Заноза для Альфы

Я смотрела на него. В свете фонаря с обочины его жёлтые глаза казались почти янтарными. Муж. Это слово всё ещё не умещалось в голове — как одежда не по размеру, которую со временем разнашиваешь.

— Завтра светский вечер, — добавил он. — Кланы, стаи. Тебе нужно отдохнуть и быть в форме. Ужин — это просто ужин. Но на самом деле я хотел убедиться, что ты действительно хорошо отдохнёшь.

— Виктор. То, что я стала оборотнем — случайность, простое совпадение. Прошу тебя, перестань давить на меня своей гиперопекой.

Он молчал. Но понял.

— Я согласна, — добавила я.

Повисла долгая пауза. Я смотрела на него, ждала какой-то оговорки, уточнения. Продолжения не последовало.

— Это всё? Ты не рад, — притворно обиделась я и отвернулась к окну.

— Рад, — он взял меня за подбородок — мягко, двумя пальцами. — Просто я был неправ, — он смотрел прямо в мои желтеющие глаза. — Я признаю свою ошибку.

Я довольно хмыкнула.

— То-то же.

По его лицу скользнуло что-то быстрое, почти незаметное. Не обида. Что-то похожее на то, что бывает, когда неожиданно получаешь то, чего и не надеялся обрести.

Виктор тронул машину. Плавно, без рывков — как всегда, будто ничего не случилось. Но руки на руле были разжатыми, а костяшки — нормального цвета.

Я снова повернулась к окну.

За стеклом тянулся лес — тёмный, плотный, свой. Фары выхватывали асфальт и снова теряли его. Где-то там — особняк, каменные стены, восточное крыло с запертой дверью.

И впереди — светский вечер с кланами, стаями, Беллой и старейшинами, которые считают меня особой позицией для альфы.

Я посмотрела на руки.

Пальцы были обычными. Но я помнила то ощущение — тепло под кожей, давление изнутри, будто что-то просится наружу. Не страшно. Странно — и почти правильно, так бывает правильно то, чего раньше не знал о себе.

— Виктор.

— Да.

— Завтра. Если я снова начну трансформироваться — прямо там, при всех…

— Это будет лучшим аргументом из возможных, — поспешно ответил он. И впервые за вечер в его голосе прозвучало тепло, без усилия. — Все увидят, что ты действительно одна из нас. И тогда поводов беспокоиться о тебе у меня станет гораздо меньше.

Я посмотрела на него иначе.

Он всё ещё верил, что там была настоящая опасность.

Но что именно произошло — в том баре, в гостинице, в тот момент — я не знала. Настоящая угроза или только показавшаяся ею? Чужой страх, чужая агрессия, случайный всплеск. Я могла лишь догадываться, а он, судя по молчанию, не собирался ничего раскрывать.

Виктор смотрел на дорогу — идеальный профиль, прямая линия носа, жёсткая челюсть. Но что-то в нём изменилось. Чуть мягче. Чуть ближе к тому, что мне хотелось видеть.

— Ужин в восемь, — расслабившись, уточнил он.

— В половину девятого, — поправила я. — Мне нужно переодеться.

Виктор рассмеялся и, закатив глаза, ответил:

— Хорошо, в половину девятого. Ни минутой позже.