Заноза для Альфы

Глава 7

Ночь прошла без вторжений. Мила не решилась зайти с утра, а Виктор, видимо, наконец услышал голос совести — постель со мной он больше не требовал разделить. Вбежав в свою комнату, я захлопнула дверь и задвинула щеколду.

Сердце колотилось где-то в горле. Удар. Ещё удар. Я зажала рот ладонью и позволила истерике вырваться наружу.

— Что происходит? — прошептала я, зажмурившись до искр. — Боже, как страшно.

Медленно сползла на пол, обхватила колени и разрыдалась. Всё смешалось в голове: оборотни, кланы, параллельный мир, тайная иерархия, бизнес тех, кого нет ни в одной базе, деньги, не принадлежащие никому, захват территории и попытка прорваться в человеческий мир через брак со мной.

Эта карусель кружилась без остановки, и впервые мне стало по-настоящему жутко. Руки задрожали, слёзы на миг пересохли.

Белла. Волчица, которую отвергли ради западного клана — того самого, что поможет вторгнуться в мой мир. Она не простит разбитого сердца какой-то обращённой.

— А если она нападёт? — выдохнула я в пустоту и бросилась в ванную. Холодная вода привела в чувство, прояснила мысли. Мысль была одна. — Мне нужно побыть одной. Прогуляться, убедиться во всём самой. И ещё… Нужна поддержка. Любая помощь. Надо найти людей.

Да кто тебе поверит, Алина?

— усмехнулась я собственному отражению.

Но других идей не было. Я и так неплохо держалась на глазах у чудовищ: убедила, что история меня завораживает, а брак с привлекательным знатным незнакомцем — единственное, что возмущает меня прямо сейчас.

Но это ложь! Мне страшно! Я не хочу в это впутываться!

Подняла воспалённые глаза к зеркалу — слёзы снова хлынули. Два белых уха порозовели. Само проклятие и единственное доказательство было при мне. Белая волчица. Жена альфы, отмеченная меткой истинной пары.

Медальон на груди обжигающе нагрелся, запястье заныло. Но мне было не до того.

Единственный выход — выбраться в город и увидеть параллельный мир своими глазами. Убедиться лично и, если повезёт, заручиться поддержкой кого-то из людей. Случись что, у меня должно быть хотя бы место, куда я смогу уйти.

Я вернулась в спальню и распахнула гардероб. Среди платьев для «лучшей на свете жены» и туфель для светских раутов искала хоть что-то, что скроет голову. На верхней полке, за коробкой с перчатками, нашла объёмную чёрную шапку — в паре с чёрным спортивным костюмом. Для сезона перебор, но уши должны остаться в тайне, если встречу людей. Натянула шапку и рухнула на кровать.

Сон пришёл не сразу. Перед глазами стоял Виктор: протягивает медальон с волком, а утром после брачной ночи — его улыбка с секретом, за которым пряталось что-то по-настоящему страшное.

Проснулась от стука в дверь.

— Я оставлю завтрак на подносе у двери, — знакомый женский голос. Мила.

— Спасибо, — отозвалась осипшим горлом.

— Всё в порядке? — испуганно спросила девушка, и дверь начала поддаваться под её звериной силой. Щеколда заскрипела.

— Да. Всё хорошо. Я неважно себя чувствую. Наверное, мне нужно ещё немного отдыха. Потом хочу прогуляться. А может, и нет. Я пока не решила, — торопливо оправдалась я.

— Хорошо. Я передам Виктору, — нехотя отступила она. Но не ушла сразу. Клянусь, я слышала её дыхание даже сквозь стену.

— Спасибо, — ответила я и бросилась к гардеробу переодеваться.

Едва закончив и выглянув за завтраком, я услышала телефонный разговор Милы — негромкий, деловой, с интонацией, выдающей расписание, а не личную беседу. Она докладывала Виктору: я плохо себя чувствую и хочу прогуляться, когда приду в себя.

Я завтракала до половины одиннадцатого и решила уйти одна. Второй раз предупреждать не стала — не собиралась отчитываться в каждом шаге, сдаваться в плен тоже не намеревалась. Как-нибудь справятся без меня. А мне нужно привести в порядок эмоции. Поговорить с кем-нибудь. Просто развеяться.

Хозяйственный выход я заметила ещё вчера. Низкая дверь в торце западного крыла, за кухней. Замок простой, не электронный. Ключ висел на крючке внутри — не спрятан, будто никому не приходило в голову, что кто-то захочет уйти. Или будто знали — и не беспокоились.

Я надела куртку, взяла сумку с документами и кошельком. Подумала о медальоне — и оставила. Снова надела через секунду. Сняла. Оставила на шее.

Дверь открылась бесшумно. За ней — хозяйственный двор: контейнеры, старый фургон, тропинка вдоль стены к воротам в заборе. Ворота для персонала, не для машин, и замок был таким же простым.

Охранники стояли у главного входа. Через него я выходить не собиралась. Меня тошнило от всей картины, и охрана вписывалась в неё отдельным пазлом.

Я вышла в огромный сосновый бор.

Лес закончился через двадцать минут пешком — я шла вдоль дороги, не по ней, под деревьями. Потом поймала попутку до станции: немолодой мужчина на стареньком «Логане», не задавал вопросов, слушал радио. Я смотрела в окно и думала, что Мун позвонит не раньше обеда. У меня было время. Достаточно, чтобы понять, что происходит.

Электричка пахла кофе из термоса и чужими жизнями. Я сидела у окна, за стеклом Подмосковье сменялось московским поясом, потом городом. Знакомые станции, знакомые платформы. Всё на месте.

Я выдохнула впервые за эти дни. И наконец смогла смириться. Спокойно, без давления со стороны Виктора, без его навязчивого присутствия и крика «Ты моя».

Вышла на Курской. Постояла на площади — шум, машины, люди с телефонами, кофе навынос, голубь на бордюре. Мой город. Понятный, человеческий, без иерархий и рангов.

Пошла к Чистым прудам — просто чтобы идти, чувствовать под ногами нормальный асфальт. Окунуться в привычный ритм.

Где-то между Покровкой и бульваром что-то изменилось. Не сразу — постепенно, как меняется свет, когда облако закрывает солнце. Только облаков не было. Свет стал другим: холоднее, резче, с синеватым оттенком, какого не бывает в это время года. Люди шли те же, но лица стали чужими — не страшными, просто незнакомыми, будто я свернула не туда и попала в параллельный квартал.

Я остановилась.

Вывески те же. Дома те же. Но воздух — другой. Плотнее. С привкусом озона и чего-то лесного, что не должно быть в центре города.

— Ты потерялась? — спросил кто-то рядом.

Я обернулась. Девушка лет двадцати, в кожаной куртке, с волосами цвета меди. Смотрела с любопытством, без угрозы.

— Что?

— Говорю: в изнанке что ли первый раз? Стоишь на дороге, — она кивнула, требуя, чтобы я отошла.

— Изнанка, — повторила я, не понимая.

Значит, я в параллельном мире.