Страница 5 из 82
— Еще, ваша милость? — спросил он стоявшего на ступенях весьма неказистой каменной постройки, в которой только с трудом можно было узнать замок, мужика.
Этот был одет получше. По крайней мере, на нем, помимо, сапог и штанов, были еще рубаха, которая когда-то считалась белой, и изрядно выцветший камзол. И этот голодранец сейчас будет решать мою судьбу? Будет. И решил, сволочь такая.
— Не еще, а пока всю шкуру с подлеца не спустишь! — закричал он. — Моего Буланого опоил, скотина. Да он весь целиком и одного его копыта не стоит! Бей! С потягом бей, чтобы кожа клочьями летела!
Я почувствовал, как меня накрывает ярость. Порву, как тузик грелку. Меня сечь? Меня, к кому даже наш губернатор обращается не иначе, как Роман Алексеевич⁈
И тут… Тут сыромятный ремень с громким хлопком разорвался на множество мелких обрывков, которые разлетелись по всему двору, а кнутовище вспыхнуло. И так, что моментально охватило огнем и руку моего палача. Он с громким криком выронил рукоять своего орудия пытки и, бросившись к бочке с водой, засунул туда свою пострадавшую конечность.
— Что⁉ — взревел местный, не знаю, кто, но начальник. — Убью!
И он, доставая на ходу шпагу из ножен, бросился ко мне. Кажись, кранты. Лежа на бревне, к которому привязан, увернуться не получится.
— Стойте, барон Дирк! Немедленно остановитесь! — раздался вдруг голос персонажа, которого я сразу не заметил. — Этот человек мой!
— Как? — тот, кого назвали бароном Дирком, остановился и повернулся к… Пожалуй, что к какому-то падре. Или кюре. Знать бы, чем один от другого отличается. — Это мой серв! Мой раб! Я могу убить его, когда мне заблагорассудится!
— Уже нет, — спокойно ответил этот явный церковник, спускаясь по ступеням крыльца и направляясь ко мне. — Только что на наших глазах ваш раб продемонстрировал то, что наша святая церковь недвусмысленно квалифицирует как запрещенную волшбу. Он мой! Или вы хотите, чтобы я подумал, что вы скрывали у себя потенциального колдуна, не доложив о нем инквизиции?
При упоминании инквизиции барон сразу сдулся. Откровенно говоря, и меня перспектива встречи с этой структурой не окрыляла, но и в трепет не приводила. В любом случае это лучше, чем быть до смерти забитым кнутом на грязном дворе такого же грязного нищеброда.
Да и вообще, чего беспокоиться о какой-то инквизиции, если я не могу понять, где я и кто я? Вот, что нужно прояснить в первую очередь. Остальное уже несущественные мелочи.