Страница 16 из 61
Ответ снова не совпадал с тем, который принято давать о покойном супруге. Но после сцены с Роутом я не стал превращать её жизнь в ещё один допрос.
Мара посмотрела на мою правую руку.
— Пальцы холодные?
— Нет.
— Вы их третий раз сжимаете.
Я разжал кулак. Кончики пальцев действительно онемели.
— Запишите после приезда, — сказала она.
— Вы умеете оставить вопрос без ответа?
— Если ответ не изменит лечение — да.
Мы вернулись в аптеку после заката.
Тиль успел отмыть дверь. Надпись исчезла вместе с верхним слоем краски. В заднем замке темнели свежие царапины. Лея уже сняла слепок и отправила стражника по адресу Лодена Фира. Прежнего работника дома не нашли.
Мара сняла накидку и сразу пошла к шкафу с записями Эмиля.
— Вам нужно отдохнуть, — сказал я.
— Мне нужно понять, что Эмиль нашёл до того, как решил спорить с цехом.
Она отперла шкаф. Внутри стояли книги в потёртых кожаных переплётах: рецептуры, закупки, рабочие опыты, счета. Отдельный ящик внизу оставался закрытым.
— Что там?
— Личные письма и документы.
— Они могут относиться к делу.
— Если в рабочих книгах найдём основание, передам их Лее на просмотр. Пока нет.
Я мог потребовать ордер. На этот раз — законный. После слов Роута судья, вероятно, его выдал бы.
Вместо этого достал из внутреннего кармана журнал симптомов.
За день я записал холод после лестницы, слабость в правой руке, два пропущенных удара пульса после разговора на складе и металлический привкус в Доме ветеранов. Последнюю запись хотел убрать. Не убрал.
Положил журнал на стол рядом с книгами Эмиля.
— Здесь всё. Без копии для военной комиссии.
Мара посмотрела на обложку, затем на меня.
— Почему?
— Вы сказали, неверные записи дадут неверную дозу.
— Я спрашиваю, почему отдаёте единственный экземпляр.
— Потому что вы не продали аптеку за моё лекарство и отказались от моей реквизиции, хотя она решила бы проблему с цехом. Этого недостаточно для доверия. Достаточно, чтобы проверить вашу работу честными данными.
Она не поблагодарила. Провела ладонью по обложке и положила журнал на верхнюю полку рабочего шкафа, отдельно от бумаг Эмиля.
Потом сняла первую книгу покойного мужа и передала мне.
— Рабочие опыты за последний год. Читайте только за столом. Страницы не вынимать, пометки делать на отдельных листах.
— Это доверие?
— Это проверка вашей способности выполнять инструкции.
— Значит, доверие.
— Не преувеличивайте.
Тиль принёс две лампы и поставил одну между нами. Мара села напротив с книгой закупок. За окном стражник прошёл от витрины к заднему двору. В торговом зале было холоднее обычного: дрова экономили из-за закрытой торговли.
Я открыл журнал Эмиля. На первой странице стоял перечень неудачных составов и короткая запись: «Ошибку следует сохранять, иначе следующий опыт начинается с той же ошибки».
В заднюю дверь снова вставили ключ.
На этот раз мы все услышали, как металл повернулся в замке.