотер под влиянием своей матушки и ее отца — короля Иберики Альфонсо Третьего, планирует заключить с иберийцами вечный мир, отдав им перевалы, за которые, собственно, и идет между нашими государствами постоянная война. Высвободившиеся же силы он планирует бросить на королевства и герцогства Северной империи и вернуть себе Валонию. Об этом Лотер сам на последнем совете пэров обмолвился. Пэры же наоборот хотят заключить что-то вроде союза с северянами, выдав Луизу замуж за второго сына короля Бравии Рудольфа — Генриха. И вот поэтому я и думаю…
Вера слушала герцога с напряженным вниманием, погружаясь в интриги и хитросплетения местной большой политики.
— Поэтому я думаю, — повторил герцог. — Что этого убийцу вполне могли прислать непосредственно из Иберики. Либо Изилия, либо Альфонсо. Не станет ее высочества, пропадет вместе с ней и возможность установить дружеские отношения с Бравией, а через нее и с другими государствами Северной империи.
— Да, это вероятно, — кивнула Клеменция. — У Лотера, который, конечно, тот еще подлец, кишка тонка нанять убийцу для дочери недавно почившего и всеми любимого короля Гийома. Да и то, что сообщил тебе, Рене, кардинал, со счетов сбрасывать нельзя. Я его высокопреосвященство не перевариваю, но должное его уму и опыту отдаю. Ладно, на сегодня, пожалуй, хватит с нас дел, — заключила она. — Луизе после пережитого надо отдохнуть. У нас на вечер катания по Орлее на галерах с факелами и музыкой запланированы. И отменять мы их не будем, чтобы не показать всем, что обеспокоены случившимся.
* * *
Катания прошли со всем размахом и великолепием — два десятка больших галер, с наступлением темноты освещаемых факелами, то сходились, то расходились, то приставали к огромным плотам, на которых стояли в кадках экзотические деревья и цветы и играла музыка.
— Дорогая, — обратилась к Луизе Клеменция, когда их галера подошла к пирсу. — Знаю, что ты до сих пор не можешь прийти в себя, хотя и искусно скрываешь это, как и полагается принцессе. Позволь мне дать тебе совет! Ничто так не успокаивает нервы, как умелый партнер. Красавца Огюста ты потеряла, и мне жаль его не меньше, чем тебе. Скажу по секрету, что я и сама на него глаз положила, но есть же и другие мужчины? Рене! — повернулась она к мужу. — Проводи нашу гостью в ее покои и убедись, прежде чем вернуться ко мне, что она не только полностью успокоилась, но и уснула. Можешь не торопиться, дорогой. Я найду, чем себя занять в твое отсутствие! — она знаком подозвала к себе девушку, которая, как помнила Вера, сопровождала ее после бала и была для герцогини больше, чем просто подругой и одной из ее фрейлин.
— Благодарю, Клеменция, но сегодня меня можно проводить только до дверей моих покоев, — покачала головой Луиза, и это вызвало одобрение у Веры.
* * *
— Ну, ты довольна, что я отказалась от предложения герцогини? — спросила девушка у Веры, когда верная Магда, накрыв принцессу одеялом, вышла из спальни.
— Да, — ответила та. — Но сейчас я хотела бы обсудить с тобой те возможности, которые открывает перед тобой, перед нами, это покушение. Если все сделать грамотно, то уверена, мы сможем привлечь на свою сторону армию, а это…
— Оставь, Вьерра, — Луиза устало закрыла глаза. — Давай о твоих очередных идеях, как усадить нас на трон, мы поговорим завтра. И знаешь? Больше по ночам не пробуй подчинить себе наше тело. Я теперь приняла против этого меры предосторожности, о которых накануне позабыла. Слишком дорого твои вчерашние похождения нам обошлись.
«Вот тебе раз! — мысленно возмутилась Вера, но возражать не стала. — Мои похождения! А кто, не послушав меня, виконта в грот потащил? И, кстати, покушение все равно состоялось бы. И, может быть, даже было бы удачным!»