Страница 16 из 31
ГЛАВА 8
«Не могу в это поверить», — сказала я, проводя рукой по волосам. «Это безумие. По книгам Арден снимали фильмы. Как никто не догадался, что она не настоящая автор?»
«Если Грейс подписала контракт, то с юридической точки зрения эти книги принадлежат Арден», — разумно заметил детектив Стерлинг.
«В профессии призрачного автора нет ничего плохого», — сказал Ноа, все еще находясь на громкой связи.
«Да, я с этим согласна», — сказала я, — «и я знаю, что некоторые известные авторы пользуются услугами призрачных авторов, но это вызывает неприятное ощущение. Это кажется неправильным, потому что люди продолжают называть Арден гением, а она присваивает себе все преимущества, которые дает статус лауреата литературных премий».
«Знаешь, если Грейс была призрачным автором Арден, то Арден больше всех могла потерять от смерти Грейс», — сказал детектив Стерлинг, задумчиво потирая подбородок. «Может быть, она вообще не имела к этому никакого отношения».
«С другой стороны, — сказала я, — может быть, Грейс надоело жить в тени Арден. Её произведения гениальны, и, возможно, ей надоело, что все награды получает Арден. Вполне возможно, что Грейс просто не хотела больше быть призрачным автором Арден».
«Верно, — сказал детектив Стерлинг. — Что ж, в таком случае давайте пригласим её и послушаем, что она сама скажет. Мне интересно, почему она скрыла от нас эту информацию».
«Да, и ей лучше не врать мне на этот раз», — сердито сказала я.
«Подожди», — сказал детектив Стерлинг, подняв руку, чтобы остановить меня. «Арден думает, что ты на её стороне, и, возможно, это к лучшему».
«Что вы имеете в виду?» — спросила я, с любопытством наклонив голову набок.
Джасперу надоело лежать рядом со мной, и он встал. Он неспешно подошел к детективу Стерлингу и сел перед его ботинками. Хотя детектив Стерлинг и делал вид, что не любит Джаспера, кот никогда не отказывался от общения с этим ворчливым детективом. Он уставился на ботинки детектива, а затем протянул лапу и потрогал шнурки. Джаспер осторожно посмотрел на детектива Стерлинга. Увидев, что тот ничего не говорит, Джаспер с увлечением начал играть с его шнурками.
Я сдержала улыбку, не желая портить Джасперу удовольствие. Детектив Стерлинг, наверное, почувствовал, как Джаспер играет с его шнурками, но, вероятно, не мог прогнать кота. Пока никто не заметил, как это мило, детектив Стерлинг, скорее всего, позволил бы этому продолжаться ещё некоторое время.
— Она явно попросила тебя вмешаться, — сказал детектив Стерлинг. — В конце концов, ты один из её гостей. Ты живёшь в её доме, и у тебя есть привычка помогать бездомным животным.
— Мы помогли вам оправдаться, когда вы были подозреваемым в деле об убийстве, — заметил я. — Так вы что, тоже один из наших бездомных?
— Я, конечно, заметное исключение, — фыркнул детектив Стерлинг.
— Уверен, он благодарен вам за помощь, — быстро вставил Ноа, вероятно, почувствовав, что я собираюсь сказать что-то язвительное, что, скорее всего, усугубит ситуацию. Ноа уже слишком хорошо меня знал.
Детектив Стерлинг вздохнул. «В любом случае, она доверяет тебе, а это значит, что я могу её разозлить и отправить обратно к тебе. Мне она, скорее всего, не откроется, но если она будет думать, что ты на её стороне, то с большей вероятностью доверится тебе».
«Не знаю», — нерешительно ответила я.
«Почему? Тебе от этого „не по себе“?» — Он сделал в воздухе кавычки на последних двух словах и скорчил гримасу.
«Эй, эй, — сказала тётя Дейзи Мэй, похлопав его по плечу, — не будь злым. У неё есть резон. Использовать Арден таким образом — это подло».
«Знаешь, что было по-настоящему подло?» — спросил детектив Стерлинг, сердито оглядываясь по сторонам. «Грейс была чувствительной, талантливой молодой женщиной, которая полагалась на бета-блокаторы, чтобы пережить все те светские мероприятия, которые ей навязывала сестра. А потом она выпила или съела что-то, что убило её. Кто-то из её окружения взял на себя смелость лишить её жизни. Вот что в этом всём по-настоящему подло. Так что можете осуждать меня сколько угодно, но в конце концов мы обязаны сказать о Грейс правду».
Наступила напряжённая пауза, пока мы все обдумывали его слова. Я не соглашалась с его рассуждениями, но понимала, о чём он говорит. Наша задача заключалась не в том, чтобы щадить чувства подозреваемых, а в том, чтобы установить правду.
— Он прав, — сказал Ноа. — Я не имею права указывать тебе, что делать, Клаудия, но в этом деле я согласен с детективом Стерлингом.
— Наконец-то, — пробурчал детектив Стерлинг, — кто-то на моей стороне. Пора уже.
Джаспер наконец-то устал играть с шнурками детектива Стерлинга и подошёл ко мне.
— Ладно, — сказала я, вздохнув. — Это значит, что я не смогу присутствовать на допросе?
«Нет, — ответил детектив Стерлинг, скрестив руки на груди, — боюсь, что нет».
Я кивнула.
После этого мы продолжили просматривать ноутбук Грейс, но он не дал нам ничего нового. Через несколько часов детектив Стерлинг ушел, а я получила сообщение от Арден, в котором она писала, что её вызвали в полицейский участок. Я пожелал ей удачи и постарался избавиться от грызущего чувства вины, засевшего где-то в глубине сознания.
Если она окажется убийцей, то я ей ничего не должна. Однако, если ее невиновность будет доказана, то она, скорее всего, не захочет иметь со мной ничего общего.
Поскольку прошлой ночью я почти не спала, я легла спать пораньше. Я ожидала, что снова буду ворочаться, но, к моему удивлению, спала крепко. На следующее утро я снова проснулась рано, но на этот раз чувствовала себя гораздо лучше. Встав с постели, я заметила, что Джаспер играет с клочком бумаги на полу.
— Серьёзно? — спросила я с раздражением. — Я покупаю тебе столько игрушек. Почему ты должен играть с хламом?
Я наклонилась, чтобы поднять листок, и заметила, что на нём кто-то что-то нацарапал.
«Эрис подралась с Грейс в тот день, когда Грейс умерла».
«Странно», — задумчиво сказала я. «Наверное, кто-то подсунул это под мою кровать, пока я спала».
Джаспер толкнул меня лапой по ноге и выдал скорбное мяуканье. Я вздохнула, достала из сумки листок бумаги, скомкала его и бросила на пол. Он с яростью набросился на него, размахивая хвостом из стороны в сторону.
«Я никогда не пойму, почему ты предпочитаешь хлам настоящим вещам».