Страница 76 из 114
Глава 50
Элориан
Когда Элориан помогал Айлин выбраться на карниз, его ладони едва заметно дрожали от дикого напряжения: он боялся, что она сорвется.
Как только девушка скрылась в тумане, Элориан сорвал с шеи амулет, и морок работяги осыпался, обнажая истинное, сияющее лицо принца друидов.
Вдруг дверь разлетелась в щепки. В проеме вырос Уильям Мирз — двухметровый платиновый блондин, чья мощь подавляла все живое. Из-за ворота его доспехов зловеще выглядывала голова татуированной змеи, казавшейся живой.
Элориан лишь дерзко усмехнулся:
— Где ваши манеры, Уильям… А если бы я был не одет? Нужно было дождаться, пока я открою. Неужели ты так сильно по мне соскучился?
Мирз остался мрачен.
— Где феникс, Элориан? — пророкотал он.
— А я-то думал, ты меня «птичкой» зовешь… — принц снова рассмеялся, но в глазах его вспыхнуло древнее пламя. — Ну, раз ты хочешь феникса…
Уильям занес тяжелый меч для удара, но комната в мгновение ока превратилась в горнило. Элориан вспыхнул, оборачиваясь огненным фениксом. Волна жара опалила доспехи Мирза, занавески вспыхнули, а дерево стен начало стонать от пламени. Но прежде чем огонь поглотил дом, Элориан сменил гнев на холод.
Огненное зарево сменилось лазурным сиянием: ледяной феникс взмахнул крыльями, и на стены лег толстый слой инея. Уильяма буквально прибило к стене ледяными копьями — он застыл, не в силах даже шевельнуть пальцем.
В этот момент в комнату ворвались двое гвардейцев. Элориан, даже не оборачиваясь, сделал резкий жест крылом — и два ледяных изваяния замерли на пороге, навсегда оставшись в плену сверхъестественного холода.
Принц друидов вновь принял человеческий облик. Он медленно подошел к обездвиженному Уильяму, который шептал проклятия, захлебываясь в собственной ярости. Элориан бесцеремонно стянул с его пальца кольцо «Око Истинной Воли» — артефакт, что защищал Мирза от любого ментального вмешательства.
— Я надеюсь, у тебя больше нет таких побрякушек, — холодно бросил Элориан, глядя врагу прямо в глаза. — Не пытайся мне мешать, Уильям. Иначе в следующий раз мне придется тебя убить.
Элориан развернулся и спокойным шагом вышел из разгромленной комнаты. У лестницы он столкнулся с дрожащей Мартой.
— Принц Уильям оплатит весь разгром, — бросил он ей.
Увидев перед собой истинный облик принца, хозяйка рухнула на колени в нижайшем поклоне. Элориан же, уже выходя на улицу, привычным жестом затянул на шее амулет. Лик принца исчез, и он снова превратился в обычного работягу.
Элориан свистом призвал лошадей, застоявшихся в конюшне, — он вскочил в седло. Его взгляд упал на массивный перстень на собственной руке. В центре него горел глубоким багровым светом камень.
Активировав перстень, принц почувствовал, как артефакт отозвался тягучим теплом. Рубиновое сияние вытянулось в тонкую, едва заметную нить, указывающую путь. Кольцо вело прямо за угол, в сторону заброшенных кварталов, откуда веяло невыносимой, густой гнилью.
Оставив лошадей в тени полуразрушенной арки, Элориан осторожно двинулся на запах. Когда он завернул в тупик, его взору предстала эпичная картина: среди мусорных баков и грязных тряпок в кирпичную кладку вжалась хрупкая блондинка. Айлин, все еще находясь под магической личиной, отчаянно зажимала рот и нос ладонями, стараясь не дышать этим кошмаром.
Увидев ее в столь «королевском» убежище, Элориан не выдержал и звонко рассмеялся.
— Я надеюсь, ты его не убил? — глухо донеслось из-под ее ладоней.
Смех мгновенно оборвался. Принц замер, вглядываясь в ее лицо, и в его глазах промелькнула тень разочарования или странной подозрительности.
— Не убил, — отрезал он, выпрямляясь. — А что, это такая большая потеря?
Айлин проигнорировала его тон, с трудом выбралась из щели и оглядела свою перепачканную одежду.
— Мне надо где-то помыться, — выдохнула она, едва сдерживая рвотный позыв.
— Уж точно не в этом городе, — Элориан поморщился, подхватывая ее под локоть и увлекая прочь из проулка. — Уильям — всего лишь пешка. Против меня ему не справиться, но в любой момент может появиться Малахар. И вот тогда… тогда игры закончатся.
Он вывел ее к коням и, стараясь не дышать в сторону спутницы, помог ей взобраться в седло.
— Фу, Пыжик! — Он вдруг дернул носом и скривился. — Ну почему нельзя было спрятаться в другом месте? Кошмар, ну и вонища.
Элориан запрыгнул в седло, и они поскакали к выезду из города. Выехав за городские ворота, они пустили коней в галоп. Ветер свистел в ушах, выветривая из одежды Айлин въедливый запах трущоб, но напряжение в плечах Элориана не спадало. Он то и дело оглядывался, всматриваясь в горизонт, словно ожидал увидеть там не гвардейцев Мирза, а нечто куда более темное.
Дорога к границе пролетела в молчании. Копыта лошадей мерно вбивались в дорожную пыль, пока впереди не показались высокие заставы.
На границе Элориан притормозил и показал наши документы. Солдаты поспешно освободили путь, не задав ни единого вопроса.
Как только пограничные столбы остались позади, Элориан немного ослабил поводья.
— Проскочили, — бросил он через плечо, и в его голосе впервые за утро послышалось облегчение. — В паре километров отсюда есть небольшая деревня. Там нас не будут искать, по крайней мере, до заката.
Он обернулся к Айлин, окинув ее критическим взглядом. Под магической личиной блондинки все еще скрывалась та, от которой его сердце бьется чаще.
— Нам нужно перекусить и дать лошадям передохнуть, — продолжил он. — Да и тебе не помешает смыть с себя этот «аромат» приключений, пока он окончательно не въелся в твою ауру.
Мы продолжили путь в сторону деревни. Элориан знал то место — там редко задавали вопросы, если гость платил золотом и имел при себе острый клинок.