Страница 50 из 82
Прошло все, в смысле — аллеманд, вполне успешно. Барон Оливье Сен-Кристин не только не упал, но будто ожил, вспомнив молодость. Он успешно не только кружил Луизу, придерживая ее за талию и руку, но и сам в нужных местах бодро подпрыгивал на ходу и балансировал на одной ноге.
— Я этот танец выучил, когда ваш блаженной памяти дед вел войну с Северной империей, — похвастался он, отводя Луизу в сторону, когда музыка затихла. — Земель мы, к сожалению, тогда приобрести для Франгалии не смогли, даже потеряли, но вот этот танец с собой домой привезли. Можно сказать, что он наш трофей!
«Забавный старикан, — подумала Вера. — И, кажется, порядочным человеком. Хорошо будет, если Клеменции удастся его переманить на сторону принцессы. На нашу с ней сторону», — поправилась она.
После фейерверка, который венчал праздник и после которого гости начали разъезжаться, не преминув на прощание подойти к принцессе, чтобы выразить ей свое восхищение, герцогиня Клеменция проводила Луизу до дверей ее покоев.
— Смотрю, вы, дорогая, так и не отдали ни одному из кавалеров своего предпочтения, — сказала она. — Или за этой дверью уже скрывается некто, кого вы поручили своей камеристке заранее впустить, чтобы вас не видели вместе? — она игриво рассмеялась.
— Нет, герцогиня, — покачала головой Луиза. — Что бы про меня ни рассказывали, но я не столь поспешна в выборе фаворитов. В моих покоях, кроме моей верной Магды, никого нет.
— Неужели никого? Неужели никто из подданных моего мужа не может сравниться со столичными кавалерами? — Клеменция состроила разочарованную гримаску. — Тогда, быть может, мне скрасить ваше одиночество? Шучу! Шучу! По вашему лицу, Луиза, вижу, что нет! Но это только потому, что вы еще очень юны, а мы с вами еще не стали настоящими подругами, — герцогиня мило улыбнулась, давая понять, что продолжает шутить. — Что же касается местных дворян, то вы правы. В Орлеаке и правда скучновато. Все-таки не Лютеция, как я ни стараюсь привнести сюда столичные легкость и шик. Ничего. Вот сядете вы на принадлежащий вам по праву трон. Сделаете меня, как обмолвились моему мужу, вашей статс-дамой, и тогда мы с вами по-настоящему развернемся. Поделим между собой всех самых блестящих кавалеров, половина — вам, половина — мне. А когда они нам наскучат, то будем ими меняться!
— Непременно, Клеменция, — поддержала герцогиню Луиза. — Но что скажет на это ваш супруг, мой дорогой дядя? — добавила она.
— О, Рене тоже в столице порезвится вовсю. Здесь ему приходится сдерживать свой темперамент, чтобы не настроить против себя мужей и отцов юных красавиц. Там ему будет, где вволю «попастись», да и мы с вами не откажем ему в нашем внимании. Не так ли?
При всей своей готовности поддерживать беседы в довольно двусмысленном тоне, принцесса при этих словах собеседницы слегка поперхнулась.
— Ха-ха-ха, — рассмеялась герцогиня. — Я, кажется, вас шокировала? Что поделать, я из Романии, а там к подобным вещам относятся как к чему-то обыденному. Как же иногда я скучаю по своей родине, — непритворно вздохнула она. — Но это все пустое, — снова обрела она хорошее настроение. — Так вот о Рене. Он тут докатился до того, что оказал «особые знаки внимания» графине де Флери. Представляете? Вы ее знаете, разумеется. Ей же уже за сорок, и она приехала ко мне, чтобы я ее немного омолодила. Так эта дрянь, видимо, совсем потеряв разум, которым и прежде не отличалась, потом почти на месяц задержалась в Орлеаке, надеясь на продолжение, а в завершение пробилась на аудиенцию к Рене и осмелилась предложить ему заменить меня на себя! Ха-ха-ха, — вновь залилась смехом Клеменция.
Отсмеявшись, герцогиня на прощание чмокнула Луизу в щечку и удалилась, подхватив под руку сопровождавшую ее очаровательную юную блондинку, которая, как заметила Вера, весь бал простояла в углу, следя с непередаваемой грустью за тем, как Клеменция кружилась в танцах с кавалерами.
* * *
— Про «скрасить одиночество» это то, что я думаю, — спросила Вера принцессу, когда та устало плюхнулась на диван в гостиной их покоев. — И эта девушка, которая с ней ушла…
— Да и еще раз да, — хихикнула Луиза. — Я же тебе говорила, что некоторые привычки Клеменции вызывали вопросы, еще когда была при дворе моего отца. Магда, — обратилась она к ожидавшей распоряжений камеристке. — Раздень меня и уложи. Сил никаких больше нет.
— Вообще, в Клеменции что-то есть такое, — пробормотала принцесса, когда Магда укрыла ее одеялом. — Ну-ка, Магда повернись, теперь выставь в сторону ногу и выпяти грудь… Всё. Иди. Утром не вздумай меня будить, кто бы ни пришел.
— Луиза! — воскликнула, едва дождавшись, пока за камеристкой закроется дверь, Вера Николаевна. — Что это было сейчас?
— Ничего, — ложась уже в их воображаемой комнате на козетку, устало ответила та. — Попробовала понять, что Клеменцию привлекает в представительницах нашего пола. И не поняла. То ли дело горячий кавалер…
Вера Николаевна услышала мерное дыхание, сразу уснувшей девушки.
«Странно, — подумала она. — По сути, тело у нас одно на двоих. Луиза после половины дня, проведенного в карете, еще весь вечер танцевала. Разумеется, она утомилась и заснула. Но почему тогда я не чувствую ни малейшей усталости? Может быть, это от нервов? А не попробовать ли мне, пока девушка спит, взять управление телом на себя? Хоть потренируюсь. И заодно узнаю, получится ли у меня это вообще и не проснется ли принцесса?»