Страница 29 из 114
Глава 21
Айлин
Третий день в Академии Пепла начался не с величественного звона колокола, а с ощущения, что меня переехал тот самый обоз с незнакомцем. Когда я откинула одеяло, каждая мышца взвыла. Два дня в подземельях у профессора Блэквуда не прошли даром: махать лопатой, перебрасывая горы угля, и одновременно филигранно раздувать пламя своей магией, чтоб котлы держали нужную температуру… это вам не искры из пальца высекать. Руки дрожали, а спина, казалось, превратилась в кусок обожженного дерева.
— Айлин, ты там жива? — раздался голос Селесты застывшей у двери моей комнаты.
— В теории — да, на практике — я теперь часть этого каменного пола, — прохрипела я, сползая с кровати.
Кое-как приведя себя в порядок, я первым делом вытащила тетради из шкафчика стола.
— Держи, Сел. Спасибо огромное. Я из-за этой кочегарки так много пропускаю.
Она кивнула, забрав тетради, и мы направились на завтрак.
В столовой, за порцией обжигающего кофе, мир стал чуть менее серым. Мы пристроились за угловым столом, и тут к нам подсела девушка с копной ярко-рыжих волос, от которой буквально веяло жаром. Оказалось, это Элара, наша однокурсница с факультета огня. На нашем факультете большинство учащихся были с красными и рыжими оттенками волос, не знаю, насколько этот цвет натуральный, возможно, как говорил Уильям, они начали читать учебник «Синхронизация с проводником» без профессора Морта и их волосы превратились в цвет окантовки.
— Здесь не занято? Я Элара, а вы Айлин и Селеста? — усмехнулась она, протягивая руку ко мне. — Отработку проходишь у Блэквуда? Говорят, он настоящий тиран. Я сегодня тоже с тобой пойду. Кроули и меня наказал.
Мы быстро разговорились. Оказалось, у нас с Эларой общее чувство юмора и общая ненависть к ранним подъемам. Кажется, у меня в этом мрачном месте становится все больше друзей.
Не успели мы с Эларой и Селестой допить кофе, как в столовой воцарилась тяжелая тишина. Я обернулась и увидела Мирза.
Его платиновые волосы в тусклом свете столовой казались почти серебряными, сейчас прямо как у самого Малахара. Он шел к нашему столу, не удостаивая взглядом никого вокруг.
Остановившись прямо передо мной, он даже не поздоровался.
— Птичка, слушай внимательно, — его голос был сухим и холодным. — Завтра мы должны быть на обеде в Замке Теней. Раз выходные начинаются завтра, то выезжаем сегодня.
Я замерла. Замок Теней? Сам Малахар? После его угрозы жутковато возвращаться ни с чем.
— Тренировка как обычно, перед ужином, — отчеканил он, игнорируя мой ошарашенный вид. — После ужина — выезд.
В этот момент я заметила, как Элара буквально застыла. Она не сводила с Уильяма восхищенного взгляда, ее щеки раскраснелись пуще прежнего. Она даже подалась вперед, пытаясь поймать его взгляд:
— Я Элара! — выпалила она, надеясь на хоть какую-то реакцию.
Уильям даже бровью не повел. Он развернулся, будто ее и вовсе не существовало, и зашагал прочь.
— О боги, какой он… — выдохнула Элара, провожая его взглядом. — Айлин, ты едешь с ним? К самому королю?
Я тяжело вздохнула, потирая ноющее плечо. Кажется, вместо отдыха на выходных меня ждет встреча с самой Тьмой.
После завтрака мы с Селестой и Эларой отправились на занятия к магистру Кроули. Элара всю дорогу вздыхала о «платиновом принце», а я пыталась не рассыпаться на части.
Магистр Кроули встретил нас своим обычным пронзительным взглядом. Когда очередь дошла до меня, он вдруг скупо улыбнулся:
— Адептка Лоренс, я получил отчет от Блэквуда. Он доволен вашей выдержкой. Если вы сегодня на занятии покажете достойный результат, я сниму ограничение. Со следующей недели вы сможете посещать лекции других профессоров.
У меня внутри будто второе дыхание открылось. Само занятие было изматывающим. Кроули раздал нам пустые стеклянные сферы, внутри которых нужно было зажечь крошечную точку «первородного пламени» — чистой энергии без примеси дыма или жара. Это требовало чудовищной концентрации. Я пыталась высечь искру, очистив разум от эмоций, как учил Уильям. Внутри моей сферы запульсировала золотая точка, стабильная и яркая. Кроули кивнул — это была победа.
Но расслабляться было рано. После занятия мы с Эларой отправились вниз. В подземельях нас уже ждал Кайден.
Работа закипела. Кайден, как всегда, был мрачен, но работал за двоих, перекидывая тонны угля. Мы с Эларой встали по разные стороны огромного котла.
— Теперь я понимаю, почему ты так ныла утром, — пропыхтела Элара, вытирая сажу со лба. — Это же настоящая каторга!
Элара несколько раз чуть не перегрела котел от переизбытка эмоций, но я вовремя перехватила ее искру, направляя энергию в нужное русло. К концу дня мы были похожи на шахтеров-призраков — черные от пыли, выжатые, но странно довольные тем, что это был последний день отработки.
После подземелий душ казался не просто роскошью, а спасением. Я стояла под тугими струями воды, наблюдая, как серая угольная пыль и сажа стекают в водосток, обнажая покрасневшую от жара кожу. Каждая мышца пульсировала, но мысль о том, что Кроули закончил мою каторгу, согревала лучше любого огня.
Тренировка прошла более спокойно, чем обычно. Уильям не стал долго меня мучить, а лишь после десяти идеальных сфер отпустил меня отдыхать.
После тренировки я пришла к Селесте. Подруга была вне себя от волнения: в коридоре она столкнулась с красавцем-второкурсником с факультета некромантии и теперь витала в облаках.
Ужин прошел как в тумане. Селеста рассказывала про лекции, которые мы пропустили, а Элара, сияя глазами, все расспрашивала, не боюсь ли я ехать с «этим ледяным богом». Я же едва держала вилку — руки после лопаты и филигранной работы с искрой слушались плохо.
— Береги себя там, — шепнула Селеста на прощание.
У ворот Академии уже ждал экипаж. Он казался высеченным из куска ночи, а лошади прядали ушами, выдыхая едва заметный серый пар. Уильям уже был там. Он переоделся в строгий камзол, и змея на его шее казалась почти живой.
— Ты опоздала на три минуты, — сухо бросил он, даже не глядя на меня. — Садись.
Я забралась в карету, и двери захлопнулись с глухим стуком, отрезая нас от внешнего мира. Экипаж тронулся. Внутри пахло старой кожей, холодом и чем-то неуловимым — так пахнет магия теней перед грозой. Уильям сидел напротив, застыв, как изваяние. Он смотрел в окно на мелькающие черные деревья, и я кожей чувствовала, что это путешествие не будет простой прогулкой к королю.