Страница 88 из 114
Глава 57
Айлин
Я смотрела в пустой дверной проем, где еще секунду назад стоял он. Двери больше не было — только рваные щепы на петлях. Мой взгляд невольно упал на перстень. Сейчас камень на нем был мертв. Темный, холодный ободок металла, словно вся магия в нем выгорела дотла.
Я начала лихорадочно переодеваться, поминутно оглядываясь на этот зияющий проход. Чувство беззащитности кололо кожу: казалось, в любой момент кто-то может заглянуть и увидеть меня в одной сорочке. Сердце колотилось в горле. Быстро заплетя волосы в тугую косу, я накинула меховую накидку и почти бегом спустилась вниз.
На кухне Элизабет что-то помешивала в котелке. Я неловко улыбнулась ей — она ответила теплым, понимающим взглядом, от которого стало еще жарче. Выскочив во двор, я схватила рукоять меча. Холод стали немного отрезвил.
— Готова, Пыжик? — Брюнет уже ждал, небрежно поигрывая своим клинком.
Я лишь решительно кивнула и пошла в атаку. Первый выпад — мимо. Меч казался неподъемным ломом, который жил своей жизнью. Мой спутник едва шевельнулся, его клинок скользнул по моему, и через секунду кончик его лезвия уже щекотал мой подбородок.
— Слишком много ярости, мало техники, — бросил он.
Вторая попытка закончилась еще быстрее. Я попыталась зайти сбоку, но он просто перехватил мою руку, и я снова оказалась безоружной. На третий раз я и вовсе не удержалась и позорно приземлилась на пятую точку.
— Ну же, вставай… — начал он, но замолчал.
К нам подошли две девушки. Рыжие, как само пламя, красивые ведьмы. Они замерли, во все глаза уставились на брюнета.
— Привет, Э… — начала одна из них, осеклась и густо покраснела, переглядываясь с подругой. Они смотрели на него так, словно увидели божество, а потом перевели подозрительные взгляды на меня.
— Мы безумно рады тебя видеть! — выдохнула вторая, делая шаг ближе. — Слушай, может, заглянешь в субботу к нам в «Полночь»? Посидим, поговорим… потанцуем. Выпьем чего-нибудь крепкого, а?
Брюнет даже не шелохнулся. Его лицо превратилось в каменную маску.
— Нет. У меня есть дела.
— О, мы знаем твои «дела», — многозначно протянула рыжая, снова впиваясь в меня взглядом. — Собираешься вернуть свет на Побережье?
— Да, — отрезал он. — Поэтому нам нужно тренироваться.
Рагнар, оценив обстановку и мой свирепый вид, ловко вклинился между нами.
— Дамы, дамы! Пойдемте, я расскажу вам последние новости, не будем мешать будущим героям, — он буквально уволок ведьм в сторону, продолжая что-то весело им нашептывать.
Я стиснула зубы и снова бросилась на брюнета. Мы сцепились в яростной схватке; я пыталась давить силой, но он был как текучая вода. Резкий звон — и мой меч улетает в сугроб. Я потеряла равновесие и уже приготовилась к очередному падению, но его руки перехватили меня за талию, прижимая к себе.
Он наклонился к самому моему уху, обжигая дыханием, и негромко произнес:
— Знаешь, Пыжик, если ты так отчаянно хотела оказаться в моих объятиях, могла бы просто попросить. Меч для этого вовсе не обязателен, хотя признаю — сцена падения была весьма эффектной.
Я замерла в его руках, на мгновение утонув в этой золотой бездне его глаз. Дыхание перехватило, а гнев куда-то испарился, оставив лишь странное, тягучее тепло во всем теле. Но стоило ему произнести эту свою самодовольную шуточку, как реальность ударила наотмашь. Его самомнение было выше окрестных гор.
— Мечтай больше, — процедила я, резко оттолкнув его.
Следующие два часа превратились в сплошной изнурительный танец стали и пота. Я бросалась на него снова и снова. Мы кружили по замерзшему двору, пока снег под нашими ногами не превратился в грязное месиво. Мои мышцы ныли, накидка давно была отброшена в сторону, а рубашка промокла насквозь и липла к спине. Коса растрепалась, мокрые пряди лезли в глаза, но я не останавливалась. Мой спутник был безжалостен: он отражал каждый мой выпад, заставляя меня двигаться на пределе возможностей, выжимая из меня все силы до последней капли.
— На сегодня хватит, — наконец произнес он, опуская меч. Его голос был ровным, в то время как я едва могла отдышаться.
Я оперлась ладонями о колени, пытаясь унять дрожь в ногах. Смахнула пот со лба и, собрав остатки достоинства, бросила ему в спину:
— А может, я и не хотела в твои объятия. Совсем.
Брюнет замер. Он медленно, почти лениво повернулся ко мне.
— Вот как? — он прищурился, и в его взгляде промелькнуло что-то острое, как сталь его клинка. — И что же мне сделать, Пыжик? Может, перекрасить волосы в ослепительный блонд и татуировку змеи набить, чтобы ты наконец захотела в мои объятия?
Я застыла. Сердце пропустило удар, а в голове на секунду воцарилась звенящая пустота. Татуировка змеи… блонд… речь шла об Уильяме.
Я нервно хихикнула, а потом и вовсе рассмеялась, решив, что это его очередная дурацкая и колкая шутка.
— Очень смешно! Тебе пойдет, честное слово!
Я ждала, что он рассмеется в ответ или хотя бы ухмыльнется, но брюнет остался серьезным. Он молча развернулся и, не проронив больше ни слова, ушел в дом, оставив меня одну в пустом заснеженном дворе.
Постояв минут пятнадцать, думая о том, что произошло, я вошла в дом. В гостиной было тихо, только треск поленьев нарушал безмолвие. Брюнет сидел у камина, методично подкидывая дрова в огонь. Его матери нигде не было видно.
Я подошла и села на коврик прямо рядом с ним, чувствуя, как жар пламени начинает обжигать лицо.
— Что происходит? — тихо спросила я. — Что сделал тебе Уильям? Почему ты его так ненавидишь? Ты его просто не знаешь, он хороший.
Он замер с поленом в руке, а затем медленно развернулся ко мне.
— Ты успела его узнать за неделю? — Он только ухмыльнулся, и в этом звуке было столько яда, что я невольно вздрогнула. — Интересно… Или все-таки не за неделю?
Я смотрела на него, совершенно не понимая, на что он намекает. Какая разница, сколько прошло времени?
В этот момент входная дверь скрипнула, и в дом ввалился Рагнар, отряхивая снег с плеч. Он замер на пороге, переводя взгляд с моей растерянной физиономии на друга.
— А у нас будет что-то типа обеда? — бодро спросил он, хотя в голосе слышалось явное напряжение. — Надеюсь, я вам не помешал…
Я молчала, не в силах отвести взгляд от глаз брюнета. Он медленно перевел взгляд на друга и произнес коротким, рубленым тоном:
— Не помешал.