Страница 30 из 78
Вошла внутрь, встала у стены — не садилась, не подходила ближе. Медальон под платьем был горячим, почти неприятно. Я положила ладонь на грудь поверх ткани — машинально, как будто это могло помочь.
— Вы вышли вместе? — спросила я.
— Нет, — сказала Белла. Первый раз за всё это время она подала голос — спокойный, ровный. — Я вышла раньше. Виктор пришёл следом.
— Зачем?
Белла посмотрела на меня — без враждебности, без защиты.
— Это не твоё дело, — сказала она.
— Мою подругу убили на балконе, с которого вы оба уходили, — сказала я. — Это моё дело.
— Подругу? — Белла чуть подняла бровь. — Ты знала её всего несколько дней.
— Белла, — Виктор произнёс это одним словом, без интонации, но Белла замолчала.
Он отошёл от неё. Подошёл ко мне — не вплотную, оставил расстояние, но теперь мы стояли лицом к лицу. Я подняла голову.
— Мы разговаривали, — сказал он. — Здесь. Это могут подтвердить мы оба. Белла пришла ко мне, потому что у неё есть информация, которую она не хотела передавать при людях.
— Какая информация?
Виктор помолчал. Потом сказал:
— О серийных убийствах. Которые, как все считают, прекратились.
Что-то холодное прошло у меня между лопатками.
— Они не прекратились, — тихо сказала Белла.
Она подошла ближе, опустилась в кресло, сцепила руки на колене. Впервые за весь разговор она выглядела усталой.
— Просто жертв перестали находить. Это не одно и то же.
— Полукровки, — сказала я.
Белла посмотрела на меня с лёгким удивлением.
— Ты слышала.
— Случайно. Краем уха.
— Пятеро за последний год, — она говорила ровно, как будто много раз прокручивала это в голове. — Все полукровки. Все с особыми способностями. Всегда одинаково — горло. Никаких следов, никакого запаха, никакого мотива, который удалось бы отследить, — Белла понурила голову. — Мила была шестой.
Я медленно выдохнула.
— Ты знала, что она в опасности?
— Я знала, что кто-то охотится на определённый тип, — в голосе Беллы что-то дрогнуло — едва заметно, но дрогнуло. — Я не знала, что он здесь. Сегодня. На этой вечеринке.
— Но теперь знаешь, что он был здесь.
— Теперь знаю.
Тишина в маленьком зале стала плотной. За матовым стеклом продолжалась вечеринка — музыка, голоса, чей-то смех. Два разных мира в одном здании.
Я посмотрела на Виктора.
— Ты знал об убийствах, — сказала я. Не вопрос.
— Знал.
— И не сказал мне.
— Ты не полукровка, а обращённая с неизвестными способностями, — произнёс он медленно. — Тебе нечего бояться на закрытой встрече клана. Что именно, по-твоему, я должен был тебе сказать?
— Правду, — мой голос дрогнул. — Например.
Виктор не ответил. Это само по себе было ответом.
Я отошла от стены.
— Значит, так, — я говорила тихо, но твёрдо, и голос, к моему удивлению, больше не дрогнул. — На балконе лежит мёртвая девушка. Охрана видела, как вы оба выходили с балкона. У вас есть алиби — ваш разговор. Хорошо. Я это запомню.
— Алина, — начал Виктор.
— Я не закончила, — я посмотрела на него прямо. — Мила пришла сегодня вечером одна. Она сказала, что оденется незаметно, потому что не любит, когда на неё смотрят. Её убили именно так — незаметно, в тёмном углу, пока все смотрели в другую сторону. Это не случайность. Кто-то знал, что она здесь будет.
Пауза.
Белла подняла голову.
— Ты думаешь, что её привели, — сказала она тихо. Не вопрос — осознание.
— Я думаю, что кто-то знал заранее, — я не отводила взгляда от Виктора. — Кто знал, что Мила пойдёт сегодня с нами?
Виктор стоял неподвижно. Что-то в его лице изменилось — не страх, не вина, что-то другое. Он просчитывал. Я видела это по тому, как он смотрел сквозь меня, а не на меня.
— Я пригласил её сам, — сказал он наконец.
— Я знаю.
— И ты.
— Я знаю.
Мы смотрели друг на друга.
— Ещё кто-то? — спросила я.
— Этого я не знаю, — он произнёс это ровно, но что-то в интонации стало другим — жёстче, холоднее. Не ко мне. Внутрь. — Нужно проверить.
Белла встала с кресла. Она снова была прямой, закрытой, без той секундной усталости, которую я заметила раньше.
— Я, пожалуй, пойду к гостям, — сказала она. — У меня больше нет желания об этом говорить.
— Белла, — окликнул её Виктор. — Ты одна меня видела.
Она обернулась.
— И что с того? Выкрутишься как-нибудь со своей девчонкой, — меня окинули презрительным взглядом.
Что-то мелькнуло в её лице — быстро, почти незаметно. Искривив губы в ухмылке, она вышла из комнаты. Дверь закрылась за ней тихо, без щелчка.
Мы с Виктором остались вдвоём.
Он стоял у окна — спиной к залу, лицом ко мне. Матовое стекло за ним светилось размытыми силуэтами чужой вечеринки. Я смотрела на него и думала о том, что несколько минут назад мы стояли в темноте у колонны и я держала его за отворот пиджака. Это казалось очень далёким.
— Не бойся. Всё будет в порядке, — он утешающе погладил меня по щеке и посмотрел в глаза с особой теплотой.
— Я не боюсь, — я улыбнулась. Подумала. — Просто злюсь на тот факт, что всё идёт против тебя. Вначале ты напал на Августина, а теперь Белла отказывается подтверждать твоё алиби, когда убили Милу.
— Я влиятельный альфа, меня никто не заподозрит…
— В том-то и дело, что ты влиятельный альфа! — вырвалось у меня. — На тебя тоже идёт особая охота. Своя. Тебя хотят подставить — в этом я не сомневаюсь ни на миг.
Он кивнул. Принял это без единого возражения — просто кивнул, словно именно этого и ждал, словно меньшего не заслуживал.
— Я не думал, что убийца окажется здесь, — произнёс Виктор. — Мы решили, что он залёг на дно. Или ушёл из города.
— Или ждал подходящего момента. И тех, кто заплатил ему, чтобы крайним оказался ты.
— В любом случае Белла тоже под подозрением. Ей придётся признаться, что в момент убийства она говорила со мной, — он смотрел на меня, и в его глазах мерцала тревога, как пламя на ветру.
— А если у неё не найдётся другого алиби, — выдохнула я, чувствуя, как страх сжимает горло.
— Тогда и будем бить тревогу, — Виктор заправил прядку моих волос за ухо, и его пальцы на миг задержались у виска. — Я хочу поговорить с тобой о твоей силе.
— О силе? Ты думаешь, сейчас самое время?
Виктор стал серьёзным, лицо его окаменело.
— Да. Ты сегодня остановила оборотня одним взглядом. Это не случайность и не инстинкт. Ты понимаешь, что это значит?